Неисправимый - Тори Майрон

– Хорошо, я понял. Сейчас вызову такси, – с неохотой немного расслабляю объятия и заглядываю в глаза Мили. – Только скажи мне, что ты больше не обижаешься на меня.

– А я и не обижалась. Только если в первый час. Потом я исключительно злилась.

– И я полностью заслуживаю твою злость, но, поверь, Мили, у меня были веские причины не взять тебя с собой на приём.

– Ты мог бы добавить эти причины в своё скудное сообщение.

– Я должен был это сделать, но в тот момент был настолько зол, что мне было не до объяснений.

– Ты опять поссорился с отцом?

– Я с ним никогда и не мирился, но в целом да.

– Это из-за меня? – выдаёт проницательная крошка, только с определением причины ошибается: – Он не захотел, чтобы ты шёл туда со мной, да?

– Нет, – быстро заверяю я, проводя большим пальцем по её губам. Всё с точности до наоборот. В этом и проблема, но Мили об этом знать не стоит. – Ты никак не причастна к нашему конфликту. И давай не будем сейчас об этом. Сама же сказала, что ты замёрзла и тебе пора домой.

Она кивает, а затем озадаченно охает:

– У тебя кровь носом пошла.

Быстро отстраняюсь от Мили и подношу руку к носу, чтобы не запачкать её.

– Чёрт! Опять. Думал, больше не пойдёт.

– В смысле опять? Это с тобой часто? Ты здоров?

– Как бык, не волнуйся. Это всё из-за удара.

– Какого удара? Элиот же тебя ни разу не ударил.

– Ещё бы он меня ударил, – усмехаюсь. – Нет, это мне на приёме заехали по носу.

– Кто?

– Не бери в голову. Просто одна неадекватная особа.

А если конкретнее – буйная пацанка Никс. Не важно – одета дикарка в свои пацанские лохмотья или же пребывает в образе светской леди, она всё равно остаётся дикаркой. А ещё драчуньей. Во время нашей случайной второй стычки на приёме она заехала мне по носу так, что чуть не сломала его. За что засранка теперь будет долго и упорно вымаливать у меня прощение.

После нашей сегодняшней неожиданной встречи Никс у меня на крючке. Я столько всего узнал о нашей маленькой пацанке, что сам знатно обалдел. А Остин и вовсе придёт в ярость и разгромит весь Рокфорд вместе с Никс, если узнает о её тайной, развратной стороне жизни. Так что впредь в ответ на моё молчание Николина будет со мной воплощением дружелюбия и покорности. И нужно отметить: наш с ней уговор – единственное прекрасное событие, случившееся на этом чёртовом вечере.

До дома Мили мы добираемся, пребывая в напряжённом состоянии. Я пытаюсь завязать с ней разговор хоть о чём-нибудь, но она резко пресекает все темы. Я неоднократно пытаюсь переплести наши пальцы, но Мили каждый раз одёргивает руку, опять просит меня не трогать её и пялится в окно на пролетающие ночные улицы Рокфорда, делая вид, будто меня рядом нет.

На полпути до её района я решаю перестать её докучать, а когда Мили бросает мне на прощание сухое «спокойной ночи» и выскакивает из машины, я не бегу за ней, хотя жутко хочется. Я заставляю себя остаться сидеть в машине и размышляю, какого чёрта я такой придурок? И что вообще мне делать дальше?

Глава 33

Эмилия

Минут десять стою в своей ванной комнате, опершись ладонями о столешницу с раковиной. Всё ещё в платье, на каблуках и с косметикой на лице. Нужно раздеться, принять душ и лечь спать, чтобы наконец завершить этот паршивый вечер, но я продолжаю стоять на месте с закрытыми глазами и вслушиваюсь в гнетущую тишину.

Папа уже спал к моменту моего возвращения домой, а мама отправилась в спальню сразу, как только убедилась, что я вернулась в целости и сохранности. Ни слова мне не сказала. Не задала ни одного вопроса о том, как прошёл приём. И слава богу. Врать мне не хотелось. К тому же я уверена, что рано или поздно родители узнают, что меня там не было. Но меня это не волнует. Главное, что они не узнали об этом сегодня. В любой другой день я найду в себе силы справиться с ликующим взглядом мамы, но сегодня – нет. Мне и так сложно сдерживать слёзы. И кажется, вот-вот станет ещё сложнее.

Я не раскрываю глаза и не пугаюсь, когда слышу звук открывающейся двери и тихие шаги за спиной. И так знаю, кто это пришёл. Сердце предательски ускоряет ритм, когда мужские ладони умещаются на талию, а крупное тело прижимается сзади.

– Ты всё-таки пришёл, – с раздражением выдыхаю я и открываю глаза, встречаясь в отражении зеркала с серым взглядом Марка.

– Ты сомневалась?

– Нет. Я знала, что ты не сдержишься и не дашь мне побыть сегодня одной.

– Я настолько предсказуемый? – короткая усмешка путается в моих волосах возле уха.

– Нет, скорее упрямый, непонятливый и эгоистичный. У меня сейчас совсем нет настроения заниматься сексом. И с твоей стороны наивно считать, что это сможет загладить твою вину.

– А кто сказал, что я так считаю? И с чего ты вообще решила, что я пришёл сюда за сексом?

– А разве нет?

– Нет.

– Зачем тогда?

– Я просто пришёл к тебе, потому что мне не понравилось, как мы с тобой расстались, – он крепче обивает мою талию, жмётся ближе, и мне приходится отдать все моральные силы, чтобы не прикрыть веки в удовольствии.

– Мне тоже много чего не понравилось этим вечером.

– Я знаю. И мне очень жаль. Я должен был всё нормально тебе объяснить.

– И не должен был как псих нападать на Элиота.

– А вот за это я не стану извиняться, – выдаёт Марк с раздражением, оно же загорается в серых радужках глаз. – Что моё, то моё. Никакой левый хер не будет безнаказанно тереться об тебя.

– Во-первых, я повторяю: он не тёрся, а во-вторых, тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? Твоя ревность выходит за все возможные грани.

– Ну уж прости. Вот такой я, как выяснилось, собственник. Думаешь, мне самому в кайф так беситься каждый раз, когда на тебя кто-то бросает заинтересованный взгляд?

– Никто не делает этого.

– Ещё как делают, просто ты этого почему-то не видишь. И этот Элиот тоже пожирал тебя глазами. Не понравилась бы ты ему, он к тебе даже не подсел бы.

– Не правда.

– Правда, Мили. Ни