Вечные клятвы - Ана Эм

– Что б тебя, Елена. – рычит он.

Спрыгиваю на пол, чувствуя болезненную пульсацию в области швов, и бешеный адреналин в крови. Сандро успевает только вытащить нож, как я уже набрасываюсь на него в рукопашную.

– Не глупи, детка. – уклоняется он от каждого удара так легко, будто дерется с ребенком, и отступает обратно в коридор. – Я сильнее тебя.

– Зато язлее.

Врезаю ему по колену и с разворота ногой по ребрам. Он ругается себе под нос, и мы оказываемся в коридоре.

– Ну, как хочешь. – он толкает меня лицом в стену и хватает за волосы.

Я мгновенно врезаю ему локтем в челюсть, и схватив вазу со стола рядом, разбиваю о его и без того окровавленную руку. Осколки сыпятся на нас, и хватка на моем затылке слабеет. Разворачиваюсь и врезаю ему коленом по яйцам, вызвав бурный поток ругательств.

Мы сливаемся в непрерывный клубок ударов и толчков в хреновы стены на протяжении всего коридора. Я швыряю в него все, что попадается под руку – картины, декоративные статуэтки в нишах, фарфоровые наборы для гребанного чаепития.

– Восемь гребанных лет планирования. – рычу, увернувшись от удара. – И три года работы. Ты хоть знаешь, сколько бабла я туда вложила?

Мы вваливаемся в столовую и отцепляемся друг от друга, тяжело дыша.

– Полагаю, что дохрена. – отвечает с игривой ухмылкой на окровавленных губах. – Но знаешь, что? Мнеправда жаль, – прикладывает руку к сердцу. – Что я не сделал этого раньше.

Из моего горла вырывается крик, и я хватаю коллекционную тарелку из набора с полки рядом. Ублюдок успевает увернуться, но я запускаю в него следующей. Он делает выпад в мою сторону, и мне удается только моргнуть, прежде чем оказываюсь припечатанной спиной к столу. Боль простреливает позвоночник, а горло сжимают в хватке.

– Ты столько летлгала мне. – выплевывает Сандро.

– О, ты даже представить себе не можешь. – выдавливаю охрипшим голосом и врезаю рукой ему в горло. Он тут же отпускает меня, и я в миг подрываюсь, снова ударив его ногой в живот. Сандро влетает в стеклянный стеллаж спиной. Видок у него не очень, но взгляд по-прежнему дикий, будто все происходящее его не просто забавляет, аблядь, возбуждает.

– Ты хотел знать, кто меня трахает?

Ухмылка мгновенно соскальзывает с его лица, взгляд чернеет. Хватаю ближайший стул. Тяжелый, падла.

– Тыудивишься. – замахиваюсь и врезаю ему стулом, едва не снеся с ног.

Сандро сгибается пополам, сплевывает кровь, а затем тянется себе за спину.

– Все,затрахала.

Мы одновременно поднимаем и наставляем друг на друга пушки, и я вдруг понимаю, что не только у меня все это время было при себе оружие. Почему он не воспользовался им раньше?

Мое дыхание такое же сбитое, как и его.

– Давай. – бросаю ему. –Стреляй.

– Ты первая.

Вдох.

Палец дрожит на курке.

Всего один выстрел, и он больше не сможет мне навредить. Не узнает об Илье и не возненавидит меня. Всего один выстрел, и я в разы облегчу себе жизнь.

Он заставил меня убить Фабио.

Он уничтожил мой клуб.

Яненавижу его за это.

Ты первая предала его. Первая открыла огонь.

Сандро не пытается скрыть своих эмоций. Я вижу их все в лунном свете, что бьет из окна. Он в гневе. В смятении. Он не доверяет мне и понятия не имеет, что со мной делать. Внутри него бушует настоящая буря, и я…

Выдох.

Он выбрасывает свой пистолет в сторону, выбивает мой, и уже в следующее мгновение его рот на мне. Этот поцелуй лучше, чем я когда-либо могла себе представить. У него вкус металла и хреного порока.

Сандро резко подхватывает меня и сажает на стол, я обвиваю ногами его талию, забираясь руками под рванную футболку. Его влажные от крови ладони скользят по моим бедрам, задирают мою ночнушку, сжимают грудь, талию, задницу и все, до чего могут дотянуться. Грубо, по-собственнически и чертовски идеально.

Мы поглощаем друг друга так, будто завтра не настанет. Наши языки сталкиваются, и я стону ему в рот, забираясь одной рукой в штаны. Уже в следующее мгновение его горячий член упирается мне между ног, Ломбарди ни секунды не колеблется и входит в меня одним резким глубоким толчком, от которого дыхание перехватывает.

– Сука. – стонет он мне в рот, прижав свой лоб к моему. – Как жеидеально. Я просто ненавижу тебя за это.

– Взаимно.

Он начинает трахать меня – и членом, и языком.

Одна рука грубо сжимает мои волосы в кулаке, другая держит за горло. Он прикусывает мне губу до крови, я оставляю глубокие царапины на его кожи. Стол подо мной трещит от силы его толчков.

И я в жизни не испытывала ничего подобного. Будто мое тело не просто принадлежит ему, оно словно было создано только для него. Каждое его прикосновение, каждое движение и стон разжигают кровь. И в этом нет ничего романтичного, нет ничего красивого или волшебного. То, что происходит между нами – грязно, порочно, токсично, и вместе с тем восхитительноправильно.

Сандро

Если у меня и были остатки разума, их только что не стало, потому что я понятия не имею, что былодо нее. Не могу вспомнить ощущал ли нечто подобное раньше. Она худшее и лучшее в моей гребанной жизни. Она – все, чего я никогда не хотел и без чего теперь не могу дышать.

Мое чертово наказание и гребанное благословение.

Она кончает в моих руках, и я не могу не последовать за ней. Теперь мне кажется, будто я обреченвсегда следовать за ней.

Потом она, тяжело дыша, смотрит мне в глаза, прямо в самую душу и…вонзает нож в мой бок, в то самое место, где у нее пулевое. Забавно, но ощущается это так, будто она меня помечает.

Все так же не сводя с меня глаз, она вынимает лезвие и толкает меня. Я отступаю, прижав руку к ране, и потеряв равновесие, падаю на колени.

Знаете, что самое дерьмовое в данной ситуации? В целом, я именно там, где и хочу быть. На коленях. Перед моей гребанной женой.

– Спасибо за это увлекательное свидание. – произносит, спрыгивая со стола, и я подмечаю, что колени у нее слегка дрожат. – Но мне еще нужно спланировать убийство, так что я пойду.

И она правда уходит. Прямо через гребанную парадную дверь.