Вечные клятвы - Ана Эм

Пауза.

– Я собираюсь уничтожить Братву.

На этих словах я покидаю бар, перехожу улицу и принимаю планшет из рук Виктора, который все это время ждал меня у моей машины. Прислонившись к ней спиной, открываю камеры видеонаблюдения, приготовившись насладиться шоу.

Эдда

– Ну, что, ты выяснила? Это ловушка, да?

– Ага. – Бьянка поворачивается спиной к залу и достает из внутренних карманов зажигалку и две бомбочки, похожие на свечки. – Все входы и выходы перекрыты. Его люди повсюду.

Я снова бросаю взгляд на посетителей, на круглую барную стойку в центре и дверь на кухню. Одни мужчины, которые то и дело посматривают в нашу сторону. Значит, их предупредили быть осторожней. Миленько.

– Елена? – спрашиваю, и сестра загадочно улыбается, играя бровями.

Ясно. Закатываю глаза.

Разложив свои причиндалы, Бьянка протягивает мне под столом два пистолета.

– Что ты там несла про нее? – бормочу, сбрасывая туфли.

– Ой, да брось. Мужики тупые, и иногда им просто необходим мощный пинок под зад. Я же не сказала, кто и что с ней сделал. Он бы испортил ей всю малину и сам пришил последнего ублюдка.

– Елена убьет тебя. – снимаю предохранители и замечаю, как из кухни выходят трое, четверо, короче говоря, дохрена целей.

– Ей придется встать в очередь. – отвечает Бьянка, поджигая свои «свечки»

Сандро

Их окружают со всех сторон. С этого ракурса мне не видно, что именно они делают за столом, однако все становится предельно понятно, когда Бьянка вдруг подрывается на ноги и бросает что-то в зал, а Эдда переворачивает стол и открывает огонь.

Дым за доли секунды распространяется, скрывая сестер.

Они ведь не смогут вдвоем уложить двадцать моих бойцов?

Переключаюсь с одной камеры на другую. Эдда отстреливает всех, кто подходит к Бьянке слишком близко, причем не смертельно. А та в свою очередь хреначит всех без разбора. Сначала стулом, потом ногами, а следом достает откуда-то нож и перепрыгивает через барную стойку, смеясь так, будто шикарно проводит время. Спустя мгновение Эдда выходит из-за стола, отбрасывает оружие в стороны, а затем налетает на дезориентированного мужчину со спины и душит его в локтевом захвате.

Мои брови так и лезут на лоб, и теперь не остается сомнений в том, что в Лас-Вегасе они действовали в одиночку. Не знаю, кто их обучил, но работают они как отлаженный механизм.

Дым заполняет уже весь зал, так что теперь я вижу только Бьянку, которая разбивает бутылку о голову одному мужчине и швыряет вторую в другого.

В следующее мгновение слышу то, чего совсем не ожидаю – звуки сирены.

– Они вызвали полицию? – выдыхаю, оторвав взгляд от экрана и уставившись на дверь бара.

– Похоже на то. – отвечает Виктор, нахмурившись.

– Я тебя не спрашивал.

Пихаю ему в руки планшет и зажмурившись, стискиваю переносицу двумя пальцами.

Твою мать.

– Эм, Сандро?

– Что? – рявкаю и поднимаю голову.

Виктор указывает куда-то на дорогу, и я замечаю черный мотоцикл, а на нем тех, кого я собирался схватить. Бьянка с окровавленной губой улыбается до ушей, и проезжая мимо, показывает мне средний палец.

– Чтоб меня.

Виктор удивленно хлопает глазами.

– Разберись с этим. – махаю куда-то в сторону бара, куда скоро нагрянет полиция, и сажусь в машину.

Мы сразу трогаемся с места, и я сдергиваю с себя галстук.

Никогда бы в жизни я не подумал, что три хрупкие девушки могут доставить столько гребанных проблем. И эти проблемы не заканчиваются, даже когда я добираюсь домой.

Стоит выйти из машины, как я замечаю розовый стикер на двери, ведущей на подземную парковку, где находится моя личная и крайне дорогая коллекция винтажных машин.

Подхожу к ней и срываю стикер.

Зря ты полез к моим сестрам, дорогой.

Не делай так больше.

– Целую, Елена.

Вместо того, чтобы спуститься вниз, бросаюсь к домику охраны и прошу их показать мне записи с камер. За последний час ничего. Совершенно ничего. Я хмурюсь и выхожу на улицу.

Какого хрена?

Вдруг мой телефон оповещает меня о входящем сообщении. Достаю его из кармана. С номера Жаклин пришла видеозапись. Сначала вижу просто десять своих машины, которые собирал по всему миру годами, а затем в кадре появляется моя жена с хреновой битой в руках.

Отправив мне на камеру воздушный поцелуй, она подходит к первой машине, стоимостью в тридцать миллионов долларов.

– Нет. Нет. Ты не…

Замахнувшись, она разносит лобовое стекло на мелкие осколки.

– Все это время у нее был доступ к камерам. – бормочу себе под нос, наблюдая за тем, как моя жена с улыбкой разносит одну машину за другой, а благодаря тому, что парковка находится под землей, никто, разумеется, нихрена не услышал.

И знаете, что? Все это проходит именно в тот момент, когда я мило болтал с ее сестрами и попивал чертово вино.

35

Сандро

Вот уже третий день меня не покидает это странное ноющее чувство в груди. С каждым часом оно разрастается внутри, как опухоль. И я не могу описать это кроме как словом «болезнь».

Делаю глоток скотча, пытаясь заглушить его.

Я сижу на одном из диванов в «Астре» прямо перед сценой и почти не обращаю внимание на то, что там происходит. Вико докладывает об успешной операции по захвату контрабанды Братвы, но мне плевать. Михель с другой стороны говорит о стычке с Этерно на границе, и мне вдвойне плевать. Даже когда Катарина сегодня сказала, что мне наконец пришло приглашение от Кинга, мне, честно говоря, было абсолютно насрать.

Я фактически ночую в офисе, потому что мысль о возвращении домой лишь увеличивает опухоль в груди. Особняк еще никогда не казался мне таким пустым.

А все потому, что я, блядь, скучаю по своей жене.

Скучаю по стуку ее каблуков, черным глазам и острому языку. По тому, как она всегда сидела справа от меня за столом, как улыбалась и морщила нос, когда ей что-то не нравилось.

Я три года воспринимал ее присутствие как нечто само собой разумеющееся. И сейчас понятия не имею, как оказался в этой точке. Я намеренно избегал привязанности, чтобы потом не страдать так, как сейчас страдает