Вечные клятвы - Ана Эм

– В радости и горе. – напоминаю я. – В болезни и здравии. В богатстве и бедности.

– Пока смерть не разлучит нас. Да, я помню. Однако там не было ни слова о мести или совместном убийстве.

Я смотрю на нее, кажется, вечность, и меня до чертиков пугает то, что я готов дать ей все, о чем бы она ни попросила. Это ощущение еще хуже той опухоли, что появляется, когда ее нет рядом. Ведь оно значит, что я полностью в ее власти. А она об этом даже не подозревает. Возненавидеть? Да, я мог бы ее ненавидеть, но не сильнее, чем я уже еелюблю.

– Ладно. – сдаюсь. – Твоя взяла.

Надо видеть то, как она засияла. Будто ребенок с пакетом конфет.

– Но пообещай мне одно. – прошу серьезно.

– Что?

– Ты свяжешься со мной, если будешь в опасности.

Кивает.

– Это я могу.

– Хорошо.

Беру ее руку со своей шеи и переплетаю наши пальцы.

Катарина, как мой ассистент, Антонио и еще трое наших людей следуют за нами, когда мы поднимаемся по мраморным ступенькам и подбираемся ко входу. Там у нас проверяют приглашение и подтверждают личности сопровождающих. Люди Кинга собирают досье на всех, кто сегодня будет присутствовать. Включая весь персонал. Биографии всех проверены на уровне ФБР. И это та самая часть мира, которая полностью противоположна мафии во всем, кроме сердцевины. Не имеет значения, легальная она или криминальная, всех здесь объединяет власть.

В вестибюле нас приветствует чита Кингов – сенатор со своей супругой, старший сын и двое младших дочерей. Пожимаю руки мужчинам, но чувствую, как Елена рядом напрягается, хоть внешне и остается спокойной и сдержанной. По ее взгляду трудно определить, что именно ее беспокоит, потому что смотрит она на всех совершенно одинаково. И эта ее маска самая жуткая из всех, потому что под ней она словно и неживая вовсе. Как чертова кукла. Ненавижу видеть ее такой, но беру на заметку, что когда она улыбается Кингу маска на ее лице будто становится плотнее, а рука сжимает мою чуть сильнее.

Мы проходим в широкий банкетный зал с открытыми террасами и выходом в сад. Оркестр играет как внутри, так и снаружи. Повсюду расставлены столы и свечи, будто мы где-то на баллу в эпоху ренессанса.

Елена немного расслабляется и будто сосредотачивается на чем-то. Ее черные глаза бегают по углам, и я подмечаю, что посматривает она на все входы, выходы и камеры.

Значит, дело в Кингах.

Гордоны.

Уильямсы.

Кинги.

Три семьи. Два трупа.

Ей нужен Натаниэль?

Она берет бокал шампанского, и мы приступаем к обычной рутине. Катарина сообщает нам имена и детали из биографий тех, с кем нужно пообщаться и тех, кого стоит обходить стороной. Посреди всего этого я снова чувствую, как Елена напрягается рядом со мной. Это даже не заметно, если не присматриваться, но я, так уж вышло, целиком и полностью сосредоточен на ней. И мне, нахрен, совсем не по душе то, что я вижу.

Илья Баринов.

Ублюдок не подходит к нам, но когда бросает взгляд в нашу сторону, Елена почему-то сразу отворачивается. Она делала так раньше или нет? Черт, я понятия не имею, потому что раньше следил лишь за тем, чтобы к ней не приставала всякая шваль.

Когда все рассаживаются за столы и приступают к ужину, я продолжаю наблюдать, попутно перекидываясь словами с бизнесменами за нашим столом. Официальная часть со скучными речами и поздравлениями юбиляра, то есть старшего Кинга, подходит к концу. Скоро все разбредутся, кто куда и начнут общаться на более серьезные темы. Например, о том, кого сместить с должности, кому дать взятку и все в таком духе.

Разумеется, я не удивляюсь, когда ко мне подходит человек Кинга и просит следовать за ним.

Наклонившись к Елене, я заглядываю ей в глаза и спрашиваю:

– Я отлучусь ненадолго, ты будешь в порядке?

– Конечно. – улыбается, но эта улыбка не касается глаз.

– Не отходи от Антонио.

Она морщится и закусывает нижнюю губу.

– Что? – спрашиваю, нахмурившись.

– Я могла бы соврать, но наш семейный психолог настаивает на том, чтобы мы были друг с другом откровенны в подобных вещах.

– Наш…психолог?

– Ага, – вот теперь улыбка вполне искренняя. – Бьянка.

– Ах, точно. Как я мог забыть.

– Ну, так вот, говорю тебе прямо. Либо прикажи Антонио отвернуться, либо я улизну у него из под носабез твоего одобрения.

Я вздыхаю, зажав переносицу двумя пальцами.

– Мне стоит беспокоится?

– Не думаю. – качает головой.

Изучаю ее лицо.

– Стоит ли вызвать отряд? Снайперов? Вертолет?

Улыбка становится шире.

– Не сегодня.

– Как скажешь. – целую ее в висок и поднимаюсь на ноги.

Подхожу сначала к Антонио, который стоит рядом с Катариной и другими у стены.

– Не мешай ей, но прикрой, если что. – приказываю ему на ухо.

Он едва не закатывает глаза, но сдерживается.

– Она просто заноза в заднице. – говорит одними губами так тихо, чтобы только я мог разобрать. – С Доминикой было проще.

– Скажи лучше спасибо, что она не Бьянка и заткнись.

Он морщится.

– Она пыталась менясоблазнить.

Подавляю смех и разворачиваюсь к залу, устремляясь к ожидающей шестерке Кинга.

Удивляет ли меня, что в итоге я оказываюсь в кабинете сенатора? Нет.

Удивляет ли меня тот факт, что там уже сидит Баринов? Тоже нет.

Даже завуалированные слова Кинга о том, что он в курсе, кто мы и чем занимаемся, меня не особо трогают. Но вот тот факт, что он решил, будто я буду исполнять его приказ ради какого-то сраного гос-контракта прямо таки поражает. Да, последние несколько лет я создавал себе репутацию скорее бизнесмена, нежели мафиози, однако это не отменяет того факта, что в случае чего я не прочь замарать руки кровью. И эта его угроза преследования со стороны разных служб, если мы не найдем убийцу сыновей его близких друзей, меня немного смущает.

Сенатор явно думает, что это был кто-то из наших. И в целом, он прав. Это ведь Елена разделалась с мудаками. Но не с той ноты он начал. Угрозы, шантаж и демонстрация власти на нас не действуют. Потому что