Из огня да в полымя. Книга 4 - Серг Усов

молоденьких полицейских сотрудников, откуда-то из села видимо, попробовал было мажора нашего урезонить, когда тот и без того еле державшуюся на ногах брюнетку за что-то так толкнул, что та упала на урну, чуть башку себе не разбила.

Повезло тому патрульному пацану, что с ним рядом вовремя опытный сержант оказался, объяснил, ху из ху. Иначе долго ему в полиции бы не задержаться, нашли бы, как подставить.

— Я тебе в мини-бук ещё программу обработки по методу Гаусса подгрузил, — сообщил Олег, когда мы приступили к нашему традиционному утреннему чаепитию.

До подаренных госпожой Решетовой печенья и конфет мы с ним ещё не добрались. Я вчера, так сказать, с барского плеча привёз бисквитов, финских, самых дорогих. Сначала купил в супермаркете их две коробки по двенадцать штук в каждой, а уже дома, когда разгружал, вспомнил, что эти суомские твари в НАТО ж вступили, смотрел в какой-то передаче.

Эту мразь простили и за блокаду Ленинграда, и за те просто звериные издевательства, которыми они наших пленных в своих концлагерях подвергали, и за то, что они вытворяли над женщинами и детьми на захваченных территориях Карелии.

Потом на долгие годы притихла падаль, улыбались, друзьями прикидывались, а как только им пообщал тот дед, ну, который с трапов прикольно летал, что русским всё на этот раз, крышка, спешите, типа, в очередь на мародёрство, так уроды о проявленной доброте быстро забыли, сразу же побежали в НАТО, в надежде, что опять получится над нашими беззащитными людьми глумиться. Козлы. Лучше бы я чокопаев накупил. Кстати, китайские ничуть не хуже, хотя, да, вкус совсем разный. У финнов — клюквенный, брусничный и малиновый. Больше не буду никакую их продукцию покупать.

— Нахрена мне там вообще программы обработки? — спрашиваю, с неприязнью откусывая вражеский бисквит. — Это у меня, считай, записная книжка, ну, и по инету с тобой или начальницей связываться.

— Так, если…

— А вот если, то я тебе скину, ты обработаешь и пришлёшь мне уже готовый результат. Но, думаю, и сам потерплю, пока сюда не доберусь. Блин, что я точно забыл, так это установить пароль на мини-буке. Ты-то ладно, свой, коллега, друг, брат, а вдруг кто чужой полезет?

— Мысль верная. — кивает Олег, ничуть не обидевшись, что я его за инициативу не поблагодарил. — Ладно, больше без твоего ведома не стану никуда в твои компы залазить. Лёш, — выбросив в урну обёртку от вражеской сладости, он переложил взятку из внутреннего кармана, где она чуть выпирала, в боковой. — А ты не мог что ли пятитысячными купюрами привезти?

— Не сообразил, — из-за вранья чуть не покраснел.

На самом деле мне просто не захотелось потрошить пачку. Потом вспоминай, где сто купюр, а где осталось девяносто. А пачка тысячных у меня как раз уже на разбор подошла. Полтинник Олегу, а оставшиеся восемь — в портмоне. Пополнил запас носимой налички.

Капец, деньги утекают, что тот речной песок сквозь пальцы. Ладно, чего плакаться-то? Притекают быстрее. Вот тачку куплю, тогда соотношение приход-расход окажется не в мою пользу. Хотя и тут, как знать, как знать.

Анна Николаевна разумеется в курсе, что мне нужно на третий этаж встречаться с коммерческим директором мухинского предприятия, однако, всё равно нужно зайти и доложить ей об этом. Так принято, и не только у нас. Начальство вправе забывать, какие задачи получили подчинённые накануне, вот и постучал к госпоже Каспаровой, уже с полностью собранным к встрече потрфелем — бумаги, мини-бук и блокнот, только ради того, чтоб было в чём Паркером писать.

Даже не ожидал, как Аня будет рада меня видеть. Опять пересела из своего кресла на стул рядом со мной, якобы ещё раз взглянуть документы, а в реальности просто ей хочется быть как можно ближе ко мне.

А я молодец, сегодня перед уходом из дома не жалея набрызгал на себя Булгари, верно рассудил, что пока доеду, пока поработаю в кабинете, пока то, пока сё, излишний аромат разветрится. Только Анечку ко мне вовсе не туалетная вода манит, а я сам. Эмпатия просто сиреной ревёт от её чувства симпатии ко мне.

" — .. а ведь он у меня действительно самый лучший, — присвоила начальница мои тело и душу в собственность, особо моим мнением не интересуясь. Ну, так для Анны свет Николаевны не секрет, что я к ней неровно дышу. Хорошо, о наших постельных кувырканиях в моих снах не догадывается. — намного лучше, чем Алкин Иван. Тот — солдафон до мозга костей, а Лёша умница, талант, гений и какой красивый. И следит теперь за собой, и явно спортом занимается, вон как за короткое время стал крепким и сильным. Его б ещё, хи-хи, плавать научить и можно вести с родителями знакомить, как, так сказать, нет, нужно сначала не это, это потом, а сперва с дедом поговорить, но он же меня любит, если ему сказать, что…"

У Анны полный сумбур в голове начался. Смотрю, они с подругой соревноваться стали, чей не годный в мужья парень у кого круче. Кто сильнее, кто умнее. Определились бы сначала с конечной целью наших отношений. Блин, а сам-то я что, лучше в этом плане? Тоже себя нихрена не пойму. Хочу Анну, аж порой дрожь пробивает, и в то же время — нет, не страх, уже не страх перед последствиями — а понимание, что я такую любимую девушку тупо не потяну финансово. Прав, Иван, сто раз прав.

— Твой подарок оказался самым-самым лучшим, — говорит она, вспомнив о наших вчерашних гуляниях по зоопарку. — Спасибо тебе огромное. Даже страшно представить, что, если бы не ты, я наверняка бы никогда не побывала в нашем зоопарке. Не нашла бы времени, да и не додумалась до такого. И в такой замечательной компании. Я уж и не вспомню, когда так тепло было.

Уж не знаю, насколько мой подарок лучший, но точно самый дешёвый. Нет, понятно, сейчас она сказала это совсем искренне, только, знаю, родители ей спортивный трёхдверный Бентли подарили, она на нём пока не ездит почему-то. А другие гости тоже много-много ценных вещей вручили. Я в курсе, потому что Алла Решетова в мыслях все подругины новинки перебрала.

Позже Анечка наверняка сообразит о несопоставимости потраченных сумм на те подарки для неё со стоимостью моих билетов. Но пока приятно, что они котируются выше, хоть и ненадолго это.

Стоило госпоже Каспаровой чуть отвлечься от меня — всё ж о работе она здесь в офисе не забывает никогда — и, сведя брови, начать просматривать