Хозяйственник. Абсолютный ноль - Фёдор Бойков

И вот теперь она сначала предупреждает об опасности, ничего не поясняя, а потом даёт сразу два задания. Выжить, значит? И как, грифоны побери, я должен это сделать, если от меня ничего не зависит⁈

— Что такое обратная интеграция? — спросил я у системы, кипя от злости. Да нет, я не просто злился, я был в бешенстве.

Обратная интеграция: враждебный симбионт пытается ассимилировать носителя. Ассимиляция приводит к видоизменению носителя и превращению его в подобие симбионта

Вот оно как. То есть этот враждебный симбионт попытается превратить меня в симбионта? Значит, именно это произошло с Клинтом. Он действительно перестал быть человеком. Только вот не понятно, что мне-то теперь делать?

Так, надо немного успокоиться и подумать. Было предупреждение о множественных симбионтах в самом начале. Потом Клинт стал заражённым. А теперь, когда мы дошли до центра пятна, с Клинтом что-то случилось, и та клякса на его груди дожрала его и пытается сожрать меня.

— Ртуть, просыпайся, — позвал я симбионта. — Ты говорила, что зов идёт от кого-то старшего. Помогай давай разобраться.

Ответа я не дождался. Ну или не услышал его из-за того, что энергия вокруг нашего барьера окончательно разбушевалась. Мне показалось, что я слышу рёв ветра и рокот волн, будто нахожусь совсем в другом месте.

Но пусть Ртуть и молчала, я смог почувствовать её эмоции. Это было странно и непривычно — одновременно злиться и испытывать сонливость. Но ничего, привыкну как-нибудь. Главное, что Ртуть проснулась.

Следом за сонливостью от моего симбионта пришла волна ещё большей ярости, чем испытывал я. А потом меня накрыло волной дикой и какой-то необузданной ревности. Сам я такого чувства ни разу в жизни не испытывал.

Не понял, то есть она не заметила не только попыток волка образовать связь со мной, но и пропустила буйство энергии вокруг нас и появление враждебного симбионта? Ну и горазда же она дрыхнуть в такие-то моменты.

Как только я сумел совладать с охватившими меня чужими чувствами, понял, что таки да — Ртуть вполне себе живое существо. Иначе откуда бы все эти эмоции взялись? Интересно, а мои эмоции она чувствует?

Я призвал всё своё самообладание и постарался представить перед собой лицо Велмы. Получалось не очень, ведь перед моим взглядом виднелась щека Эрика. Его я почти ненавидел, и было сложно не испытывать настолько негативные чувства.

Но у меня всё же получилось. Едва я вспомнил ласковую улыбку тётушки на морщинистом лице и её тёплые руки, когда она обнимала меня с утра, в груди потеплело. Я закрыл глаза и сосредоточился на этих добрых воспоминаниях.

Эмоции Ртути немного притихли, и мне даже дышать стало легче. Получив от неё в ответ волну обожания, я открыл глаза и вздрогнул.

По внутренней структуре магического щита ползли чёрные нити энергии сопряжения. Они пробивались через заслон и тянулись ко мне, игнорируя магов. Вот бы пообрубать эти грифоновы отростки к хренам собачьим!

Будто подслушав мои мысли, Ртуть перетекла мне на плечо, а потом и на грудь. В следующее мгновение передо мной начала распускаться серебристая сеть. Ртуть оплетала меня всего тончайшими нитями, похожими на паутинки, которые разрастались и ширились с каждой секундой.

Эрик передо мной дёрнулся, а следом за ним я почувствовал, как напряглись остальные маги. Я не мог видеть их лица, но позы и попытки отшатнуться от меня говорили о многом. Если уж боевые маги хотят сбежать от меня, позабыв про барьер, то дело плохо.

Это может означать лишь одно. Они боятся меня куда больше, чем того, что происходит снаружи, чем бы оно ни было.

Только вот возможности выбраться из купола у них не было. Если разбить его, спадёт защита, а без этой защиты мы все погибнем в одно мгновение. Похоже, что все они мыслили примерно так же, ведь через несколько мгновений маги перестали дёргаться и замерли. Эрик и Фейт ещё пытались отодвинуться, но и они через пару секунд притихли.

Я смотрел на ухо Эрика, оказавшееся передо мной, и думал о том, что совершенно не готов к походам по пятнам. И если я не хочу больше в них попадать, то мне нужно найти способ избавиться от давления кланов. Но сначала я должен выполнить задание системы и выжить. И я сделаю это не ради награды и не потому, что принял правила. Просто подыхать второй раз в компании Эрика я не собираюсь.

Мой эмоциональный посыл дошёл до Ртути, судя по всему. Она перестала расширять нити своей сети, но сама сеть вдруг начала двигаться. Боевые маги напряглись ещё сильнее, будто бы даже окаменели на месте, когда серебристая сеть переместилась с меня на стенки барьера.

Я понятия не имел, что делает Ртуть. Но через пару секунд её сеть оплела весь барьер изнутри. И только спустя мгновение я понял, что именно вижу.

Ртуть не просто ползла по внутренней стенке купола — по пути она пожирала тёмные нити враждебного симбионта. Причём каждый раз, когда она отхватывала от него куски, появлялись всё новые отростки серебристого цвета. Так она же поглощает его — понял я. Она жрёт гребаного симбионта и растёт!

Не знаю, сколько времени прошло с того момента, как маги поставили барьер. По моим ощущениям уже минут десять или даже двадцать. Но только сейчас, когда Ртуть сожрала щупальца враждебного симбионта, гул снаружи начал затихать.

И вот тут-то стали слышны ругательства и крики магов.

— Оно нас всех сожрёт! — орал Фейт где-то позади меня.

— Мы сейчас все станем заражёнными! — в тон ему кричал Дзара. — Я не хочу подыхать тут!

— Да заткнитесь вы, уже заканчивается! — громче всех рявкнул Ленс.

— Внимание, отряд! — услышал я голос Лоркана прямо у моего уха. Я с этими сообщениями системы и симбионтами уже успел позабыть, что он стоял прямо за мной. — Центральный виталит получил жертву. Действуем по стандартному плану!

Через минуту барьер начал распадаться и вскоре окончательно разрушился, но мы продолжали стоять близко друг к другу. Ведь ровно по контуру купола до сих пор держалась серебристая сеть, ставшая почти монолитной.

— Кайан, ты не мог бы отозвать свой дар? — осторожно попросил меня Лоркан.

— Мой дар? — переспросил я и глянул на сеть. Как можно посчитать эти толстенные переливающиеся жгуты моим даром вообще?

— Ты ведь только что укрепил барьер, — всё тем же тоном проговорил Лоркан. — Я вижу остаточное