Уйское пограничье. Книга 3. Христолюбивые воины - Александр Смольников

Наполеону не удалось осуществить план по молниеносному захвату города, и это помешало ему навязать русским неприемлемые условия.

Но российским генералам также не удалось перейти в контрнаступление. На стороне противника по-прежнему было огромное численное превосходство. Атмосфера в рядах нашей армии была гнетущей: все понимали, что следующая цель Наполеона – Москва. В ночь на 18 августа армии Барклая и Багратиона были вынуждены покинуть разрушенный и горящий Смоленск.

Наполеон продолжал наступление, но дела складывались не лучшим образом: солдаты страдали от голода и жары, изнуряющие переходы при отсутствии каких-либо результатов действовали на сознание губительно, специальные транспортные батальоны, состоявшие из обозов с фуражом и провиантом, не успевали за основными силами, каждый полк должен был самостоятельно заботиться о продовольствии. Российская армия постоянно ускользала от Наполеона, вызывая раздражение.

Отступление российских войск раздражало и представителей отечественного генералитета. Многие видели корень проблемы в том, что у объединённых армий не было единого главнокомандующего.

И Александр I после отхода войск к Москве решил назначить главнокомандующим генерала Михаила Илларионовича Кутузова. На тот момент тому было 66 лет.

Приближалась крупнейшая битва Отечественной войны 1812 года.

2.4

Манифест Александра I. Оренбуржье

На покосе жизнь шла своим чередом. Трифон с семьёй ежедневно косили, сушили траву, собирая её в стога. Душа радовалась! Будет чем кормить скотину в зиму!

Внезапно вдали показался всадник, он быстро приближался к станичникам.

– Что-то не нравится мне эта картина со всадником, ой, не нравится! – проговорил Трифон Афанасьевич и опёрся на косу.

Остановили в поле работу все косцы, дружно смотрели в одну сторону – на приближающегося всадника, предчувствуя неладное.

– Дединька, а чего работать перестали? Всадник как всадник! – Семён посмотрел на деда.

– Всадник, да не как обычно, внук! Чует моё сердце беду!

– Война! – всадник прокричал стоящим в поле. – Царь издал манифест о мобилизации!

6 июля 1812 года императором Александром I был подписан Высочайший манифест о нашествии на Россию Наполеона. Объявили его как в станице Степной, так и по другим станицам Оренбургского казачьего войска.

Солнце стояло в зените и по-летнему жгло всё, что попадало под его лучи. Стая ворон внезапно взлетела с церкви. На площади раздался глухой звук большого сполошного колокола, возвещая частым беспорядочным звоном начало войны. Народ, собравшийся на площади, гудел как в улье, понимая, что на этот раз беда так беда – это не киргиз-кайсаки какие, на этот раз всё гораздо серьёзней.

Статный казак поднялся на возвышение, чтоб его все видели.

– Здорово, казаки! Прошу тишины! – это станичный атаман обратился к народу на площади.

Постепенно шум затих, стало слышно, как где-то заплакал ребёнок.

– Ампиратор наш Всероссийский, великий князь Финляндский любезный Александр Павлович, – атаман сурово смотрел в толпу, понимая важность момента, – издал Высочайший манифест о нашествии на наше Отечество «армии двунадесяти языков» из немцев, итальянцев, австрийцев, испанцев и прочей злобствующей нечисти.

В толпе зашумели, вызвав в округе лай испуганных собак.

Атаман продолжал:

– Оренбургскому казачьему войску предписано сформировать три казачьих полка пятисотенного состава, каждый с соответствующей нумерацией: Третий, Четвертый и Пятый. В канцелярии будут подготовлены списки для призыву. Военный губернатор нашего края Г.С. Волконский предписал: «чтобы все казаки, служащие и не служащие, кои только могут действовать оружием, тотчас же приготовились стать на оборону Отечества, поэтому должны иметь неусыпное попечение, чтобы у каждого находилась в готовности одна лошадь, которую не употреблять ни в какую тяжелую работу, дабы не изнурять ее и не привести в неспособность, а в случае нужды действовать на ней противу неприятеля. Чтобы у каждого была исправная пика длиною не менее 4-х аршин, с трехгранным копьем, сабли, ружья и пистолеты чтобы были тоже исправны».

Атаман сделал паузу и, и набрав воздуха в лёгкие, добавил:

– Горнозаводским предприятиям поставлена задача по изготовлению для армии артиллерийских орудий, ядер, гранат и картечи. Мы же с вами как один должны быть готовы выступить на защиту Отечества нашего!

Побежали дни, наполненные новыми заботами. С тех дней станица зажила, как и другие станицы Уйской пограничной линии, единым военным лагерем. В памяти старших казаков и казачек ещё не выветрились из памяти бои с пугачёвской армией, разорение станицы.

Для армии в Оренбуржье было закуплено 49 тысяч лошадей, еще 5 тысяч лошадей подарили башкиры и калмыки. Все пожертвования на войну и в пользу воинов составили в крае 900 тысяч рублей.

К началу войны полки были доведены до полной штатной численности. Рыльский полк (2400 чел.) входил в 23-ю пехотную дивизию 6-го корпуса Д. С. Дохтурова, Оренбургский гусарский (1080 чел.) и Оренбургский драгунский (566 чел.) полки – в 3-й кавалерийский корпус П. П. Палена, а 1-й Тептярский полк (500 чел.) – в казачий корпус М. И. Платова.

Офицеры, унтер-офицеры и рядовые этих пяти полков стали активными участниками знаменитой Бородинской битвы!

Всего с Урала на войну с французами ушло порядка 40 тысяч казаков. Патриотический подъем охватил все народности края. Участник Отечественной войны 1812 года Сергей Глинка отмечал, что «мордва, тептяри, черемисы ревностно и охотно шли на службу; башкиры оренбургские сами собой вызывались и спрашивали у правительства, не нужны ли их полки».

2.5

Формирование полков

8 августа 1812 года. Оренбург. Кабинет Г.С. Волконского.

Губернатор Оренбургского края, князь Волконский, как потом его представляли потомкам: один из «екатерининских орлов», генерал от кавалерии, член Государственного совета, кавалер всех Российских орденов, посмотрел на сидевшего перед ним наказного атамана войска полковника Углицкого:

– Василий Андреевич, управляющий военным министерством князь Горчаков на основании Высочайшего повеления прислал письмо с известием следующего содержания: «из приготовленных в Оренбургском войске трех полков приказано сформировать и командировать в армию два».

– Вот как, Ваше превосходительство?! Довольно неожиданно!

– Да, кто-то долго думал в войсковой канцелярии, надо признаться! Но что делать? Будем выполнять!

– Да дело нехитрое ваше превосходительств, – объединить! Как говорят, было бы из чего! А у нас всё под руками.

– Но при этом, полковник, на основе 4-го и 5-го полков, по высочайшему повелению, необходимо сформировать Оренбургский Атаманский казачий полк! Он получит наименование «Атаманский тысячный полк» и должен быть двойного состава: состоять из «33 штаб- и обер-офицеров и 1141 нижнего чина».

– Кого будем ставить во главе? – Углицкий посмотрел на Волконского.

– Жду Вашего предложения, Василий Андреевич, так сказать, взглядом изнутри.

Григорий Семёнович пристально посмотрел в глаза атаману.

– Я считаю, что в поход Атаманский полк должен вести майор Авдеев.