Одержимость Севера - Ира Далински

облизывания. Хочется сдавить их своими, заставить вскрикнуть. Взгляд не в пол, а прямо перед собой. Несмотря на дрожь в пальцах, держит себя не как испуганная крольчиха. В любом случае, пытается.

Но да ладно. Похуй, че она там строит из себя. Все равно в койку запрыгнет.

Но сначала стрелка.

Не хотел тратить время, но звонил Старик, а его игнорировать нельзя.

Я вышел, оставив девчонку в машине под присмотром Гриши — моего киллера под два метра ростом.

Интересно, что за сходка такая срочная.

Последний раз Старик собирал нас вот так, ночью, пять лет назад. Тогда и передал мне северные районы.

Мои пальцы сами сжались на рукоятке пистолета.

Охрана у входа пропускает без проверки — знают, что мне доверяют.

Кабинет в АЗС пахнет дорогим коньяком и старыми деньгами. За массивным столом сидит он — седой, с лицом, изрезанным шрамами и морщинами. Но глаза… Глаза все так же видят насквозь.

— Садись, — хрипло бросает он.

На столе стоят два бокала. Никто больше не входит.

Не сходка.

Разговор наедине. Еще страннее.

Я медленно опускаюсь в кресло, оставив пистолет на виду — правила вежливости.

— Проблемы? — спрашиваю я.

Старик хмыкает, наливая мне коньяк.

— Ты ей понравился.

Я замер.

— Кому?

— Катя. Дочка.

Катя.

Единственное, что свято для этого человека. Его слабость. Его наследница.

Я медленно выдыхаю, отодвигая бокал.

— Я ее даже не знаю.

— А она тебя — да, — Старик ухмыляется. — Говорит, видела тебя в клубе. Что ты «не как все эти быки».

В кабинете становится тихо. Даже слишком тихо.

Я смотрю на Старика, на его спокойные руки, сложенные перед собой.

Он проверяет.

Или…

— Ты хочешь, чтобы я женился на твоей дочери.

Не вопрос. Констатация.

Он рассмеялся — хрипло, будто кашлянул.

— Умный парень. Не то что эти обезьяны, — он отхлебывает коньяк. — Я старый, Север. Скоро мне понадобится… преемник.

Ага, понятно. Кровного наследника нет — зять сгодится.

В воздухе повисло невысказанное:

Им можешь стать ты.

Если примешь условия.

Я сжимаю кулаки под столом.

— А если я откажусь?

Старик медленно ставит бокал.

— Ты не откажешься.

Потому что это не предложение.

Это проверка.

И если я скажу «нет»…

Он улыбается, и я вдруг вспоминаю, как пять лет назад он точно так же улыбался, когда передавал мне власть под свой контроль.

— Мы с тобой договорились, если ты забыл, — холодно напоминаю я. — Ты знаешь, что я не хотел этого всего. Ты сам все отдал. И я не собираюсь…

— Подумай, — перебивает он. — Катя ждет тебя завтра на ужин.

Сука!

И ради этого я приперся сюда, когда мог уже натягивать ту блондиночку?

Мне не нужна его дочка алкоголичка, которая по слухам пьяная в хлам тусуется в клубах и даем двум мужикам сразу. Но папаша, конечно, этого не знает.

Разворачиваюсь и выхожу. Настроение в хлам.

Утешаю себя мыслями, что спущу пар, наматывая платиновые волосы на кулак. Голубоглазой придется немного потерпеть мою грубость. Довели, сволочи.

Влада. Влада.

Судьба сама дала тебя в мои руки.

В тот же момент Гриша замирает у машины. Лицо белое как мел.

— Она… — дергает головой как-то нервно. — Сбежала.

Я застываю буквально на месте.

— Как?

Дверь была закрыта. Гриша не отходил ни на шаг. Не должен был.

— Она проскользнула, — шепчет он. — Между мной и дверью.

Я резко распахиваю дверь. Салон пустой.

Гнев стучит по ребрам. Хочется схватить Гришу за грудки и хорошенько растрясти. Не могла она просто взять и испариться. Значит, что-то было. Ублюдок полез или сама пыталась выйти?

Но меня поражает другое…

Маленькая. Слабая. Убежала. Намеренно.

Гриша ждет, когда я сорвусь. Ждет гнева, ударов… Но, я вдруг чувствую, как углы губ сами ползут вверх. Я смеюсь.

— Оставь.

— Найти ее? — он уже достает телефон.

Я качаю головой.

— Если смогла уйти — значит, так надо.

Влада.

Правда не шлюха?

Глава 7

Прошла неделя с того ужасного дня и моего удачного побега. Никогда не думала, что я способна так долго бегать. Страх перед смертью открыл мне второе дыхание.

С работы пришлось уволиться. Управляющая осыпала меня гневными голосовыми в личке, обвиняя в безответственности, в том, что ушла со смены, не предупредив ее и что я вообще подвела ее.

Я даже не стала оправдываться, потому что все равно не смогла бы вернуться в ресторан.

Север знает где я работаю. Может быть, ему плевать на какую-то сбежавшую блондинку, но я не стала рисковать.

Рыжая стерва удержала мою дневную оплату за «нанесенный ущерб». Чтоб ей пусто было! Мужика нормального найти себе не может, вот и срывается на нас. Красивых и молодых.

На Машку я сама наехала. Звонила, требуя объяснений какого черта она меня послала в четвертую випку, если там не сидел министр. И каков был ее ответ?

«Так, я думала ты про Морозова и спрашиваешь! Кто там важнее него был? Министр? Так, я даже не знала, что там чиновник сидит. Наверное, до моей смены пришел».

Вот так вот.

Получается, сама даже виновата отчасти. Просто спросив у девушки, в какой випке сидит шишка. Не уточнила ни имени, ни звания.

Я лежала на кровати, листая ленту в соц.сети, когда дверь в мою комнату резко распахнулась.

— Сестрён, срочно!

Мой брат Антон, бледный, с трясущимися руками, закрывает за собой дверь и уткнувшись в свой телефон, быстро набирает что-то.

— Что случилось? — я сажусь, сразу почувствовав, что что-то не так.

— Деньги есть?

— Какие деньги? О чём ты?

— Всё, что есть! — он резко поднимает на меня глаза. — Север разослал людям мою фотку. Говорит, я должен.

Ледяная волна прокатилась по спине.

— За что⁈ Ты же на него работаешь! И вроде гордился как!

— Не кричи! — он больно хватает меня за запястье, шипя. — Меня подставили.

— ЧТО⁈

— Кто-то настучал на таможне и товар конфисковали. Теперь он считает, что я должен компенсировать его «потерю».

Мир сузился до точки. Я не дышу.

— Ты шутишь…

— Мне не до шуток! — он сжимает кулаки. — Дай денег. Я уеду на пару недель, всё уляжется. Он поймет, что я ничего не крал.

Я встаю с кровати, дрожащими руками открываю тумбочку, вытаскиваю конверт