Теорема страсти - Наталия Анатольевна Доманчук

Он плюхнулся на заднее сидение и закрыл руками лицо. Больше всего ему сейчас хотелось подбежать к ней, схватить, посадить в машину и увезти. Далеко-далеко, где не будет боли и разочарования, где ее васильковые глаза будут только улыбаться. Он убрал руки и снова посмотрел в сторону храма. Все уже расселись по машинам, а два катафалка медленно поехали к месту захоронения.

– Езжай за ними, – приказал он водителю.

Он не знал, зачем. Возможно, чтобы еще раз ее увидеть? Или разделить с ней эту утрату? Андрей просто чувствовал, что не может сейчас уехать, его магнитом тянуло за ней. К ней. И он ничего не мог с этим поделать.

Игра со страстью не знает правил

2013 год

Вика держала оборону более полугода. Кто-то еще в первый день выхода на работу напел ей про то, что директор компании «Золотой век» – непроходимый бабник. На любые приглашения Андрея пообедать или поужинать Виктория отвечала вежливым отказом.

– Сдалась она тебе? – спросил Миша друга. – Обыкновенная девчонка, что ты в ней нашел?

– Давай мы не будем даже начинать эту тему, хорошо? А то я тебе сейчас тоже кое-что посоветую насчет твоей Полины.

– Что бы ты о ней ни сказал, мы прожили вместе уже более двадцати лет. Двадцать один, если быть точным.

– Только почему-то она постоянно смотрит на тебя волком, – заметил Андрей.

– Зато я ее люблю.

– Это я знаю. И тебе правда достаточно?

– Уже нет, – признался Михаил.

Друзья сидели в кабинете Андрея, на улице уже была темень, но домой никто идти не спешил.

Михаил познакомился с Полиной на первом курсе института. Девушка отличалась от других. Ее красота сразу бросалась в глаза: такая, по-настоящему русская: толстая коса темных волос, брови вразлет, голубые глаза, ямочки на щечках. С виду очень скромная, но она так грозно смотрела на парней, что их ее реакция моментально отпугивала, и никто даже знакомиться не спешил. Одевалась она не просто скромно, но и старомодно: длинные, до пят юбки, бесформенные кофты, часто на голове была косынка.

Она ее на лекции снимала, аккуратно складывала в треугольник и клала рядом с учебниками. Михаил влюбился в Полину с первого взгляда и первый семестр только рассматривал ее на лекциях, изучая прекрасный профиль, пухлые губки, голубые глаза, ямочки на щечках и тонкую длинную шею. Ко второму семестру он осмелел и пригласил девушку в буфет, но Полина одарила его хмурым взглядом и сказала:

– Не трать время. Меня не интересуют отношения.

– В монашки пойдешь? – решил пошутить Михаил.

– Я пойду, куда я захочу, а вот ты иди к черту, понял?

К черту он не пошел, но следующую попытку познакомиться поближе сделал только через месяц. Наткнувшись на такую же стену и повторное пожелание идти к черту, он оставил свои намерения, тем более что после весеннего призыва Михаила ждала армия: он экстерном закончил первый курс и в конце мая уже служил в пограничных войсках городка Чоп, где и познакомился с Андреем.

Служили они всего год, а когда Михаил вернулся, восстановился на второй курс и в сентябре пришел в институт, оказалось, что Полина беременна.

– Я думал, что забыл ее за год, – делился с другом переживаниями Михаил, – но нет, ничего не прошло. Увидел ее, и воздуха не хватает. С тобой было такое?

– Нет и не будет, – засмеялся Андрей.

С ним это случилось чуть позже, но тогда он был уверен, что эта напасть его обойдет.

– А у нее живот уже… Месяцев шесть-семь. Я к ней подошел, спрашиваю: замужем? А она: нет. Я ей руку и сердце предложил, а она отказалась. И что мне теперь делать?

– Забыть. И сказать ей спасибо, что отказала.

– Дурак ты, Андрюха, я тебе говорю, дышать не могу, а ты… забыть.

Полина согласилась выйти за Михаила три года спустя, когда увидела, что он за нее готов на все. Впрочем, у нее были и другие причины. Сына, которого она родила, Михаил сразу же усыновил и фамилию свою дал, и вроде были они счастливы…

– Понимаешь, умом я понимаю, что не во мне дело. И даже не в том мудаке, от которого она родила Егора. Дело в ней.

– Ошибаешься. Она, скорее всего, забыть его не может. Слушай, а ты не хочешь узнать, кто отец Егора? А вдруг у них до сих пор связь?

– Я тебе мальчик, что ли? Каждый ее шаг контролирую. Никого у нее нет. Работа – дом – работа. С малым иногда в бассейн ходит. Как я стал зарабатывать, – Михаил кашлянул и улыбнулся, – благодаря тебе, конечно же, – я предложил ей бросить работу. Понимаешь, она зарабатывает копейки, сидит в бухгалтерии, с умным видом вбивает какие-то циферки в документы и так на протяжении пятнадцати лет.

– И ты решил ее дома запереть? – спросил Андрей.

– Заняться собой, отдохнуть…

– А помочь ей добиться чего-то ты не хочешь?

– Как ты своей новой пассии? И что? Есть выхлоп? – поинтересовался Михаил. – Что-то не вижу, чтобы она ломилась в твою дверь.

– В любом случае, я сделал ей приятно. Она хотела свое направление открыть – она им занимается. Ходит счастливая, улыбается.

– Я посмотрю, как ты будешь смеяться и радоваться, когда она найдет себе кого-то, а тебе просто скажет спасибо за то, что продвинул ее.

Андрей пожал плечами:

– Даже если так и будет, она все равно меня запомнит. И делаю я это не только для нее, но и для себя. Мне хочется этого. Хочется сделать ей приятно, хочется подтолкнуть, помочь, чтобы она взлетела, чтобы добилась чего-то в этой жизни.

– Тебе от этого станет легче? – скривился Михаил. – Мне похрен. Лишь бы моя была и никуда не ушла.

– Я понял. Только это путь в никуда. Рано или поздно этот механизм взорвется, и тогда она припомнит тебе все, – предупредил друга Андрей.

– Что?

– То, что не помог, не взял под опеку, не предложил что-то интересней плиты и духовки. Наверняка она о чем-то мечтает.

– О магазинчике цветов. Прикинь?

– Ну так купи ей этот бизнес! Какие проблемы? – не понял Андрей. – Пусть баба будет счастлива, ходит на работу с улыбкой, может, и тебе что-то перепадет.

– Ты совсем дурак? В такие магазины в основном ходят мужики. А моя Полина – редкая красавица! Только слепой не останавливает на ней взгляда и не смотрит вслед. Она быстренько найдет себе кого-то побогаче и убежит к нему. А я останусь… с магазинчиком