Последний пионер - Шимун Врочек

Мы открыли рты.

– Зыкински![2] – сказал Лешка.

В общем, в результате допроса гражданин Серый показал, что чудовищ было много. И все они жили глубоко под водой. В самой глубине, среди затонувших кораблей. И похожи они были…

– Ну вот как слоны, только под водой. Сами огромные, больше китов. И глаза у них белые, страшные. Штук шесть. – Серый сам увлекся своим рассказом. Его передернуло. – Ух какое кино!

Да вообще офигенное.

Меня до сих пор эта картина завораживает. Словно я в водолазном костюме на глубине, смотрю сквозь запотевшее стекло… а мимо меня, не замечая (и слава богу!), медленно шествует вереница подводных чудовищ… как слоны, только под водой… Их белые глаза горят, словно прожекторы, рассекая подводный мрак. И от движений гигантских тел по всей миллионотонной глубине океана расходится упругая волна… качает меня…

Так образовался элитный Клуб подводных чудовищ. Теперь мы целыми днями играли только в эту игру. Пластилин был нашим пропуском в мир чудовищ. Мы слепили подводную лодку, базу ученых, самих ученых и водолазов, затопленные корабли с сокровищами. Сундуки с золотом и алмазами. Кислородные баллоны, маски и ласты. Оружие, способное стрелять под водой. Водоросли и кораллы. Рельеф подводных скал. Огромную пещеру, откуда выходили чудовища. Самих чудовищ – они были разного размера, от гигантского главного монстра до маленького; когда они выходили из пещеры, то выстраивались по росту, как фарфоровые слоники. У нас были пластилиновые заросли водорослей и кораллов. Рыбы и осьминоги (один гигантский, он мог нападать даже на людей) и семейство китов разных видов – от белухи до гигантского синего кита (в группе была энциклопедия, а там – страница с их изображением). Киты иногда сражались с чудовищами, но у них не было шансов. У нас были дельфины, которые спасали героев в критических ситуациях. У нас была гигантская манта – то ли друг, то ли враг. Она появилась после того, как мы увидели фильм «Акванавты» (одноименную повесть Павлова я прочитал только много лет спустя, уже в институте). И у нас была девушка-аквалангистка. Ее часто приходилось спасать. Она была красивая и беспомощная. Простите, феминистки.

Но чудовища, похожие на слонов, были главными.

До сих пор я чувствую сладкий холодок страха и сердце замирает, когда я вспоминаю их, вспоминаю, как они шествовали по дну океана.

Как назывался фильм, что увидел Серый, мы так и не узнали.

Я подозреваю, спустя много лет, что Серый просто нафантазировал этих чудовищ. Этих подводных гигантских слонов. Врун несчастный! Я до сих пор ему благодарен.

После детского сада я пошел в первый класс. Мы расстались с Лешкой и Серым и никогда больше не виделись. Про игру я совершенно забыл. В школе всегда много других забот, других друзей, других игр.

Однажды, спустя много лет, когда я учился на актерском… Я вернулся домой после занятий, было часов одиннадцать вечера, выжатый, как тряпка. Кажется, в тот день я запорол очередной этюд… Или два-три этюда. Я мучил себя мыслью, что, возможно, бездарен. Жена приготовила ужин. Я сел ужинать, включил музыкальный канал. Те, кто учатся на актерском, иногда так делают. Просто бездумно включают телевизор, чтобы вспомнить, что существует и внешний мир, мир, в котором живут совершенно нормальные, нетронутые системой Станиславского, люди. И вздрогнул. Вилка застыла на полпути. По спине полз холодок – я почувствовал сладковатый привкус знакомого ужаса и провал в животе. На экране шел какой-то клип. Звук был выключен. Человек плыл в океане, под водой, без акваланга. Он просто висел в глубине, спиной к зрителям. А из бездонной глубины на него наплывал гигантский синий кит, медленно раскрывая бесконечную пасть. Этот момент все длился и длился…

Я провалился в эту пасть, как в бездну. Темнота. Провал в животе, словно падаешь быстро-быстро, и сердце за тобой не успевает.

Я снова увидел белые глаза, освещающие глубину, словно прожекторы. Сундуки с сокровищами, заросшие водорослями. Подводную лодку и друзей водолазов. Мы ученые, мы должны открыть для науки этих редких созданий. Девушка-ученая опять пропала. Кажется, ее унесли чудовища. В свою гигантскую пещеру. Почему-то я знал, что девушка рыжеволосая и любит смеяться, хотя никогда не видел ее без маски ныряльщика. Конечно, мы это сделаем. Мы спасем ее. Мы всегда спасаем людей. Мы с Лешкой и Серым надеваем водолазные костюмы с тяжелыми свинцовыми подошвами. У нас есть подводные водометные ранцы, как в подлодке «Пионер». У нас есть оружие, которое стреляет под водой взрывающимися стрелами. Мы заходим в шлюзовую камеру и нажимаем кнопку. Двери с легким «ш-ш-ш» закрываются. Вода бурлит, заполняя пространство. Наконец открывается внешний люк, и мы выходим в глубину…

Глубина встречает нас равнодушно, словно давно знала, что мы вернемся. Привет, старый недобрый друг. Темнота надвигается со всех сторон, водолазный костюм потрескивает от чудовищного давления. Холод, вибрация. Вперед. Я отталкиваюсь от корпуса станции и плыву в темноту. Рядом плывут Лешка и Серый. Пришло время включить наши двигатели… Пшшшх. Водометы работают, ускоряя наш полет. И мы несемся вперед, пронзая темноту телами.

И вот мы почти на месте.

И они идут… медленно… чередой по росту, как фарфоровые слоники. Их белые глаза светятся в глубине, словно прожекторы. Все шесть или семь глаз…

«Командир, мы на месте», – говорит Лешка. Я слышу шум его дыхания в микрофон. Голос Лешки спокоен, но я знаю, что в его затылке живет тот же сладковатый ужас, что и у меня.

«Хорошо. Действуем по плану. Ты отвлекаешь их, мы в пещеру. Профессор… – Это Серому. – Приготовьте заряд. Начинаем по моей команде».

Я смотрю на белые лучи, обшаривающие дно, и медленно выдыхаю. «Начали», – говорю я.

Морские чудовища вернулись.

Сентиментальное путешествие на полноприводной машине времени

Я сижу в кабине «Урала», а рядом хохочет дядин напарник, огромный, двухметрового роста, все называют его Малыш. Дядя за рулем, я вижу его светлую голову, он тоже смеется. Передо мной железная панель приборов, выкрашенная армейской зеленой краской, на ней переводные картинки. Девушка в синем платье, волк из «Ну, погоди!», еще несколько разных. Под потолком качается из стороны в сторону шоферский талисман – желтоватая прозрачная рыба, сплетенная из трубок от капельниц. Мне пять или шесть лет, мне все интересно. Я счастлив! Дядя взял меня с собой в рейс – покатать на машине.

Вокруг нас Урал, а мы на «Урале» то забираемся на горку, то едем вниз.