Во мгле веков - Александр Михайлович Минченков

Сейчас нет приготовленной ловушки и нет того числа аунов, которым под силу справиться с таким животным-горой. Их всего трое и нет ямины, да и ни к чему – этакое количество мяса не съесть и не унести с собой, а пред ними лежит путь, и неизвестно, насколько он будет продолжительным.

Каур, Вао и Ари вышли на открытое место и с почтительного расстояния любовались животными. Те, заметив людей, повернули в их сторону головы, вожак не тронулся с места, но, задрав вверх массивный хобот, издал грозный гортанный рёв. Вожак выделялся – воистину исполин, с более крупными витыми бивнями и длинной шерстью. Стадо долго разглядывало непрошеных гостей, а не найдя в двуногих существах опасности, проявили к ним безразличие и продолжали поглощать траву и молодые побеги кустарников.

– Если какого мамонта загнать в топь, он накрепко завязнет и с ним легко будет справиться меньшим числом воинов, – заметил Вао, вспомнив, с каким трудом ауны рыли западню у звериной тропы в долине Большой реки.

Такая же догадка пришла в голову и Кауру:

– Да, так охота облегчается. Равнины богаты зверем, мы пересекли пред болотом небольшое русло речки, и, надо приметить, места нетронуты ни одним из племён, мы не увидели следов человека, если лучших территорий не отыщем, то мы вернёмся и приведём сюда племя, – сказал Каур. – Однако путь продолжим, предчувствую, нас ждут впереди куда привлекательнее охотничьи угодья, и мы непременно отыщем более обильный достаток зверя и пещеры.

Вао и Ари в знак согласия кивнули, продолжая созерцать мамонтов, за это время так и не удосужившиеся оказать своё внимание аунам.

Вао вспомнилась пещера на Большой реке. Внутри неё, на гладкой скальной стене, он острым камнем вырубил два звериных контура – мамонта и оленя. Ауны смотрели и восхищались рисунками. Линии очертаний получились не очень ровные, но они ясно демонстрировали, какие именно животные изображены на скале. Теперь же эти изображения разглядывают куланы, как же досадно – сокрушался в душе Вао. Но ничего, на найденной и обжитой стоянке он на одной из скал изобразит другого мамонта и даже высечет нескольких охотников, а ауны так же будут восхищаться новыми силуэтами зверя и человека.

Каур, Вао и Ари покинули стадо громоздких животных. По мере дальнейшего продвижения они пересекли несколько холмов, затем глубокую впадину и к заходу солнца оказались на новой равнине, покрытой разнообразной растительностью.

Но не деревья и кустарники с травами привлекли их взгляды. Вдали прямо в их сторону мчались с десяток косуль. Их преследовала стая волков. Расстояние меж убегающими и преследователями сокращалось. Косули петляли, таким образом старались ослабить или остановить бег злобной стаи, но тщетно, волки бежали не один за другим, а фронтом, чтобы не дать возможность косулям оторваться от погони.

И вот волки настигли животных, и острые зубы хищников повергли на землю трёх косуль, остальным удалось продолжить бег, и вскоре они промчались мимо аунов, не заметив их. Пойманные затихли, и их туши рвали на части серые койоты.

Но что это? К месту их трапезы, словно ждал этого момента, направился саблезубый тигр. Сразу ауны его не заметили, да и не могли обнаружить, этот крупный и опасный хищник скрывался в густой высокой траве за приземистой скальной плитой. Либо отдыхал, либо ждал сумерек, чтобы выйти на охоту, а тут фортуна преподнесла ему пищу.

Волки опешили от непрошеного гостя, прервав трапезу, хотя голод нещадно донимал их. В мощи появившегося крупного и сильного злодея они не сомневались, даже стаей им с ним не совладать. Любой, кто первый кинется, тут же будет повержен острым клыком или когтистой лапой. Шакалы злобно рычали, выказывая своё недовольство, пытаясь защитить трофей. Но тигр вроде как и не обращал внимания, а медленно приближался и скалил пасть, издал рык. Обладатели добычи вздрогнули, попятились, продолжая огрызаться, однако очередной рык тигра заставил их отступить. Но не ушли далеко, а расположившись поодаль, стали терпеливо ждать, когда же этот узурпатор насытится и им достанется всё остальное, ведь не может тигр поглотить три туши.

Тигр насытился, огляделся, схватил нетронутую тушу косули и поволок её в сторону увала. Вероятно, в запас или накормить потомство. Волки осмотрелись по сторонам и тут же бросились к месту, которое вынужденно покинули полчаса назад.

Каур, Вао и Ари лишний раз убедились: мир полон неожиданностей и опасностей и обойти их стороной вряд ли получится им в пути. Чтобы себя почувствовать сильнее, они сжали в руках своё оружие, готовые сразиться с теми, кто посягнёт на их жизнь. Нет, они не поступят пугливо, как волки, если на них нападёт тигр или медведь, они будут отважно сражаться и победят их!

– Впереди ночь, и мы поступим подобно тигру, – промолвил Каур.

– Мы отберём у волков добычу? – спросил Вао.

– Да. Мы проголодались и нам нужна пища, – ответил Каур и первым шагнул в сторону волчьего пиршества.

Трое ауров приблизились, и волки снова насторожились: что это за звери, они странного вида, уж не собираются ли разделить не принадлежащее им съестное? Их конечности удлинены чем-то необычным, что весьма настораживает – каждый аур в одной руке сжимал дубину, в другой руке копьё. С угрожающим кличем разом бросились на стаю, но те и не собирались отступать, оскалились и были готовы броситься на очередных посягателей. Но двое волков, получив удары булав по головам, взвыли и свалились замертво, третий получил укол копья и, взвизгнув, бросился прочь вместе с остальными. Пыл защиты трофея был подавлен. Подняв растерзанную тушу косули, ауны покинули волков, оставив им брошенные остатки.

Небо потускнело, тучи медленно плыли в вышине, слабый ветерок доносил прохладу, знать, вблизи есть водоём и ауны в предвкушении до наступления сумерек развести огонь, насытиться и утолить жажду направились против ветра. Вскоре достигли озера, по одну сторону оно заросло кустарником, по другую – открытый песчаный берег. В нескольких шагах в скальном прижиме заметили неглубокий грот, и это обрадовало путников – надёжный ночлег!

Аунам не составило труда найти возле предстоящего временного пристанища сухие ветки деревьев и куски древесины, которые были изрядно поедены, источены мелкой ползучей тварью. В первую очередь взялись изготовить трут, а когда был готов, то за дело взялся Ари. Он тёр кусок палки о желобок в древесине, работал с нажимом и усердно, следовало плотным обратно-поступательным движением тереть, чтобы воспламенить клочок сухой травы. Вао же сначала помогал Кауру обустраивать грот и разделывать мясо, а потом сменил Ари и продолжил извлекать огонь. Через час появился слабый дымок, он усилился, родился махонький обжигающий уголёк, а приложенная