К себе настоящей - Елена Анатольевна Горелова

— Я не буду тебя больше ждать, Дима. Я ухожу.

Не могу сказать, что это был простой шаг, — от тяжести саднило внутри. Чувство, что я осталась одна, еще долго звенело отголосками в пустых закоулках моей души. Но в какой-то момент пришло понимание. В сознании всплыл образ счастливой жизни, который подтолкнул меня когда-то к замужеству. Я поняла, что стремилась реализовать его, не прожив и не прочувствовав глубоко. Я просто хотела быстрее окунуться во взрослую жизнь.

И этот этап оказался пройден. Я была спокойна за будущее. У меня было образование, хороший рабочий стаж, я чувствовала, что в профессии иду по своему пути. Кроме того, у меня был сын, за которого я теперь в ответе. Мне нельзя было останавливаться, а нужно только идти вперед. Мама помогла мне найти квартиру в Подмосковье, куда мы с сыном и переехали.

Выходя замуж, женщина, как правило, думает о том, что это — на всю жизнь. Любовь, забота, радость — все это вплетается в мечты о будущем, и очень тяжело согласиться с тем, что это не сбылось. Особенно болезненно переживать это в молодости, когда на жизнь смотришь радужно и кажется, что не бывает ничего, кроме счастья.

Что помогло справиться с ситуацией главной героине? Понимание того, что это ее жизненный опыт. Для состояния счастья недостаточно чувства, что у тебя есть муж и что ты замужем. Важно — какой он, твой муж, и как ты чувствуешь себя рядом с ним. И если нет чувства поддержки, опоры, взаимности, у супругов нет желания улучшить это, то нет и смысла оставаться вместе.

Пережить расставание Наталье также помогла ее уверенность в себе и своих силах. Важно, что при разводе женщина не остается в материальной зависимости от мужа, а знает, что может опереться на себя и пройти этот сложный этап.

Глава 5

Жизнь постепенно налаживалась. Мы с Ваней жили в Кашире в Подмосковье — это небольшой городок на берегу Оки. Квартирка, которую я снимала, выходила окнами во двор, а недалеко от нас располагался городской парк. Ваня подрос, я отдала его в ясли, а сама устроилась воспитателем в этом же детском саду.

Дни были наполнены работой, заботами о Ване и пробегали очень быстро. Я была счастлива оттого, что снова работаю с детьми, что подрастает мой сынишка. Ваня был очень любознательным малышом, и по выходным я старалась показать ему город.

В один из таких летних дней мы шли с Ваней по аллее парка. Как сейчас помню: на нем была белая панамка, синие шортики и клетчатая рубашка, а я была одета в синее платье, на шею был повязан платок такого же цвета. В одной руке я сжимала руку Вани, а в другой — держала пакет с продуктами. И не заметила, как в какой-то момент платок на шее развязался и соскользнул на землю. Не успела я задуматься о том, как мне его поднять, как вдруг чья-то рука протянула мне мою косынку.

— «Синенький скромный платочек падал с опущенных плеч», — услышала я напев и очень приятный голос. Подняв глаза, я увидела мужчину. Каштановые волнистые волосы, теплый приветливый взгляд.

— Ох, мне бы еще третью руку, чтобы платочек не падал, — невольно вздохнула я.

— Мои руки — к вашим услугам, — произнес мужчина и тут же подхватил мой пакет с продуктами и протянул руку Ване: — Давай поможем маме, пусть она завяжет платочек.

На удивление Ваня отнесся к этому предложению с доверием, отпустил мою руку и вложил свою ладошку в ладонь незнакомца. А мои руки, освободившись, словно крылья, сами взлетели и ловко завязали косынку моим любимым узелком. И вся я вдруг ощутила себя легкой и парящей, а солнечный свет того дня будто залил всю мою душу, и радостная улыбка невольно засияла на моем лице.

— Приятно познакомиться, — сказал мужчина, — меня зовут Николай.

Он очаровал меня с первых мгновений, и через пару минут мы уже болтали, как будто были знакомы много лет. Мы с Ваней прошлись с Николаем до конца аллеи, а потом присели на лавочку, ели булочки из магазина, шутили и смеялись.

Во время прогулок с Ваней мы стали встречать Николая чаще. Николай рассказал, что он — артист, певец. Об этом он мог и не говорить. Его харизма, поток творческой энергии чувствовались сразу. Они переполняли его и выплескивались на всех, кто был рядом. И хотя он был старше меня на тринадцать лет, задор делал его юным. Он был весел, общителен, читал свои стихи, рассказывал анекдоты. В его обществе мне становилось легко и комфортно, я ощущала себя несказанно счастливой. К тому же моя любовь к литературе и книгам необыкновенно сочеталась с его артистизмом и талантом. Я вспомнила дни моей влюбленности в Питер — такое же состояние наполненности, вдохновения, пьянящей невесомости.

«Пусть счастье длится вечно,

Нам не задуть огни.

Мы движемся по встречной,

Ну, ветер, догони!»

В моих ушах в тот период звучали стихи Николая. И я плыла и мчалась «по встречной», растворяясь в мерцающем потоке огней чувства своей любви.

Как-то незаметно все подошло к тому, что мы решили пожениться.

Мы с Ваней переехали в его квартиру на соседней улице, а вскоре нам удалось перебраться и в саму столицу. Через год у меня родился второй сын. Николай был очень заботливым и щедрым мужем и отцом. По ночам он вставал к кроватке, чтобы я могла выспаться, охотно занимался и гулял с детьми. До меня Николай был женат дважды, у него была дочь Даша. Я с удовольствием общалась с ней, и она часто обращалась ко мне за советами.

Жизнь наша наполнилась размеренностью, и друзья, глядя со стороны, говорили: «Идеальная семья». Да, в целом это было так, и многие мои знакомые восхищались нами. Но на эту «идеальность» часто нежданно набегала тень, которая, превращаясь в грозовую тучу, разрывалась громом и молнией.

— Ты никчемная хозяйка, и борщ твой — пойло.

— Радуйся, что живешь со мной под одной крышей!

— Да на тебя на улице ни один бомж не посмотрит!

— Подумаешь, дверь тебе не открыл, ты ведь лошадь ломовая, сама все можешь.

Когда на Николая «накатывало», его было уже не остановить. Насколько он был романтичным и заботливым, настолько он мог