Под завесой страха - Самия Шарифф

Я находилась на девятом месяце, но животу меня был не таким большим, как во время предшествующих беременностей. Несмотря на это, врач заверил меня, что ребенок развивается нормально.

Я не хотела рожать в Алжире, тем более что мне снова предстояло кесарево сечение. О том, чтобы снова пережить весь ужас предыдущих родов, не могло быть и речи. Мы с Хусейном решили, что я отправлюсь рожать во Францию. Туда — одна, обратно — уже с малышом. Муж на это время возьмет отпуск и останется с детьми.

В день вылета, за несколько недель до предполагаемого дня родов, я чувствовала себя очень усталой. А если все произойдет прямо сейчас? Нет, только не здесь и особенно не в самолете! Я надела просторную кофту и предупредила стюардессу о своем состоянии. Оказавшись на борту, я поклялась самой себе, что когда-нибудь обязательно улечу во Францию вместе со всеми детьми.

Немного помечтав, я вернулась к более приземленным проблемам. Куда я пойду после того, как самолет приземлится в Париже? Меня там не было уже много лет. Ни на кого из родственников рассчитывать невозможно. Оставались подруги, но где они живут сейчас, я не знала, так как не поддерживала с ними связь уже бог знает сколько времени.

И еще одна проблема: у меня нет французской медицинской страховки. Как же тогда попасть в больницу и оплатить расходы? К тому же у меня в кармане всего несколько франков.

Только теперь я осознала свою безответственность. Я бросилась в никуда, не имея ни плана, ни денег, не заручившись ничьей поддержкой! Единственное, о чем я думала, — как бы избежать алжирской больницы. Я была настолько уверена, что Франция — теплое и уютное гнездышко — встретит меня с распростертыми объятиями, что забыла об элементарных вещах. Как же мне выкрутиться?

* * *

Когда самолет только заходил на посадку, начались схватки, да такие сильные, что меня сразу же от трапа отправили на скорой в больницу. Первый вопрос, который мне задали в отделении неотложной помощи, был именно тот, которого я опасалась:

— Мадам, пожалуйста, вашу карту медицинского страхования.

— У меня уже много лет нет никакой страховки, — честно призналась я.

— Нет страховки? — не поняв, переспросила медсестра. — Но вы ведь наблюдалисьу врача во время беременности.

— У врача я была всего один раз, в Алжире. Францию покинула пять лет назад.

— Минутку, пожалуйста.

Проходящие мимо смотрели на меня с улыбкой, двигались спокойно. Какой мирной казалась мне здешняя жизнь!

Несколько минут спустя медсестра вернулась уже с врачом, тот осмотрел меня и сразу же снова ушел. Медсестра продолжила заполнять мою медкарту.

— Во время беременности вы не набрали достаточно веса и выглядите ослабленной. Вы хорошо питались? Какой была ваша жизнь в Алжире?

— Питалась я достаточно хорошо, но со времени своего приезд туда, то есть последние пять лет, я никогда не отдыхала и живу в постоянном напряжении.

— У вас есть еще дети?

— Это мой шестой, — с гордостью ответила я.

— Где они?

— Это долгая история. Четверо остались с моим мужем, а старший вырос у бабушки.

Медсестра выглядела ошеломленной, но это было только начало моей истории. Набравшись храбрости, я поделилась с ней тем, что меня мучило:

— Раз у меня нет страховки, мне придется уйти?

— Нет, не волнуйтесь. Вы останетесь здесь: вы слишком слабы и у вас низкий гемоглобин. Вы рискуете в любую минуту потерять сознание. Пока мы ждем результаты анализов, вы сможете встретиться с социальным работником, который поможет вам найти решение.

Я чувствовала, что попала в хорошие руки. Как бы мне хотелось разделить с детьми то ощущение свободы и доверия, которое я сейчас испытывала! Меня окружали чужие люди, но я избавилась от страха, терзавшего меня в Алжире. Без малейшего беспокойства я согласилась бы и на общий наркоз, и на кесарево сечение.

Ко мне подошла миниатюрная женщина средних лет, передвигавшаяся с помощью тросточки: она и оказалась социальным работником. Эту женщину я буду помнить всю жизнь. Насколько хрупким было ее телосложение, настолько впечатляющими оказались великодушие и самоотверженность. Моя собеседница сразу перешла к делу.

— Самия, сколько лет назад ты покинула Францию?

— Пять лет назад, мадам.

— Значит, уже пять лет вы здесь не живете. Пока я не знаю, как поступить, но решение найду обязательно. Страховку для вас я раздобуду. Одно можно сказать наверняка: врач не разрешит вам уйти из больницы. Для вас — большая удача!

Эта потрясающая миниатюрная женщина ушла, на прощание бросив на меня озорной взгляд поверх очков. Она буквально излучала радость жизни.

Оставшись одна в палате, я ненадолго задумалась о муже и детях. Пусть они хоть так — присутствуя лишь в моих мыслях — будут со мной во время родов!

Схватки возобновились с новой силой. Медсестра очень профессионально сообщила мне о дальнейшем развитии событий.

— Для хирургического вмешательства вы слишком слабы, поэтому мы поставим вам капельницу, и вы родите под эпидуральной анестезией.

Такое решение устраивало меня как нельзя лучше.

Как разительно все это отличалось от моих последних родов! Находиться в сознании во время операции, не испытывать боли и при этом участвовать в рождении ребенка — боже мой, какое это было счастье!

А какого красивого крохотного мальчика я родила! И какое удовольствие было держать его на руках через несколько секунд после рождения!

Именно в это мгновение снова появилась сотрудница службы социальной помощи, неся сумку, полную детских одежек и игрушек. А я-то думала, что до родов успею что-нибудь раздобыть, хоть в минимальном количестве… Жизнь распорядилась иначе.

* * *

В больнице я ни в чем не нуждалась. Единственное, чего мне недоставало, это моих детей. Со мной обращались как с королевой, а с малышом — как с наследным принцем. Более того: сотруднице социальной службы удалось оформить мне карточку медицинского страхования, действительную в течение полугода.

В больнице я провела две недели. Отдых, хорошее питание, а также внимание и забота персонала помогли мне обрести свежий цвет лица и поправиться на несколько килограммов. Я чувствовала, что оживаю.

Собирая вещи, я ощущала, как сердце у меня сжимается при мысли, что все это благополучие скоро останется позади. В то же время я хотела поскорее снова увидеть детей, которых мне ужасно не хватало. Уезжая, я дала себе слово как можно скорее вернуться во Францию вместе с ними.

Почти весь медицинский персонал пожелал мне удачи. Я сердечно обняла женщину из службы