Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник - Джек Олсен

«Мэйн Риелторс» терпели молодого чудака почти год, практически ничего на нем не зарабатывая. В послужном списке Коу были продажа дома на Дайер-роуд родителям и несколько мелких сделок и листингов. Он продолжал объяснять, что управляет тремя или четырьмя предприятиями, но в конечном итоге собирается полностью посвятить себя недвижимости.

В ноябре опечаленный Билл Мэйн собрал Кевина Коу, Джини Перхэм, Джея Уильямса и других агентов, чтобы сделать объявление: он продал фирму агентству «Томлинсон».

Коу сказал Уильямсу, что скорее уйдет из недвижимости, чем пойдет к Томлинсону.

– Почему? – спросил Джей. – Они отличная компания.

– Я никогда не стану работать на своих одноклассников, – сказал Коу.

Президент и главный брокер «Томлинсон» учились в средней школе Льюиса и Кларка вместе с Коу и Уильямсом.

– Это унизительно.

– Это смешно, – сказал Уильямс. – Они отличные ребята. Они не собираются тебя унижать.

– Уже унизили, – ответил Коу. – Помнишь, когда они зашли после встречи? Они назвали меня Фредом, а не Кевином.

– Ну, так они тебя всегда и знали. Да и я тебя так называю, ради всего святого!

– Ты – другое дело, Джей. Если они хотят, чтобы я у них работал, пусть называют меня по имени.

Джини Перхэм тоже была обеспокоена реакцией сожителя на продажу «Мэйн Риелторс». Она хотела вернуться к Джеймсу С. Блэку. Она помнила хорошие времена в агентстве Блэка и никогда бы оттуда не ушла, если бы Кевин не повлиял на нее.

Кевин был в ярости.

– Мы должны быть партнерами по недвижимости! – кричал он. – Если хочешь расстаться – вперед. Можешь начать с того, что съедешь из моего дома. Я к Блэку не пойду. Я пойду к самому интересному человеку в этом бизнесе.

– Кто это?

– Роджер Крэйн.

Кевин часто с восхищением отзывался о «Роджер Э. Крэйн энд Ассошиэйтс», но Джини слышала о жестких требованиях этой компании в Спокан-Вэлли и понимала, что очень скоро ему придется пережить еще одну неудачу.

Она дождалась спокойной обстановки в стейк-хаусе на Третьей авеню, чтобы обсудить эту тему. На этот раз он разозлился так сильно, что выпятил нижние зубы в той самой гримасе, которую она уже видела у его матери.

– Уходи, Джини, – сказал он, и у него заходили желваки. – Просто уходи. Если ты не хочешь идти со мной в «Крэйн», тогда забудь обо всем.

После этой неловкой сцены она согласилась пойти туда, куда пойдет он. Он сразу успокоился и принялся объяснять, как именно собирается устраиваться на работу. Сначала встретится с Роджером Крэйном лично, потом напишет ему письмо, а затем еще и позвонит.

– Это динамический подход, – объяснил он.

Позже она узнала, что произошло на самом деле.

Сначала Крэйн отказал ему, сославшись на отсутствие опыта продаж. Кевин ответил, что до сих пор работал неполный день, но теперь готов сделать серьезный рывок в недвижимости – «вместе с моим партнером по продажам Джини Перхэм». Пока сотрудники Крэйна проверяли послужной список Джини, пришло письмо на бланке «Спокан Метро Гроув». В нем восхвалялся прекрасный молодой человек по имени Кевин Коу, обладавший неограниченным потенциалом как бизнесмен и специалист по недвижимости «высокого класса». Письмо было подписано: «Экс. Дрю Батлер».

Партнеров по недвижимости приняли на работу.

55

[Психопат] обычно приятен и приветлив – так проходит большая часть его жизни. Но кажется, что эта жизнь не слишком полна, что его зовут какие-то странные боги – и этот зов для него важнее всего остального.

Херви Клекли, доктор медицины, «Маска здравомыслия»

Эмили Сайкс, стройная двадцатишестилетняя женщина с темно-каштановыми волосами и дымчато-зелеными глазами, сначала не придала особого значения звонку от мужчины, представившегося агентом по недвижимости.

– Я буду в вашем районе завтра, – сказал мягкий голос, – и подумал, не хотите ли вы, чтобы ваш дом оценили.

– Нет, спасибо, – ответила она.

Таких звонков становилось все больше. Они с мужем оба работали, воспитывали двух маленьких детей, и на чистильщиков ковров, оценщиков недвижимости и прочих незваных людей у нее не было ни времени, ни желания.

Мужчина не отставал.

– Но вам действительно стоит об этом подумать. Наши услуги бесплатны… Почему бы вам не обсудить это с мужем? Он рядом?

Он перезвонил на следующий вечер. На этот раз в его голосе уже слышалось что-то липкое, неуместное.

– Ну что, вы спросили мужа?

– Да, и он сказал «нет».

– Да ладно, разве ты не можешь поработать с мужем получше? – спросил он. – Использовать свои… женские уловки?

Она повесила трубку. Она с самого начала чувствовала, что в этом человеке есть что-то грязное.

Через несколько вечеров, вернувшись домой, она вдруг отчетливо ощутила, что за ней наблюдают. Позже, уже дома, проходя мимо входной двери, она взглянула в маленькое стекло и увидела уставившегося на нее мужчину. Волосы у него выбивались из-под шапки-чулка, лицо было массивным, а глаза – скошены к переносице.

Она закричала мужу и щелкнула наружным светом. Крыльцо было уже пусто.

На следующее утро соседка позвонила и сказала:

– Слушай, я не хотела тебя будить, но ты слышала, как лаяла моя собака вчера ночью?

– Да, – ответила Эмили.

– Это был какой-то парень на твоем клене.

Эмили ахнула. Дерево стояло рядом с детскими качелями на заднем дворе. Оттуда был прямой обзор на окно спальни.

В тот же день он позвонил снова. Сначала спросил, дома ли мистер Сайкс, а потом, услышав ее голос, сорвался в мерзкую, дрожащую похабщину. На этот раз в его словах было уже не только возбуждение, но и угроза.

Она позвонила в полицию.

Пока она ждала, отвращение сменилось страхом. До этого момента все выглядело как гадость. Теперь – как реальная опасность.

Звонки продолжались еще неделю. Мужчина то бормотал, то дышал в трубку, то снова переходил на угрозы. Детектив, приехавший к ней домой, спросил:

– Вы слышали о нашем бегуне-насильнике?

Эмили похолодела.

– Думаю, это ваш парень, – сказал он. – Он говорит вам примерно то же, что и остальным.

После этого она почти перестала есть. Она и без того страдала волчанкой, а теперь за неделю потеряла несколько килограммов. Полиция установила прослушивание, и звонки на время прекратились.

Как только прослушивание было установлено, звонки прекратились. Потом они возобновились уже на ее работе – кто-то через коммутатор спрашивал Эмили Сайкс, а когда она подходила к телефону, просто дышал в трубку. Еще через несколько дней раздался звонок домой. Харпер, подслушивавший по другому телефону, вышел из себя и закричал: «Я с тобой за это разберусь,