Все сначала! - Сириус Дрейк

— Это как? — с опаской глянул на него парень.

— Будешь медитировать под водой, под землей, рядом с огнем, — буркнул дед.

— Насколько рядом с огнем? — осторожно спросил Иван, уже подозревая неладное.

— Насколько это вообще возможно, — буркнул дед. — Тебе надо еще физподготовку подтянуть. Ну, и заодно рукопашку какую-нибудь.

— А… — начал было парень.

— Ты не поверишь, но ногами и руками умеют махать все. В той или иной степени, — кивнул Фома. — Чтобы не было конфуза — надо ей заняться. Да и тело тогда развивается более гармонично.

— У меня… есть кое-кто на примете, — кивнул парень и провел по лбу ладонью. Ладонь оказалась влажной.

— Еще надо заняться твоей стихией. Ту, про которую ты говорил — без цвета, — произнес старик и взял со стола еще одну зефирку. — Медитации со стихией дадут хороший прирост общего объема. Чтобы это ускорить и сделать твой объем максимально плотным — нужны физические тренировки. Ну, а тренировки с твоей стихией дадут ей нужный оттенок. Так понятно?

— Да, но… — тут иван кивнул в сторону доски. — Зачем я тут час сидел и слушал вот это все?

— Чтобы не быть идиотом, Ваня, — буркнул дед и поднялся. — Ученые доказали, что чем больше рядом стихии, тем быстрее растет дар. Да, тут надо постепенно, повышая количество и концентрацию, но это важно! Так как у тебя стихия… Непонятная, то придется сочетать. Понимаешь к чему я?

— Ну, допустим.

— Дальше, я сам лично доказывал равномерность дара и его распределение по телу у одаренных с повышенной физической нагрузкой. Понимаешь?

— Ну, да. А…

— И последнее. Это уже не версия, это уже давно доказанный факт — чем раньше ты начнешь тренировать явно превалирующую стихию, тем сильнее и плотнее она у тебя будет получаться. Понимаешь?

— Да, дед, я понял, — кивнул парень и поднялся со стула. — Вопрос в том, успею я ее развить до поступления в университет? Мне ведь надо еще экзамен в школе сдать.

— Если бы мы с тобой занимались в спокойном режиме, то это заняло бы пару лет точно, — задумчиво произнес старик. — А сейчас нам надо успеть всего за два месяца. Так?

— Так, — неохотно кивнул Хрусталев.

— Отсюда, у нас простая арифметика. Ты должен проводить тренировок примерно в двенадцать раз больше.

Иван хмуро глянул на деда, снова вытер лоб и произнес:

— Звучит сомнительно, но…

— Это не моя прихоть. Просто ты… — старик тоже поднялся и осмотрел парня. — С тобой все нормально?

— Да, просто внутри что-то жарко… — неуверенно произнес Иван. — И мутит немного, словно…

Старик подошел к внуку, взял за подбородок и заглянул в глаза.

— Меня хорошо видишь?

— Нет, как-то… мутно что-ли… — произнес парень и в следующий миг упал на пол бесчувственным мешком.

Фома несколько секунд молча стоял над парнем, поглядывая на формулы. Затем он опустил взгляд и произнес:

— Возможно я где-то ошибся.

Старик нагнулся, оттянул веко Ивана и, заметив расширенный дрожащий зрачок цыкнул.

— Сильно ошибся…

Фома присел в позу штангиста, схватил парня под мышки и попытался поднять. Поняв, что тащить так не вариант, он взял его за руки и поволок к капсуле.

— Все будет нормально! Восстановим, поправим, немного притормозим… — проворчал он, заталкивая того в зеленый гель. Спохватившись, он взял маску с кислородом и напялил ее на парня. Когда крышка капсулы закрылась, Фома тяжело вздохнул и подошел к доске. Стерев все записи, он взял маркер и принялся писать, проговаривая вслух:

— Итак… У нас есть коэффициент объема. Он у нас весит восемьдесят. Перемножаем и делим на реальный объем… — тут ученый глянул на капсулу. — Допустим сто.

Быстро проведя расчеты, он глянул на ответ и нахмурился.

— Нет… Это не… — произнес он. — Если бы было так, его бы не догнало, а значит…

Тут его взгляд вернулся к начальной формуле. Большинство элементов были константами, а из тех что могли изменяться было…

— Ну, допустим, — буркнул Фома и дорисовал нолик к реальному объему парня.

Снова расчеты, бормотание себе под нос и…

— Минус двадцать семь, — тихо произнес ученый, почесал лоб и вернулся к столу с зефирками. — Теперь все сходится.

Его взгляд скользнул на капсулу, затем на объем парня.

— Ну… придется еще сильнее форсировать тренировки, — произнес старик и, словно у него кто-то спросил, добавил: — Ну, а как еще? С таким реальным потенциалом…

Тут Фома нахмурился, оглядел мини лабораторию и произнес:

— Так, у меня же где-то был огнемет?

Если честно, проснувшись в капсуле, я был немного… Растерян.

Дед объяснил, что это из-за того, что я слишком медленно развиваюсь. тело не справляется с даром и это…

Это именно то, о чем меня предупреждали. Дед сказал, что дар в сформированном теле не может найти свое положение и это… Это может быть по настоящему опасно. Для здоровья и тела. Именно поэтому, я согласился на все. Вообще на все. И начал я именно с тела, как сказал старик.

Тренировочный зал департамента встретил меня в шесть утра. Шесть, мать его, утра! В субботу!

Огромное помещение с высокими потолками, зеркалами во всю стену и запахом пота. Маты на полу. Боксерские груши в углу. Турники у окна. И Ольга в спортивном топе и лосинах, которая смотрела на меня так, будто я опоздал на собственные похороны. Хотя, признаюсь, только она была тем самым приятным лучиком, ради которого стоило сюда приходить. Ну еще и тренировки.

— Опоздал, — констатировала она.

— На две минуты! — возмутился я, глядя на часы.

— Две минуты это двадцать отжиманий. Начинай.

Я хотел возразить, но ее взгляд заставил меня передумать. Бросил рюкзак, лег на пол и начал отжиматься.

— Выше таз! — скомандовала Ольга. — Спина прямая! Локти не разводи! Не считается! Не считается! Этот подход тоже!

К двадцатому отжиманию я уже пожалел, что опоздал. К сороковому — что вообще согласился на эти тренировки. К пятидесятому руки начали дрожать.

— Пятьдесят, — выдохнул я.

— Неплохо, — кивнула Ольга, обходя меня вокруг. — Для пловца форма у тебя приличная. Но этого мало.

Я собирался подняться, но тут почувствовал, как что-то упругое и теплое село мне на спину.

— Продолжай, — спокойно произнесла Ольга сверху.

Я замер. Она сидела у меня на спине. Я чувствовал ее бедра. Упругие. Теплые. И очень, очень отвлекающие.

— Хрусталев, я жду, — напомнила она и щелкнула меня по затылку.

— Ты… Ты серьезно? — выдавил я.

— Абсолютно. Отжимания с отягощением. Классика.