Абаддон, выйди вон! - Евгений Юллем

— Ну и кого мы замочили? — спросил я. — Только не говори, что это…

— Абаддон, — сказала она. — Мой бывший шеф.

— Абаддон, выйди вон! — вспомнил я свою поговорку. — Так оно и получилось. Но и вы молодцы.

— Ну еще бы, — хмыкнула она. — Молодец Шарик.

На миг в кабине появилась довольно ухмыляющаяся песья морда и исчезла.

— Честное слово, даже не знала, что он ему яйца откусит. Экспромт с его стороны.

— Но резиновый член ты не вернула, — прищурился я.

— Нет, — хихикнула она. — Зато смотри, как все хорошо вышло! Расслабляющий э-э-э… удар, и он не смог покинуть тело.

— Как он вообще мог туда попасть? Церковь, все-таки, и ее служитель…

— Ой, не смеши меня. Опустим это, но вообще Абаддон был еще та скотина. И Одержимость, и Устойчивость к экзорцизму — его второе имя. В том числе и вселялся в духовный сан, он это любил. Особенно в монашек. Какие оргии в монастырях устраивал…

— Даже слышать не хочу, — замахал руками я. — Короче, сверхсильный сверхискусный древний демон. И так попасться?

— Ну и ты не пальцем деланый местный охотник. И мы с Шариком, как бы в кондиции. Один бы ты с ним не справился, стопудово. А тут он немного потерялся, когда ты ауру свою раскрыл. И получил саечку за испуг.

— Что я Сиду скажу? — я повернул ключ в замке зажигания.

— Правду. Так и скажи, что святой отец был одержим демоном, но мы его выгнали. Имя не упоминай.

— Естественно. Ладно, поехали домой!

Глава 25

— И что, святой отец оказался демоном??? — скептически спросил Сид. — Да ладно!

В его кабинете проходил разбор полетов. Как я понял, у него была жопа в мыле — стольким людям надо позвонить, чтобы замять столь любимые нами жертвы и разрушения. А также объяснить жителям района, почему взорвался газ в церкви и каким образом он там оказался. На очередное чудо спишут — а кто сказал, что все чудеса бывают приятными?

— Технически, если уж точно — мясным костюмчиком для демона, но в общем — да, — кивнул я. — Именно так.

— Священник? — не поверил Сид.

— А что, священники — не люди, что ли? — заступилась за меня ламия. — Говорю, как специалист — любой может стать сосудом демона… или ангела. Если, конечно, выдержит. Сердечников и диабетиков лучше не брать, они хилые, да и много радостей жизни им недоступны, а вот здоровый человек — вполне, да еще как! Просто замечательный сосуд!

— Аццкая медицина от демона, — усмехнулся Сид.

— Какая есть, — пожала она плечами. — Радуйтесь, что я вас образовываю.

— Спасибо! — саркастически ответил Сид. — У вас, блин, одни проблемы — что ни священник, то демон…

— Ну технически, прошлый был экзорцист и ни разу не святой, — уточнила ламия. — А что, если ходишь по бабам и бухаешь, то это богоугодные занятия?

— Ты еще про курение скажи! — Сид пошарил в ящике стола и достал вейп — нервы, наверное, успокоить.

— И скажу! — и тут ламию понесло. — Куришь вейп — сосешь йух сатаны!

Сид аж подавился дымом. Правильно его ламия приложила!

— Я вас больше не задерживаю! — рявкнул он.

— И это правильно, — одобрила ламия голосом меченого и прошла сквозь стену.

Я тоже поспешил покинуть столь негостеприимное место. Пусть пока на говно исходит в одного.

— Пойдем, поговорим, — предложила ламия в коридоре. — Раз уж этот старый му… чудак не въезжает в тему.

— Пойдем, — кивнул я.

Как только зашли ко мне в комнату, она с разбегу плюхнулась на постель, перевернулась на спину и раскинула руки, утопая в одеяле.

— Какое блаженство!

— Нечего тут мое законное место занимать! — строго сказал я.

— Бе-бе-бе! — высунула язык она. — Переживешь! Или хочешь плюхнуться рядом?

Она лукаво подмигнула и облизала губы раздвоенным язычком. Вот чертовка! На самом деле.

— Я — пас, — отказался я от такого сомнительного и одновременно соблазнительного, чего греха таить, предложения. — Ну так о чем говорить будем?

— Что-то обстакановка в последнее время мне не нравится, — сказала она. — Никогда еще столько адских не вылазило в реальный мир. И никогда твари не шли в открытую на мир людей

— Да ладно, — не согласился я. — Вспомни тот мир, откуда мы пришли.

— Там все упорядочено и устаканено, — отмахнулась она. — Сам вспомни. Чтобы отловить демона — я не имею в виду школьного — сколько надо было потратить усилий и в основном из-за их малочисленности. Здесь же — куда ни плюнь, направо и налево, как синяков в баре.

— Сама же говорила — Чернобог переделывает этот мир под себя, — хмыкнул я. — Вот и развлекается. Выпускает своих малюток порезвиться и устроить передел собственности. Правильная, кстати, стратегия — заменить ключевые фигуры своими и уничтожить конкурентов, в том числе и по бизнесу. То есть сейчас идет самый настоящий рейдерский захват этого заштатного занюханного мирка.

— В котором даже нет «Эквинокса», чтобы ему помешать, — поддакнула ламия.

— Тут даже охотников нет, не говоря о тех недоучках, — скривился я. — Вот что-что, а скажи мне кто, что я буду скучать по «Эквиноксу» — в жизни бы не поверил.

— Пути его неисповедимы, — сказала ламия. — Так что будем делать?

— Ты вроде как…

— Ренегат, не забыл? — оборвала она меня. — И на меня также точат зуб те, кто выше и страшнее.

— Ты же вроде теперь высшая? — прищурился я и ткнул пальцем в вязь на теле. — Вот эти твои партаки ни о чем ни говорят?

— Говорят. Что я теперь имею право заводить свои легионы и доступны прочие привилегии высшего. Но в иерархии высших я пока низшая.

— Ну так какие же проблемы? — недоуменно спросил я. — Если у тебя есть право собрать легион?

— Какие? Ты прикалываешься? — вызверилась она. — Хорошо, если ты такой умный, выйди сейчас за ворота и набери хотя бы взвод спецназа. Вот так вот просто возьми и сделай.

— Ну, тут будут некоторые трудности… — протянул я.

— Вот тогда и не говори мне ничего того, о чем понятия не имеешь. Тем более, идти под командование отступницы? Для многих это чересчур.

— Ладно, погорячился, — поднял ладони я. — Что делать будем в первую очередь?

— В первую очередь я сгоняю в ад, поговорю кое-с-кем, — наморщила она лоб. — А дальше тогда и решим, что делать.

— А мне что?

— А пока ничего, — пожала плечами она. — Поживи денек обычной жизнью, отдохни, вон с Шариком поиграй — соскучился зверек по твоему вниманию.

— И вовсе он не соскучился, — потрепал я его по голове, заработав облизывание щеки.

— В общем, жди!

— Пошли, Шарик, побегаем по лужайке! — сказал