Повседневная стратегия в мире монстродевушек - Вячеслав Танков

— Хватит! — обрываю его и продолжаю намеренно издевательским тоном. — Уважаемый «господин Ллойд»… Вы ведь к нам прибыли из столицы? Неужели ничего не слышали об указе Императора?

— Очередная блажь людского вождя ничего для нас не значит! — перебивает меня тот. — Наш совет стоит выше его желаний! Он вообще должен быть нам благодарен, что мы разрешили людям пользоваться нашими услугами! Он…

— Ярослава! Призываю тебя, моя верная слуга!

— Да, мой повелитель⁈ Слушаю и повинуюсь!

— А-а-а-а! Нежить! Нежить в замке!..

У нас с Ярой была договоренность как раз на подобный случай, когда ее потребуется призвать в качестве устрашения. Она явилась к нам прямо через стену в истинном облике королевы-Лича, сверкая мертвой аурой. Ту бы любой неподготовленный обосрался, что говорить о мелком недоросле, который большую часть жизни провел внутри крепких банковских стен⁈

Серый от ужаса лепрекон отодвинулся к стене. Мне оставалось лишь надеяться, чтобы тот не напрудил на кровать. Впрочем, белье все равно потом придется менять. Я подошел ближе к Яре, царственным жестом показав ей на место рядом с собой. Та немедленно подлетела ближе, сгибаясь в поклоне.

— Повелитель, — проскрежетала она замогильным голосом. — Прикажете выпить душу этого лепрекона?

— Погоди, верный слуга, — стараясь не расхохотаться, произнес я. — Сперва нужно выяснить, кто его прислал. А потом, может быть…

— Не убивайте, прошу! — закричал тот. — Я отдам все богатства! Все, что у меня есть!

— Повелитель! У этих коротышек могут быть кредитные договора и расписки, — пробормотала Яра. — Стоит вытрясти из него их все!

Киваю, подходя чуть ближе к кровати и спрашиваю лепрекона:

— Что же вы, господин Ллойд, себя так неподобающе ведете? Этот же всего лишь Лич. Один из слуг того самого Магнуса, который уничтожил Алых магов. Неужели и об этом вы ничего не слышали? Да-да, позвольте представиться — перед вами барон Магнус, паладин, который убил Кровавого герцога. А-а-а, вижу по вашему лицу, что эту новость вы слышали. Как же вы так оплошали, что сами приехали ко мне в гости? Не подготовились?

— Б-бумажная в-волок-кита, — заикаясь от страха, пробормотал лепрекон. — В стол-лице сейчас полный х-хаос. Им-мператор выдвинул войска и гр-ромит храм-мы. С-совет директор-ров принял реш-шение разъех-хаться, чтобы не поп-пасть под удар. Мн-не не дол-ложили, что вы, барон, и есть, т-тот самый М-магнус… Прошу, пощадите! Я дорого стою! Мой род все отдаст! Не д-дайте ей вып-пить мою душ-шу, ум-моляю!

— Что же, господин Ллойд, — усмехаюсь я. — Признаться, сначала я хотел просто выкинуть вас из замка. Я имею в виду не выпнуть за пределы крепости, а именно выкинуть подальше своими руками. Как, например, вот этот камешек…

Подхожу к забытому валуну, лежащему в уголке комнаты. Я вообще использовал его в качестве стула, но придется ему послужить в ином качестве. Он размером примерно с самого лепрекона, но весит, разумеется раз в пятьдесят больше. Легко беру его обеими руками, подхожу к окну и вышвыриваю куда-то в пустыню. Улетает со свистом как из катапульты. Когда оборачиваюсь, в воздухе разливается знакомая вонь, а простыни кровати окрашиваются желтым. М-да, похоже, белье придется сжечь. Да и само ложе поменять.

— …. Но потом решил вас просто убить или отдать моему слуге, — продолжаю я. — Уж слишком вы стали похожи на моих личных врагов. Но сейчас… А-а, черт бы тебя побрал… Леона!

— Да, господин?

Та появляется из-за двери, строя из себя покорную служаночку. Морщусь.

— Принеси воды. Надо привести в чувство этого недомерка. И-и, это… прекращай мне тут. Веди себя нормально.

Та хихикает, кивает и исчезает, чтобы появиться через пару минут с кувшином воды. Встаю над коротышкой и не задумываясь, выливаю его содержимое на него сверху вниз. Тот вскрикивает, откашливается, водит по сторонам мутным взглядом, стонет и произносит:

— Барнс, это ты? Мне тут такая *** хрень приснилась! Будто я попал в ловушку к демону, который убил Ришелье и у него была нежить в слугах и…

— Это вы обо мне, господин Ллойд, — усмехаюсь, выливая ему на голову остаток воды.

— А-а-а! Демоны!

Лепрекон пытается вжаться в стену или исчезнуть, но у него ничего не получается. Тогда я продолжаю разговор уже без сарказма и издевательств. Просто устал.

— Я не буду тебя убивать, лепрекон. Мне не нужны проблемы еще и с вашим мстительным и злопамятным народом. Но просто так я тебя отсюда не выпущу. Только после того, как ты подпишешь договор с рядом условий.

— Каких условий? — мрачно переспрашивает тот, садясь на мокрую кровать. Понял, сука, что убивать его не будут, но уже понимает, что придется раскошелиться. Злобно усмехаюсь.

— Всех, лепрекон. Я не буду тебя разорять, но виру ты мне выплатишь приличную. За оскорбление барона словом, действием и видом. За оскорбление его подданных. За клевету и навет… В общем, найдем за что. Договор составим честь по чести, сам понимаешь.

— Кто же будет договор-то составлять? — спросил, чуть осмелевший уродец. — Не вижу тут писарей…

— Я-а-а-а-а! — прошипела Ярослава, разевая рот самым нечеловеческим образом. Даже мне стало стремно, что говорить о взвизгнувшем лепреконе. — Не сомневайся, маленькая обезьянка, — продолжила она уже нормальным тоном. — Я раньше была лучшим писарем в своей академии. Вот увидишь…

* * *

Спустя полтора часа карета Ллойда улепетывала подальше на всех парах, унося внутри себя одного чудом выжившего лепрекона, наверняка сейчас благодарившего всех богов за сохранение его маленькой никчемной жизни. Зато мы серьезно обогатились за его счет. Кроме имущественной расписки на внушительную сумму золотом, был оформлен магический договор о том, что господин Ллойд добровольно и без принуждения передает барону Магнусу все долговые и кредитные обязательства, оформленные жителями Империи на его имя. А учитывая тот немаловажный факт, что сам лепрекон входил в совет директоров банков, его имя стояло практически на каждом долговом договоре, который составляли в любом банке гремлинов. Таким образом, в мои руки попадали мощные рычаги давления на знать, дворянство, Церковь и прочих важных людей, не считая, конечно, всех остальных, когда-либо бравших в банках ссуду. Оставалось только прийти в центральный филиал и забрать бумаги, предъявив данный договор. Ллойда, конечно, по головке не погладят за практический развал кредитной системы, но у него не было выбора. Естественно, договор был составлен с согласием обеих сторон и я никоим образом не давил на лепрекона. В том-то и была вся закавыка, что ему угрожал Лич, никоим образом со мной не связанный. И естественно, никакого Лича в документе упомянуто не было.

— Сколько хороших