Семь фальшивых свиданий! - Янина Логвин

— Поток, строимся! — свисток Карена Ароновича заставил всех выдохнуть и подняться. — Разминка окончена. Разбились по парам через сетку! Отрабатываем верхнюю подачу. Парни с одной стороны, девушки — с другой. Поехали!

Я заняла позицию у сетки. Арман застрял где-то в очереди за мячами, и напротив меня встал Никита Ткач — высокий, плечистый парень с параллели, с хорошей подачей и физической подготовкой. Он улыбнулся мне, покручивая мяч в руках:

— Кошкина, ты готова? Не буду сильно лупить, обещаю.

— Давай, — я отошла от сетки и согнула ноги в коленях, готовясь к приему.

Бам. Бам. Мяч легко летал над верхним тросом. Никита подавал аккуратно, я отбивала. Всё шло по плану, расстояние увеличилось и подачи стали сильнее, пока я не услышала рядом картинный вздох. Ну конечно. Какая-то девчонка, попав в пару к Демонцу, тут же включила режим «активного соблазнения». Она криво отбила мяч, едва не налетев на меня.

— Ой, Денис, прости! Рука соскользнула! — пропела, хихикая и стреляя глазками через сетку. — Это потому, что ты сегодня бука! А еще не пришел в субботу на тусовку в «SkyBar» и не позвонил, как обещал.

— Я ничего не обещал. Тебе приснилось, Лера, — отрезал Денис.

— И сегодня не пообещаешь? Снова соврешь про планы?

Про какие ещё планы? Не хватало мне слушать всякие гадости! Я отступила назад и послала мяч Никите. Подпрыгнув, отбила ответный пас и не удержалась. Посмотрела вправо. Именно в этот момент Денис тоже повернул голову.

Наши взгляды встретились всего на секунду, но в голубых глазах Демонца отразилась такая мрачная, тяжелая энергия, что у меня перехватило дыхание. Похоже, ему так же, как мне, не нравилось наше новое настоящее. И этот взгляд сказал больше, чем любая его издёвка.

— Диана, лови! — крикнул Никита.

Что? Голос партнера долетел до меня словно сквозь слой ваты. Я дернулась, пытаясь вернуть фокус внимания, подняла подбородок, но было поздно. Желто-белый волейбольный мяч, пущенный сильной рукой Ткача, просвистел над сеткой и с глухим ударом — Бам! — врезался точно в мой левый висок.

В глазах потемнело, а потом вспыхнули звезды. Никогда бы не подумала, что от удара мячом может быть так больно. Я охнула, отшатнулась назад и, потеряв равновесие, упала — ударившись плечом об пол. Гул спортзала на какое-то мгновение стих, а затем превратился в нестройных хор встревоженных голосов.

— Диан, прости, я не хотел! — Никита пролез под сеткой и уже был рядом, суетливо пытаясь помочь мне сесть.

Я не смогла. Попробовала открыть глаза, повернулась на спину, но потолок решил пойти кругами. И голова гудела так… как может гудеть голова, которой решили поиграть в волейбол.

— Так, разойдись! — зычный голос Карена Ароновича разогнал толпу. — Ткач, отойди от греха подальше, пока ты ей еще что-нибудь не сломал. Контролировать нужно усилия. Нудный! Бери её и дуй в медпункт. Бегом! — скомандовал тренер.

— Что? О… нет, — выдавила я, пытаясь сесть. Хвост снова съехал на бок. — Не надо, Карен Аронович, я лучше сама…

Жмурясь, попробовала привстать на локоть, но тут почувствовала, что чья-то тень закрыла меня от яркого света ламп.

— Лежи уже «сама», — раздался над ухом знакомый голос, мрачный и резкий. — Нудный, я же сказал, отвали! Спортивная сессия окончена.

Я только успела приоткрыть один глаз, как сильные руки подхватили меня под лопатки и колени, и вздернули вверх. Земля окончательно накренилась, и я со стоном вцепилась в крепкие плечи, чувствуя под пальцами жесткую ткань майки и горячую кожу.

— Демонец, только не ты… пусти! — пробормотала, утыкаясь носом куда-то в район его ключицы, встречая приятный запах морозного цитруса и адреналина. — Я тяжелая…

— Самое тяжелое в тебе, Кошка — это твоя самооценка. Остальное не тяжелее мешка с картошкой, — холодно ответил Денис, уже направляясь со мной на руках к выходу. — Ну и зачем ты это устроила? Нашла время на меня пялиться. Можно было упасть в обморок в более интимной обстановке.

— Что? — выдохнула я, зажмуриваясь от пульсирующей боли.

— Признайся, так сильно хотела попасть в мои объятия, что подставила голову под удар? — услышала недовольный голос. — Сказала бы прямо, что хочешь на руки, а вдруг бы я не отказал… по старой дружбе.

— Ты… — прошипела я и попыталась его ущипнуть за плечо. — Ненавижу!

— Рефлексы в норме, реакция тоже, память не пострадала, — констатировал Денис, игнорируя мою попытку нападения. — Скорее всего у тебя легкое сотрясение и ушиб. Ты здорово упала, Диана.

Мы уже шли по коридору и свет не слепил глаза.

— Я на тебя… не пялилась! Отпусти… орангутанг несчастный…

— И не подумаю. Мяч, обморок, герой спасает принцессу, — в голосе Демонца появилась знакомая язвительность. — Сейчас скину тебя в медпункт и пойду автографы раздавать, как настоящая знаменитость.

— Ты не герой, ты хуже…

— Однозначно. Если бы ты мне отвесила комплимент, я бы сразу вызвал реанимацию, а раз ты кусаешься, значит, жить будешь.

К горлу внезапно подкатила тошнота, мир поплыл серыми пятнами, и я тихо застонала, чувствуя, как кровь отливает от лица.

— Мне плохо… — выдавила на вдохе, вцепляясь в его майку. — Денис, мне надо в туалет. Отпусти… а то нам двоим будет неловко.

— Терпи, мы почти дошли.

Демонец плечом толкнул тяжелую дверь медпункта и, проигнорировав пустой пост медсестры, зашел со мной на руках прямо в туалетную комнату. Поставил меня на пол у раковины.

Ноги оказались ватными, и я качнулась, судорожно хватаясь за фаянсовые края. Денис тут же, словно между нами это обычное дело, придержал меня за талию. Футболка задралась, и его ладонь легла на голую кожу — слишком горячо и ощутимо легла, но гул в ушах мешал нормально соображать и огрызаться.

Я дотянулась до крана и включила холодную воду.

— Уйди, — пробормотала, наклоняясь к струе. — Я сама.

— Ничего, я не спешу, — вторая ладонь потянулась к моему хвосту, который мешал мне наклониться. — Давай, можешь не стесняться.

— Не смей трогать мои волосы! — прошипела я из последних сил, уставившись в зеркало. — Только попробуй!

Ладонь Демонца застыла в воздухе в паре сантиметров от моей головы, а бровь над голубым взглядом взметнулась вверх.

— Кошкина, ты серьезно? — мрачно спросил он, встретив мой взгляд в отражении. — Сейчас?

— Я… о, боже…

Я снова согнулась над раковиной, с трудом сдерживая накативший приступ тошноты. Попробовала поймать ладонью струю, но промахнулась.

— Наклонись, просто закрой глаза и не дергайся, — скомандовал Денис, прижимая меня к своему боку. Одной рукой он всё-таки отвел волосы с плеча, а