Антология фантастики и фэнтези-80. Компиляция. Книги 1-12 - Антон Витальевич Демченко

позёвывать, что чуть себе скулу не свернул. Но всё же не могу её возвратить. Это будет нарушение закона карточной игры. Это дурной пример показать. После этого, что бы я ни выиграл, домик ли какой, карету, цуг лошадей, серебро столовое, всякий будет приходить требовать назад. Вы не забудьте, что капитан хотел отыграть госпожой Ростоцкой всё то, что он уже проиграл. Коль скоро я согласился, чтобы сию даму считали в сорок тысяч, то я рисковал проиграть всё то, что было уже мною у капитана выиграно. Да, впрочем, что же вам всё разъяснять, вы это лучше меня всё понимаете!

И князь замолчал, как бы считая беседу оконченной.

– Как же, князь? – выговорил Павел, совершенно потрясенный – Это же против всех рыцарских законов. Вы поступаете подло и мерзко! Не по-княжески, а по-мошеннически! – закричал вдруг Павел.

Орлов переменился в лице, встал и тихо произнёс:

– Не меня бастарду Салтыкова поучать!

Павел схватился за сердце, покачнулся.

– Мой батюшка Петр Федорович!

– Так всем и говорите. Но я то правду знаю!

– Сей же час я отъезжаю из Москвы!

– Вы несвободны в своих отъездах – Орлов угрожающе подошел вплотную к великому князю – На ваш счет есть строгие предписания!

– Матушка поймет меня. Вы дьявол! Я еду к отцу!

– К Пугачу? – Орлов засмеялся – Емельке?

– Это все ложь! – брызгая слюной закричал Павел – Убийца, убийца!!

Глава 9

– Сколько говорите в нем полугривенников? – я держу в руке золотую десяти рублевую монету со своим профилем и пытаюсь ее взвесить. На одной стороне – на аверсе – мое еще бородатое лицо и надпись Петръ III На реверсе – номинал 10 рублей. Есть еще монеты по 5, 2 и 1 рублю. Из серебра и меди отчеканены копейки, полтинники…

– Одна тройская унция – на чистом русском языке отвечает мне чернявый, невысокий мужчина представившийся армянским купцом Озаканом. Впрочем темнить турецкий шпион не стал и сразу выложил козыри на стол. Франция и Османский империя заинтересованы в моем скорейшем наступлении на Москву. Поэтому мне предлагают субсидию в сто тысяч рублей. Собственно, первая партия – тридцать тысяч в золотых и серебряных рублях уже поступила. Озакан привез ее с собой в больших дубовых бочках. Надо сказать, что чекан был неплох. Гурт с насечками (это не позволяет обрезать монету), профиль четкий, золото на первый взгляд высокой пробы. По крайней мере примесей других цветов не заметно – я даже не побрезговал куснуть монету. Хорошо бы провести тесты, например, на пробирном камне кислотами, но точную пробу все-равно не определить.

– У вас тут злата в два раза больше номинала – я взвесил еще раз в руку 10-ти рублевый империал. В тройской унции тридцать один грамм, а точно такая же золотая десятирублевка Екатерины весит в два раза меньше. В Империи установлены законами точное содержание золота и серебра в монетах, а также курс обмена желтого металла на серый – один к пятнадцати.

– Империалов не так много начеканено – Озакан пожимает плечами – Но я передам…

– И мне нужен сам чекан.

– Ваше величество собирается открыть собственные монетные дворы?

– Зачем? Возьму Москву – там есть монетный двор.

– Кстати, о столице – турецкий шпион подобрался – Когда планируется наступление?

– Когда мы будем готовы – теперь уже пожимаю плечами я. Совершенно не собираюсь делиться своими планами с врагами страны.

– И все же я бы хотел получить гарантии – турок настаивал.

Отправить его вслед за Волковым? Нет, тут надо тоньше. От обещал – никто не обнищал.

– Я выдвинусь к Новгороду по весне. И встречу там войска Орлова. Но прежде… Прежде хочу тоже кое-что узнать. Насколько у вас все плохо?

Озакан нахмурился, тяжело вздохнул.

У турок все было плохо – Суворов взял Стамбул, турецкая армия выдвинулась из Эдирне и попыталась отбить столицу. Не получилось – удалось лишь блокировать город и взять его в частичную осаду… В самом Стамбуле продолжаются беспорядки – мусульмане режут христиан, те – мусульман. Суворов контролирует лишь внешние бастионы, некоторые кварталы и султанский дворец. Ждет помощи Румянцева, но тот не торопится – австрийцы выдвинули полки к Белграду. Все, что их пока останавливает от начала боевых действий, к которым Вену подзуживает Париж – зима. Она на Балканах выдалась суровой, перевалы частично закрыты. Но по весне Священная Римская империя вполне может вступить в войну.

– Ежели сейчас ударить в спину южной армии, то видит Всевышний – Озакан омыл руками лицо – Суворов не удержится в Стамбуле. Но для этого надо взять Москву.

– Мне какой интерес вам помогать? – я устроился поудобнее на троне.

– Наш султан признает вас императором России – тут же озвучил цену шпион – В Париже и Вене также благосклонно отнесутся к вашему воцарению. Что же касаемо границы, мы готовы провести по прежним, довоенным окончаниям.

Угу, бегу аж падаю. Сколько русской крови пролито на Балканах, чтобы вот так все взять и отдать обратно?

– А как же Крым? – полюбопытствовал я. России пришлось воевать еще раз, чтобы наконец, окончательно решить эту проблему и закрепить за собой земли полуострова. Который и так обезлюдел после действий второй ударной армии князя Долгорукого. Обезлюдел то он обезлюдел, но летом новый крымский хан – Девлет-Гирей – осуществит удачный десант под Алуштой. Вглубь Крыма его не пустят – кстати, в битве под Алуштой потеряет свой знаменитый глаз Кутузов – но и окончательно завоевать Крым не получится.

– Это мы обсудим позже – махнул рукой Озакан – Слишком мелкая досада, чтобы нынче о ней вести разговоры.

Вести разговоры и правда, нет смысла. Озакан еще не знает, что прежний, сбежавший из Стамбула в Кадыкей султан Мустафа III уже умер. Ему наследует завторник Абдул-Хамид I За спиной которого стоят генералы-янычары.

Я начал прикидывать время. В конце февраля-начале марта Озакан узнает о смерти Мустафы. В марте же Абдул-Хамид и его военачальники получат от своего резидента письма о восстании в России. Если я наобещаю шпиону все, чего он хочет – быстрого марша на Москву, удара в спину 2-й армии – то эти обещания уедут султану. Тот будет ждать. И я буду ждать, отделываясь “завтраками”. Не будет десанта под Алуштой, блокада Очакова будет продолжена.

А что будут делать цесарцы? Вступят в войну или нет? Черт, как много неизвестных в этой формуле.

– Все будет по-вашему – я внимательно посмотрел на Озакана – В конце зимы начну марш на Москву, а там как Бог