Искушая любовь - Сара Адам

Обжигающие слёзы, которые я долго и упорно сдерживала весь день, вдруг безжалостно вырываются наружу. Это слёзы облегчения, необъяснимого счастья и понимания, что я победила над собой и своими страхами.

Клянусь, я ощущаю себя птицей, что, наконец, раскрыла крылья, отряхнув с них пять лет пыли и страха. Я вернула себе не просто деньги и имущество я вернула себе саму себя!

Достаю телефон из кармана джинсов и трясущимися пальцами коротко печатаю, отправляя Артёму:

Спасибо.

Глава 25

Жуткая боль раскалывает голову на несколько частей. Приложив ладонь к виску, издаю протяжный стон, от которого становится гораздо хуже.

— Боже... — мычу, поморщившись, пытаясь осмотреться вокруг.

Перед глазами всё жутко плывёт, а подкатывающая к горлу тошнота в разы усугубляет ситуацию.

Всему виной Лилит О’Коннелл! Эта бестия завалилась вчера ко мне с двумя бутылками неприлично дорогого шампанского, решив отпраздновать новоселье. Подругу даже ни грамма не смутило бесчисленное количество коробок и хаос вокруг.

И, как видите, одним шампанским мы не ограничились.

— Будь я проклята... — звучит на соседней стороне кровати женский хрип. — И ты, Суарес, со своим переездом тоже...

Шлейф перегара отдаёт от подруги, и я, стараясь не дышать, отползаю от неё подальше, но, не рассчитав, падаю с постели прямо на пол.

— Чё-ё-ёрт! — раздаётся мой протяжный стон, эхом отскакивая от стен.

Находясь в полупьяном бреду, я только с третьего раза встаю на колени и, опершись о кровать, поднимаюсь на ноги. Внимания на ноющее ощущение в локте от неудачного приземления, естественно, не обращаю.

Воспоминания о вчерашнем вечере долетают короткими обрывками. Я помню, что мы ужинали с Джоном, а потом неожиданно нагрянула Лил.

Пошатываясь, хватаюсь за голову в надежде утихомирить это адское пульсирование внутри черепа и параллельно восстановить события. Так, пришла Лилит... а что потом?

Ага! Мне было жутко неловко от их неожиданного столкновения, и пришлось представить подруге Джона. Правда, фальшивым именем, но так как О’Коннелл ещё с самого начала знала о нём истинную правду, подыграла и виду не подала.

Грей не стал нам мешать, а тактично сообщил, что у него дела, и удалился. А дальше... дальше мы хорошенько с подругой оторвались.

— От тебя несёт, — бросаю на ходу и на подгибающихся ногах тащусь в прилегающую к спальне ванную.

— И от тебя... — стонет подруга вслед, уткнувшись лицом в матрас, так как заправить постель бельём мы ночью не удосужились.

Дрожащей рукой нащупываю дверной косяк и вваливаюсь в просторную ванную комнату. Зеркало на стене безжалостно отражает моё помятое, осунувшееся лицо и всклокоченные светлые пакли вместо волос.

Я не помню, как мы добрались до спальни, не говоря уже о том, когда успели заснуть.

Включив воду на максимально холодную температуру, надеюсь, что она сможет прогнать этот проклятый туман из головы. Шипя и стуча зубами от ледяных струй, заставляю себя принять полноценный душ. Боль в висках отступает, сменяясь неприятной пульсацией, а тошнота, к счастью, отползает на задний план. Смыв с тела запахи вчерашнего веселья и ощущение липкости, я чувствую себя хотя бы живой.

Закутавшись в чистое полотенце, которое нахожу в одной из сумок (похоже, мы подняли её ночью), возвращаюсь в спальню. Лилит по-прежнему лежит в той же позе, будто пытается нарочно потерять сознание или исчезнуть из этого мира.

— Лил, подъём! — командую осипшим голосом и под хныканье вкупе с отрицанием подруги принимаюсь рыться в хаотично расставленной куче коробок у стены. Наконец, в одной из них, подписанной моим неразборчивым почерком «домашняя одежда», нахожу свободные хлопковые штаны и старую, любимую, выцветшую футболку в цветочек.

Натянув одежду, мне приходится силой растормошить горе-алкоголичку и заставить её идти в душ, а самой спуститься на первый этаж, на кухню. Светлые стены и залитое солнцем пространство сквозь панорамные окна в квартире это одновременно шик и проклятие, ибо глаза режет нещадно.

Невзирая на не особо адекватное состояние, подмечаю, что распаковать вчера кухонные принадлежности и продукты было верным решением и всё с подачи моего лапочки Джона.

Лапочки?

— Совсем с ума сошла... — бормочу, обернувшись на звук трели мобильника. Подобно ищейке, но с плохим нюхом и слухом, я таки нахожу телефон, валяющийся на диване в гостиной.

— Ты почувствовал, что я думаю о тебе? — озвучиваю в трубку, едва ли успев принять вызов.

— Представляешь меня голым?

Бархатный голос Грея звучит буквально как «мур… мур… мур…».

— Ты как всегда в своём похабном репертуаре, — усмехаюсь, ещё не подозревая, какая катастрофа, а точнее позор, грядёт.

— Кто бы говорил, — держит удар Грей загадочным тоном. — Как состояние у моей маленькой алкоголички? Таблетки от похмелья есть или завезти?

— Откуда ты знаешь, что я пила? — немного подобравшись, осматриваюсь вокруг, но кроме валяющихся на журнальном столике бокалов и опрокинутых бутылок на полу ничего подозрительного не наблюдаю.

— М-м-м... То есть она ещё и ничё не помнит, — протягивает соблазнительным тоном засранец. — Так даже интереснее.

— Объясни нормально, я не понимаю, — в горле пересыхает, и я бреду обратно на кухню в поисках минеральной воды. — Ты возвращался ночью?

— Нет, я ночевал на базе, — ровным тоном выдаёт Джон, и я снова не придаю значения игре его дальнейших слов. — Чтобы не было соблазна завалиться к своей пьяненькой сексуальной девушке, живущей по соседству.

Своей девушке...

Пока я размышляю над этой фразой, Джон продолжает:

— Загляни на досуге в нашу переписку. А я при первой возможности приеду и выполню обещание.

— Ладно... — посчитав его поведение странным, прощаюсь с Греем и отключаюсь.

Достаю из холодильника ледяную бутылку и первым делом прикладываю её к виску, одновременно ища чистую посуду. Налив наконец минеральную воду, отхожу к столешнице и облокачиваюсь на неё.

В одной руке я держу мобильник, открывая мессенджер, а второй подношу к губам стакан и делаю несколько жадных глотков.

Перед глазами всплывают несколько сообщений, каких ранее не было. Мы с Джоном не особо-то и переписывались раньше, поэтому сейчас я удивлена. Пролистав наверх, мой палец замирает на первом отправленном сообщении, а глаза округляются.

Адалин: Хочу тебя. Приезжай ко мне скорее!

Очередная порция воды, которую я ещё не успела проглотить, благополучно вылетает изо рта фонтаном.

— Твою ж м-а-ать! — в