Младший сын Небесного демона. Том 2 - Андрей Сергеевич Ткачев

— Не слишком ли громкое заявление?

— Вообще-то, я серьезно, — немного рассердилась девушка, но тут же смягчилась, опять взглянув на статуи. — Я, ещё когда ты первую делал, немного удивилась, но теперь, смотря на них все, я понимаю, что ты каким-то образом словно сумел передать их намерение. Готовность к атаке, решимость. Удивительно…

Вскоре появились рабочие.

В этот раз их пришло больше десятка вместе с двумя специалистами по формациям и с тем самым младшим распорядителем, который предложил открыть павильон. Мужчина долго ходил между статуями, разглядывая каждую, и с каждым новым кругом выражение его лица становилось всё более довольным.

— Вы превзошли все ожидания, молодой господин, — глубоко поклонившись мне, наконец произнёс он.

— Их получится перевезти? — стараясь сохранять невозмутимое выражение лица, спросил я.

— Да. Мы подготовили специальные платформы и поддерживающие формации. Ни одна не пострадает.

Но когда статую Гарана увезли с полигона, внутри неожиданно стало немного пусто. Следом исчезла Эйна, потом Харвен, Сайра, Бейран. Последним забрали Тариса, и когда не стало и его, я ощутил настоящую тягучую пустоту.

Может, Киара была права, и я вложил в них кусочек души, сам того не понимая?

— Передумал? — спросила Киара.

— Нет.

— Тогда чего у тебя лицо такое, словно у тебя любимую игрушку отобрали?

Я задумался над ответом.

— Наверное, непривычно отдавать то, во что вложил столько сил.

— Можешь сделать ещё.

— Могу, но не в ближайшее время. Я слишком сильно вложился в них, чтобы делать подобные статуи постоянно. Искусству требуется время, — с важным видом произнес я.

— Хорошо сказано, — одобрила демоница.

* * *

Павильон искусств находился в стороне от основных торговых рядов Духовного узла. Место не самое удачное, но и выставки тут проводились не так часто. Мимо не проходили толпы учеников, рядом не было популярных алхимических лавок, оружейных залов или площадок, на которых торговали редкими ингредиентами. Раньше помещение использовали для сезонных выставок, но большую часть года оно пустовало. Всё-таки в секте воинов искусство далеко не на первых местах.

Но когда управляющий Лоран увидел статуи, сотворенные Александром Кейром, то просто не смог пройти мимо. Они настолько его захватили, что он был готов выкупить их даже за очень большие деньги. Конечно, жаль, что юноша не стал их продавать, но тот факт, что он согласился одолжить их для выставки, уже было огромным достижением. Ведь главное — привлечь внимание, а дальше можно что-то, да придумать.

И все же он не рассчитывал на серьезный ажиотаж. Да, статуи были красивыми. Да, ледяная стихия внутри них стабилизирована необычным способом. Но искусство остаётся искусством. Большинство практиков предпочитает тратить средства и время на пилюли, оружие и ресурсы для возвышения. Красивой фигурой врага не убьешь.

Так Лоран думал до открытия.

Уже на второй день перед павильоном появилась небольшая очередь. На четвертый внутри стало теснее, чем в некоторых лавках главной торговой улицы.

Посетители не просто заходили, делали несколько снимков и уходили. Они задерживались, обходили статуи кругами, изучали поверхность льда, спорили о технике и возвращались снова, приводя с собой знакомых. И так по новой начинался круг споров, причем споры были на довольно разные темы.

Особое внимание привлекал Харвен Мор.

Двое пожилых практиков стояли перед копейщиком уже почти полчаса и никак не могли прийти к согласию.

— Говорю тебе, это работа приглашенного мастера, — раздраженно произнес первый. — Среди наших скульпторов никто не владеет льдом на таком уровне. Я знаю всех, кто работает с духовными материалами внутри нашего узла.

— Ты знаешь ремесленников, — возразил второй, — а это делал практик, я тебе точно говорю.

— Любой мастер духовного искусства является практиком.

— Не притворяйся, что не понял. Посмотри на копьё. Это не декоративный слепок, здесь оставлено намерение выпада. Так ремесленник сделать не может.

Первый старик фыркнул.

— Намерение? В куске льда? — пренебрежение в его голосе было совсем не скрытым.

— Встань перед наконечником, — решительно произнес его собеседник.

— Я не собираюсь участвовать в твоих глупостях.

— Потому что боишься! Чувствуешь же угрозу, исходящую от него, а? — начал наседать второй,

После такого обвинения пожилой практик всё-таки встал прямо перед статуей. Сначала ничего не происходило, но в какой-то момент он дернулся в сторону и досадливо чертыхнулся, а его собеседник победно осклабился.

— Обычный кусок льда, говоришь?

— Иллюзия, — упрямо заявил первый. — Простая формация воздействия на восприятие.

— Я не чувствую формации.

— Значит, хорошо скрыта, — невозмутимо, но не очень уверенно ответил ему собеседник.

Третий пожилой посетитель не участвовал в споре. Он молча достал из пространственного кольца небольшой монокуляр с несколькими сменяющимися линзами и медленно обошел Харвена по кругу. Сначала остановился у спины, затем у копья.

— Здесь нет формации, — наконец сообщил он.

— А что есть? — тут же спросили оба спорщика. Оба сразу поверили его экспертному мнению.

— Не знаю, — пожал плечами третий.

Сказав это, старик убрал монокуляр и направился к управляющему.

— Скульптура продается?

Лоран сохранил невозмутимое выражение лица.

— Все представленные работы выставлены на продажу, старший. За исключением личной серии мастера, которая находится во втором зале.

— Цена?

Услышав ответ, старик даже не моргнул.

— Я дам вдвое больше, если её снимут с продажи прямо сейчас.

Лоран едва удержался, чтобы не переспросить.

Начальная стоимость и без того была завышена. Он специально поставил цену с запасом, ожидая долгого торга и надеясь хотя бы проверить интерес публики.

— Боюсь, мы не можем завершить продажу до окончания сегодняшних торгов, — вежливо ответил он. — Другие посетители уже проявили интерес к этой работе.

Будто услышав его слова, один из споривших практиков приблизился.

— Я предлагаю ещё на четверть больше.

— Ты же только что говорил, что это обычная формация и не более того, — возмутился его приятель.

— Я имею право изменить мнение, — с важным видом произнес старик, который первым почувствовал что-то необычное от статуй.

— После того, как цену назвал другой человек?

— Не твое дело.

Лоран спокойно зафиксировал обе ставки на планшете. Внутренне же он уже пересчитывал возможную прибыль павильона и пытался понять, не слишком ли дешево они оценили остальные работы.

У статуи Гарана происходило нечто похожее. Двое коллекционеров торговались всерьез. Один представлял богатый дом из внешнего мира, второй был членом