Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников

будет держаться настороже: Генноске не мог воздействовать на взрослого сына, не сможет и на внука. А попытаться вмешаться в происходящее как-то помимо воздействия на единственного родственника у Генноске тем более не получится — ему просто не на кого опереться в Такамии: тут Котегава вовремя «подсуетилась», признаю! Так красиво провернула — мать даже восхищалась!.. Кхм. Да, полную версию «фильма» лучше Химари и Куэс не показывать, тут наш муж тоже прав. Ушастая обожает «деда Гена» и любит, как отца, неизвестно, как она воспримет такие «откровения» по отношению к тому, кого любит, мужчину. Ну а реакцию нашей химе я могу и не озвучивать, верно?

— Мне кажется, — Шимомуро справилась со своими эмоциями и включилась в разговор. — что мы не ту проблему сейчас обсуждаем. Дед Юто прикован к постели: такая рана в таком возрасте бесследно не пройдет… повезет, если он вообще сможет ходить.

— Если бы. — Я переглянулся с Богиней рек. — Не буду грузить вас медицинскими терминами, скажу коротко: единственное, что сейчас у Генноске «на свой возраст» — это кости. Если бы не остеопроба,[181] можно было бы сомневаться в том, что ему почти восемьдесят! Все процессы в организме принадлежат тридцатилетнему, возрастные изменения вроде пигментации кожи и тонуса гладких мышц «откатываются»[182] практически на глазах. К сожалению, аппаратуры для расшифровки генома[183] нам, не смотря на доходы, сейчас не собрать — но, похоже, и тут есть изменения.

На некоторое время в нашей гостиной сгустилась тишина: человеческая часть семьи «переваривала» откровения, а Агеха задумчиво крутила в руках свой рабочий ноутбук.

— Кстати, если судить по косвенным данным, говорить о «просто» откате возраста нельзя. — Решил «добить» своих любимых я: пусть лучше сразу учитывают происходящее в «раскладах». — Очень возможно, что биовозраст «зафиксируется» на некоторое время — и я даже не могу сказать точно, на какое. Мы нашли в анализах тканей деда белок-теломеразу, который «отменяет» старение. Есть и другие факторы, определяющие возрастные «переходные периоды», но…

— Это… это вообще серьезно? — Ринко практически шептала, стараясь как-то выразить обуревавшие ее противоречивые эмоции. — Как это вообще возможно?

— «Сердце Мира», «Абсолютная Истина». — Ю, как самая «любительница волшебства» естественно прочла статью О'Райли целиком и довольно внимательно — для нее примеры легенд и «священных текстов» не были набором бессвязного бреда, как для остальных, наоборот, напоминали о временах, когда «магия» для «вечной старосты» была чем-то эфемерным и чудесным, а не одной из обыденных вещей, вроде «своих» и «чужих» демонов, кеккей генкаев и прочих «прелестей» нашего мира… — Все-таки сказки и предания возникли не на пустом месте! Какое желание может быть у старого человека? Молодость и жизнь. Оно его и выполнило…

— Не верю. — Хироэ помотала головой. — Не может быть все так просто. Если бы «сердце» действительно исполняло желания, у нас бы уже давно был «властелин мира» из тех волшебников, кто смог достичь и вернуться: ведь такие были, и достаточно много, что бы легенды возникли во многих народах мира! Не верю, что ни у кого не было сокровенной мечты «хочу много власти»…

— Или «хочу большой гарем и собственный город», знаешь ли. — «Подсказала» мизучи

— Вот- во… хм.

Я буквально почувствовал, как на мне скрестились взгляды всех девушек в помещении — этакие изучающие взгляды.

— Эй!

— Ничего не хочешь нам рассказать, дорогой? — Почти промурлыкала хиноема, мгновенно оказываясь у меня за спиной и обнимая за плечи.

— Да-да, мне тоже очень интересно! — Естественно, Канаме не осталась в стороне прижимаясь с боку и заглядывая в глаза. И выражение лица такое серьезное…

— Ю-у-то, расскажи! — С другого бока «вынырнула» Шимомуро. — Ну пожалуйста! Мы все равно уже все твои, не смотря на то, каким образом ты заставил в себя влюбиться семерых прекрасных и невинных дев…

— Знаешь ли! — С каменным выражением лица поддержала всеобщий порыв Сидзука.

— Девчонки, вы чего? — Только Ринко осталась на месте переводя недоуменный и слегка обеспокоенный взгляд с одной «сестры» на другую. — В-вы действительно считаете, что Юто…

Первой не выдержала Ю — наша единственная «тру-очкастая» тихонько фыркнула… и через секунда хохотали все. Возмущенный вопль Кузаки «Вы! Я почти поверила!» только подлил масла в огонь! Успокоиться женам удалось не сразу — подколки типа «ну дорогой, ну скажи, что на самом деле нужно сделать, что бы так подфартило… мы нашим детям расскажем» сыпались еще с полчаса. У меня было огромное желание выдать с самым серьезным лицом что-то вроде «нужно стать русским попаданцем из другого мира» — но при Хироэ я не рискнул. Она, конечно, никому ничего не скажет о своих ощущениях да и сама будет сомневаться… Но — хватит с меня и того, что я «Юто с дважды промытыми мозгами», тем боле, как мы решили, всем в семье этого тоже знать не следует.

— А этот «бог»… он точно, того? — Немного нерешительно отвлекла нас от тему обсуждения ужина Шимомуро. — Из рассказа твоего деда я так и не поняла.

Настроение тут же испортилось у всех.

— Он и не сказал. — За меня ответила Сидзука. — Генноске и ЭТО обменялись финальными атаками, дальше родственник Юто просто «выныривал» на отметку Химари. Знаешь ли.

— Кстати, я вообще не поняла, как эта сущность относится к смерти твоих родителей — и ритуалу, в который вляпалась наша заносчивая ведьмочка. — Кузаки как всегда не стала стесняться и спросила, что хотела. Все-таки наше общение с девяти лет сильно пошло моей «подруге детства» на пользу: обычного «японского стеснения» в ней было куда как меньше, чем в «обычной школьнице» того же возраста. Кстати, тем же отличались парни и девушки из Клуба Физики — сколько раз я вдалбливал им, что «спрашивающий не глуп — глуп молчащий с умным видом», и, кажется, таки «вдолбил». Как я узнал недавно, учителя, увидев, что не только наш, но и следующий поток учеников средней Торью поголовно разбился на «парочки» (а, кое-кто, похоже, и на другие формации — все-таки шила в мешке не утаить: большинство моих жен учатся в соседних классах и общаются между собой… и не особо стесняются на знаки внимание мне!), решили, что происходит катастрофическое падение нравов, и вообще, действует если не банда, то наркопритон, «подбивающая» учеников элитной школы на «нехорошее» — и написали в попечительский совет. Написали потому, что Наследник Охаяси лично довел до директора «не трогать ученический коллектив с его сложившимися традициями и доверять самоуправлению среднеклассников» — и у преподов оказались «связаны руки». Охаяси прислали свою комиссию с проверкой (я как раз сидел с дедом),