Олимпиец. Том VI - Артур Осколков

скользил по ним взглядом, привычно и бесстрастно отсеивая лишнее. В основном мужчины, женщины и дети встречались реже, да и те, чаще всего подростки. Чаще всего вооруженные группы: люди в одинаковой форме, с выгоревшими крестами на плечах и оружием за спиной, но, впрочем, встречались и просто рабочие.

Никакого праздного шатания — каждый при своем деле, как, например, двое юнцов, что встретили их у входа в убежище и сразу же, без суеты, занялись остальными беженцами. На входе прибывших распределяли: тех, кто ранен — к медикам, кто просто устал — в спальные отсеки. Из любопытства, Аид заглянул в один такой и оказался доволен. Комнаты небольшие, но чистые. Стандартные армейские койки, матрацы в серых чехлах, одеяла аккуратно сложены у изголовья. В углах — запертые шкафчики для личных вещей.

Им тоже предложили место, но Аид не особенно нуждался в отдыхе, потому вместе с Адрианом отправился дальше по коридору. Там-то их и догнал Элайас.

— Ну что. Как вам? — парня буквально распирало от самодовольства. — Все поставлено на поток. Через пару дней новых беженцев распределят по местам, большинству выдадут исправленные амулеты с именами, с которыми можно будет легально выйти в город. А там… Один что-то услышит, другой заметит… Неплохую систему мы придумали, да?

— А кто решает, куда нас отправлять? — хрипло спросил один из только что прибывших мужчин, коротко остриженный и с армейской выправкой. В отличие от остальных, он отказался идти отдыхать и последовал за нами, явно рассчитывая выудить как можно больше информации о том, что его ждет.

— Кто-то из командования. — Элай поморщился, явно недовольный, что его услышали посторонние, но все же кивнул в сторону одной из металлических дверей. — Зададут пару вопросов, уточнят способности, если есть.

— Способности? — все не унимался мужик. — То есть, нам придется драться?

— По желанию, — кивнул Элай. — Но да, те, кто готов сражаться за правое дело, смогут вступить в «Ангелы».

Аид чуть дернул уголком рта. «Ангелы» — это их имя? Наивное, глупое название.

Элайас, будто уловив его настроение, улыбнулся краешком губ и пояснил:

— Это не я придумал. Но людям нравится. К слову, вы голодные? Хотите, покажу, где можно нормально перекусить?

— Почему нет, — подал голос Адриан. Впервые, с тех пор как увидел Кэйт. — Я проголодался.

— Отлично, — обрадовался Элай, указывая на коридор, ведущий к столовой. — Тогда нам сюда.

И, к удивлению мужчин, место оказалось вполне приличным. Просторный и уютный зал, освещённый длинными лампами под потолком. Столы расположились аккуратными рядами один за другим, у стен — водяные кулеры и автоматы с напитками. Над подносами клубился ароматный пар. И, несмотря на поздний час, место оказалось удивительно оживлённым.

Статный, усталый военный жадно хватал куски хлеба, словно пес, запихивая еду себе в пасть, за ним молодая женщина задумчиво размешивала кашу, пока ее сосед — мужчина с шрамами на все лицо чинил бронежилет прямо на коленях, попутно доедая суп. То и дело звучали шутки, тихий смех или негромкие споры. Несмотря на проигрыш Греции и тяжелые времена, люди все еще цеплялись за остатки нормальности.

В центре, за импровизированной раздачей, трудился повар. Невысокий, полный мужик в сетчатой шапочке, тщательно накладывавший порции на железные тарелки. В руках у него виртуозно мелькал половник, а лицо выражало профессиональную гордость. Настоящий кулинар, из тех, кто раньше работал в приличных ресторанах, а теперь оказался тут, кормя Сопротивление.

— Сюда, господа хорошие! — бодро крикнул он, заметив новоприбывших. — Первым гостям — лучшее рагу и хлеб со склада! Ещё горячее, клянусь всеми богами!

Аид подошёл, принял тарелку с тушёным мясом и бобами. Пахло на удивление приятно: специи, томат, свежая зелень. Поверх еды гордо красовался ломоть хлеба, обильно смазанный каким-то жиром.

Адриан взял свою порцию с задумчивым кивком, а Элайас схватил сразу две, не стесняясь.

— Повезло вам, новички, — усмехнулся повар, ловко разливая суп в котелки. — Завтра будет только каша и вода.

Аид молча кивнул и отошёл к дальнему углу. Присел на лавку, осторожно понюхал еду и всё-таки попробовал. На удивление — сносно. Он даже проглотил несколько ложек, хоть и не нуждался в пище, одно из преимуществ совершенного тела. Преимуществом, которым его собратья-боги регулярно пренебрегали, обжираясь на Олимпийских Пирах день и ночь.

Аид снова позволил себе мельком осмотреть зал. Люди все прибывали, рассаживаясь по группам. Друзья, знакомые, близкие. Братья и сёстры по оружию. «Маленькая армия против титана,» — подумал он. И впервые за долгое время ощутил лёгкий укол интереса. Может быть, эти смертные ещё способны его удивить.

Внезапно, на глаза богу попался Адриан. Юноша сидел в стороне, отдельно, у стены, держа тарелку на коленях и рассеянно ковыряя ложкой в рагу. Глаза его были полуприкрыты, мысли явно витали где-то далеко. Хотя догадаться, о чем он думал, не составляло труда. Аид видел, какими глазами тот провожал Артемиду.

«Такими же я смотрю на Перс» — подумал он и скривился. В глубине души вспыхнула застарелая ненависть, просыпавшаяся всякий раз, когда он видел юношу. Но в этот раз она погасла легко, без усилий. Словно костер, в который уже давно никто не кидал дровишек.

Понаблюдав за Адрианом пару секунд, Аид оценил ситуацию, взвесил варианты. И не найдя выхода, тяжело вздохнул, подхватил свою тарелку и поднялся из-за стола, молча опустившись на свободный стул напротив проблемного смертного.

Несколько мгновений оба молчали. Наконец, Аид негромко заметил:

— От кого прячешься, мальчик? От себя или от нее?

Адриан едва заметно вздрогнул. Потом, не поднимая глаз, процедил сквозь зубы:

— Тебе не говорили, что вмешиваться в чужие дела — невежливо.

Аид вздохнул. Обычное человеческое упрямство. Как предсказуемо.

— Говорили. И не раз, — произнес он спокойно.

— Ты, видимо, не слушал.

— Прерогатива царя слушать советы, но действовать по усмотрению. Особенно когда чужая, хмурая рожа портит мне аппетит.

Адриан закашлялся и едва не уронил тарелку. Затем хмуро посмотрел на бога, хотел ругнуться, но все же сдержался. Довольный собой Аид откинулся на спинку лавки и заговорил, глядя куда-то поверх столов, обращаясь в пустоту.

— Не думай, что я совсем старый глупец, Адриан. Когда-то я тоже был молод. Как и моя жена. Я встретил Персефону ещё юной богиней. Дочь Деметры, скучающая на Олимпе среди золота и пустой похвальбы. Прекрасный, дикий цветок в полном сорняков поле.

Взгляд Аида затуманился, когда он погрузился в воспоминания.

— Я был покорен, влюбился на месте. Предложил ей стать моей королевой. Не поверишь, она отказалась.

— Как похоже на нее.

— Пригрозила сломать мне нос, если я не отстану, — продолжил Аид, словно не услышав. Его