Революция и Гражданская война в России 1917—1922 - Рой Александрович Медведев

сторонников законного правопорядка в противоположность красному цвету – цвету восстания и революции. С этой точки зрения чехословацкий корпус не являлся корпусом белой армии. Ему были близки движения и организации эсеров. Когда в ноябре 1918 года адмирал А. Колчак произвел в Омске военный переворот, Чехословацкий совет в г. Уфе опубликовал заявление, в котором говорилось, что «чехословацкая армия, борющаяся за идеалы свободы и народоправства, не может и не будет ни содействовать, ни сочувствовать насильственным переворотам, идущим вразрез с этими принципами. Переворот в Омске от 18 ноября нарушил начало законности, которое должно быть положено в основу всякого государства, в том числе и Российского. Мы как представители чехословацкого войска, на долю которого в настоящее время выпадает главная тяжесть борьбы с большевиками, сожалеем о том, что в тылу действующей армии силами, которые нужны на фронте, устраиваются насильственные перевороты. Так дальше продолжаться не может»[320]. Позднее командование чехословацкого корпуса установило тесные связи с Колчаком и оказывало ему поддержку. Однако под давлением рядовых легионеров участие войск чехословацкого корпуса в военных действиях против Красной армии быстро сокращалось; нередкими были стычки между отрядами колчаковцев и подразделениями корпуса. 13 ноября 1919 года представительство корпуса в Сибири направило странам Антанты специальный меморандум, в котором, в частности, говорилось:

«Под защитою чехословацких штыков русские военные органы позволяют себе такие дела, над которыми ужаснется весь цивилизованный мир. Выжигание деревень, убийство мирных русских граждан целыми сотнями, расстрелы без суда людей демократических единственно по подозрению в политической нелояльности – составляют обычное явление, а ответственность за все это перед судом народов целого света падает на нас – за то, что, располагая военною силою, не воспрепятствовали этому бесправию… Мы сами не видим иного выхода из этого положения, как немедленное возвращение домой из этой области, которая нам была вверена для охраны, и чтобы до осуществления возврата нам дана была свобода возбранять бесправию и преступлениям, с какой бы стороны они ни происходили»[321].

В ноябре и декабре 1919 года армия Колчака понесла тяжелые поражения, а сам Колчак с небольшим отрядом отступил к Иркутску. Здесь он был арестован и позднее выдан Иркутскому ревкому. Колчак был расстрелян 7 февраля 1920 года. В этот же день на станции Куйтун между правительством Советской России и командованием чехословацких войск было подписано мирное соглашение. Через несколько месяцев последний транспорт с подразделениями чехословацкого корпуса покинул Владивосток.

Борьба красных и «розовых»

На огромных территориях, отпавших в июне 1918 года или еще раньше от Советской России, начали создаваться политические структуры, которые также не являлись частью Белого движения. Некоторые из них сохранили среди своих символов красный флаг. Политические партии, возглавлявшие эти структуры, считали себя социалистическими. В Грузии была провозглашена Грузинская демократическая республика, во главе которой стояли социал-демократы меньшевики. Глава правительства Ной Жордания являлся с февраля 1917 года председателем Совета рабочих депутатов Тифлиса, а его соратник Ираклий Церетели был в 1917 году министром Временного правительства. Во главе Верховного управления Северной области в Архангельске оказался один из лидеров партии народных социалистов, или трудовиков, выступавших в защиту «трудового крестьянства», Николай Чайковский, который пользовался высоким авторитетом еще в движении народников 70—80-х годов XIX века. На просторах Левобережной Украины образовалась вольная анархистская территория, которую защищала революционно-повстанческая армия Нестора Махно. В политических структурах Украинской народной республики ведущую роль играли украинские социал-демократы и украинские эсеры, партии социалистов-федералистов и социалистов-самостийников. Во главе Временного сибирского правительства оказались правые эсеры и левые кадеты. Немалую опасность для большевиков представлял и неожиданный мятеж их недавних союзников – левых эсеров. Это восстание было, однако, слишком спонтанным, и его удалось быстро подавить как в Москве, так и в Муроме и Ярославле. Недолго продержалась и провозглашенная левым эсером и командующим Восточным фронтом Михаилом Муравьевым Поволжская республика в Симбирской губернии.

Самые большие проблемы для большевиков возникли в Поволжье, где 8 июня 1918 года в г. Самаре, занятой подразделениями чехословацкого корпуса, образовался Комитет членов Учредительного собрания, или Комуч. Этот комитет объявил себя верховной властью в России, временно действующей от имени Учредительного собрания. Первоначально в Комуч входило всего пять членов Учредительного собрания, но уже через месяц их было здесь около семидесяти. Именно этому правительству наибольшую поддержку оказали чехословацкие войска и Антанта. Во главе Комуча была группа правых эсеров, комитет поддержали также меньшевики. Чтобы успокоить крестьян, Комуч объявил, что «земля бесповоротно перешла в народное достояние и никаких попыток возврата ее в руки помещиков Комитет не допустит». Поскольку эсеры являлись противниками частной собственности на землю, Комуч и созданный при нем Совет управляющих (министров) запретил сделки купли-продажи земель сельскохозяйственного значения, а уже проведенные сделки объявил недействительными[322]. Комуч отменил проведенную большевиками национализацию предприятий, но установил достаточно сложный порядок их возвращения прежним владельцам. В Самарской губернии рабочим были гарантированы социальные реформы, защита от безработицы и локаутов, право на создание профессиональных союзов. В губернии была отменена национализация банков и разрешена свобода торговли. Начала создаваться Народная армия, которая достигла к концу лета 30–40 тысяч бойцов. В августе власть Комуча распространилась на территорию не только Самарской, но и Саратовской, Симбирской, Казанской и Уфимской губерний; весь этот обширный регион был объявлен «территорией Учредительного собрания». Первая мировая война еще продолжалась, и Комуч объявил себя противником Германии, а большевиков – пособниками немцев. Естественно, что Брестский мир оценивался в Самаре лишь как предательство России. Комуч решительно осуждал не только большевиков, но и левых эсеров, а также «мстительных генералов Красновых и Скоропадских». Хотя во главе Народной армии было немало офицеров из старой царской армии, эта армия выступила на фронт против большевиков под красными знаменами. Комуч объявил себя продолжателем дела Февральской революции. Под влиянием лозунгов Комуча находилась значительная часть рабочих Урала и Прикамья, с ним поддерживали связь атаманы Оренбургского и Уральского казачества.

Именно Комуч и Самарский Совет министров с их военными силами оказались летом 1918 года главным противником Красной армии и Советской России. «Розовая» власть Комуча отрезала большевиков от хлебных губерний Поволжья, от Сибири и Урала. Власть Комуча признавал и поддерживал чехословацкий корпус. Не только с Верховным управлением Северной области, но и с Комучем поддерживали связь военные подразделения Антанты, занявшие еще весной Архангельск и Мурманск, чтобы предотвратить продвижение сюда германских войск, оккупировавших Финляндию. В начале августа Народная армия Комуча и чехословацкий корпус заняли Казань и начали подготовку к наступлению на центральные губернии России. Одновременно началась подготовка многочисленных «розовых» движений и политических структур к объединению. 8 сентября 1918 года в Уфе начало работу Государственное совещание, в котором приняли участие все центристские партии России от меньшевиков до кадетов, а также ряд новых организаций и движений типа «Союза возрождения России», основанного народными социалистами, эсерами, меньшевиками и кадетами.

В борьбе с Колчаком и Деникиным, развернувшейся позднее, большевики пользовались поддержкой большей части крестьянства, которое