Три шага до края - Амалия Мо

– Красивая, – тихо сказал он, и у меня внутри всё сжалось. Не было привычного сарказма и привычной злости.

Демиан нахмурился, когда взглянул на самый заметный шрам, чуть ниже груди.

– Я убью его, Роза, – прошептал он, будто давая клятву, о которой я не просила.

Мне не нужны были обещания. Моё прошлое касается только меня, но я не стала спорить, чтобы не разрушить момент.

Щеки коснулась рука, бережно скользящая по коже. Но эта нежность была обманчива – его дыхание и сдерживаемая жажда выдавали другое. Он держался из последних сил, и я чувствовала, как внутри него рвётся наружу нечто дикое.

– Чёрт… – прошептал Демиан так тихо, что я почти не услышала. Его губы скользнули к моей шее, и я откинула голову назад, не в силах удержать стон.

Вторая рука первокровного сжала грудь, и через секунду губы опустились туда же. Поцелуи становились влажнее, жаднее, язык обвёл сосок, и я задохнулась от острого толчка удовольствия, которое не могла ни объяснить, ни остановить. А потом – лёгкий укус, и я закусила губу, но он лишь усмехнулся в кожу, явно наслаждаясь моей реакцией.

– Демиан… – сорвалось, когда его ладонь скользнула вниз, к животу.

Пальцы нашли самый чувствительный центр, и тело предательски откликнулось резкой, горячей волной. Я вцепилась в плечи, ногти впились в кожу, но он будто только этого и ждал. Ритм движений сводил с ума, и я закусила губу до крови, чтобы не застонать громче.

– Охренеть, Левьер, я так сильно тебя возбуждаю? – улыбнувшись, Демиан проник внутрь, намекая на то, что я достаточно влажная.

Я почувствовала солёный привкус во рту, когда зубы прорвали кожу. Боль пронзила губу, но настоящая дрожь прошла по телу, когда Морвель дёрнул головой, словно зверь, почуявший добычу. Его глаза вспыхнули ярче, дыхание стало хриплым.

Пугающий взгляд обжигал, и я не успела опомниться, как он рывком сорвал свою одежду и швырнул её в сторону. Я ловила каждый изгиб, каждую линию, и понимала, что именно так он и должен выглядеть – опасный, дикий, сексуальный. И, Боги, мне это нравилось. Тревога смешалась с предательским восхищением, и я поймала себя на том, что не хочу отводить глаз.

Когда он схватил меня за бёдра и усадил на себя, лёгкие лишились воздуха. Руки держали меня крепко, не позволяя пошевелиться, будто я принадлежала ему целиком. Движения стали быстрыми, резкими, в них не было ни капли осторожности. Морвель не притворялся человеком – передо мной был хищник, потерявший остатки контроля.

Он поднимал меня и опускал, заставляя чувствовать и наполненность, и лёгкую болезненность, которая не мешала удовольствию.

Я боялась, что он может сделать, если жажда возьмёт верх. Но ещё сильнее я боялась того, как сильно хотела его именно таким… Крик застрял в горле, когда он снова насадил меня на себя, вдавливая пальцы в мои бёдра, наверняка оставляя синяки.

Он рычал так низко, что вибрация проходила сквозь грудь и позвоночник, и я чувствовала её своими пальцами. Горячие ладони скользнули выше, перехватывая меня за талию, и в следующий миг я оказалась на спине, распластанная на простынях. Мир закружился, и лишь тяжесть его тела сверху заякорила меня в реальности.

Демиан двигался безжалостно, и каждый раз мне казалось, что вот-вот я отключусь. Он всем видом показывал, что слишком долго держался, чтобы сейчас осторожничать. Ни о какой нежности и речи быть не могло. Секс был таким же, как наши отношения в обычной жизни: дерзость, противостояние, ненависть…

– Ты даже не представляешь, как я ждал этого…

Толчок, и у меня закружилась голова. Низ живота всё сильнее тянуло от предвкушения чего-то, что готово разрушить меня окончательно.

– Сколько раз я хотел вбить в тебя, что ты моя, Левьер, – Морвель склонился к шее, и я ощутила острые зубы, царапающие кожу.

– Не смей кусать меня, – предостерегла я, крепче хватаясь за его плечи.

– Ты меня бесишь…

– О да, это взаимно! Ты самый безответственный и невыносимый упырь!

– Я бы осушил тебя до капли… Левьер.

Это говорил даже не первокровный, а хищник, которому я сама отдалась. Но самое ужасное, что его слова только сильнее распаляли желание. Я жаждала этой животной силы, этих не унимающихся толчков, приближающих меня к краю. Ещё немного и я полечу вниз.

– Но не сделаю. – Его глаза сверкнули прямо напротив моих, полные дикого желания и сдерживаемой боли. – Потому что хочу чувствовать, как ты кончаешь подо мной. Хочу, чтобы ты умоляла меня остановиться.

Демиан подчинял меня без всякого внушения, и это одновременно пугало и будоражило. Я хотела его. Хотела добровольно и без чувства вины.

Неожиданно он вышел, и с моих губ сорвался разочарованный вздох. Но прежде, чем я успела привыкнуть к пустоте, Морвель крепко обхватил мои бёдра и оказался между ними.

Горячая волна прокатилась по телу, когда его язык двинулся по пульсирующей точке между ног. Пальцы сами потянулись к его волосам, отмечая их жёсткость. Впервые трогала его так и… это понравилось мне. Как нравилось всё, что он вытворял со мной.

Он не спешил: тянул меня к краю медленно, жестоко, доводя до безумия. Каждый его рывок, каждый жадный вдох отзывался во мне вибрацией удовольствия.

– Демиан… – сорвалось дрожащим голосом, и он усилил напор, будто только и ждал моей реакции.

Я выгнулась, тело свело судорогой, дыхание сбилось, а он продолжал, доводя меня до грани снова и снова. В голове шумело, границы реальности стирались, и оставался только он – его рот, его руки, его власть надо мной.

– Не сдерживайся, Роза, – произнёс Демиан, не отрываясь. – Я хочу слышать, как ты кричишь.

И я сорвалась. Волна накрыла целиком, вырывая из груди крик, которого я сама от себя не ожидала. Всё тело тряслось, пульс зашкаливал, а пальцы сильнее вцепились в его волосы. А он держал меня, не отпуская, пока я полностью не растворилась в этом безумии.

– Запомни этот момент, – велел он, переворачивая меня.

Я едва успела упереться ладонями в простыни, когда руки Демиана сжали мою талию и резко потянули назад. Спина выгнулась сама собой, и крик снова сорвался с губ – на этот раз от нового толчка. Я ещё не пришла в себя после первой волны, но он не дал ни секунды передышки, будто хотел, чтобы я горела в этом огне.