Дикий Волк. Том 2 - Сергей Арст

Мы вошли в огромный тренировочный зал. Потолок терялся где-то на высоте добрых пяти метров, а воздух был пропитан потом, пылью и слабым, едва уловимым запахом озона от недавно применённых заклинаний. Вдоль стен, было развешано и расставлено оружие всех мастей. В дальних углах чернели обугленные и иссечённые манекены и мишени.

— Первым делом предлагаю познакомиться с моими новичками, — Эрик указал на группу у стены.

— Хорошо. Народ, — я обвёл взглядом свою команду, — а вы пока развлекайтесь самостоятельно.

Поднялся нестройный гул голосов. Магессы Эрика тут же устремились к нашим — абсолютно точно, чтобы обсудить грани. Вот прям сто процентов. Не будут же они обсуждать фасон нашей новой формы. Увидев, как Эрик скривился, я понимающе покачал головой и мы направились к его «зелёным» новобранцам, у которых на лицах читалась смесь надежды и любопытства.

Все ребята были мне знакомы — в конце концов, они входили в мою учебную группу. Обменявшись короткими приветствиями, мы сразу приступили к делу.

Первым вызвали Горта. Юноша сконцентрировался, и его кожа на мгновение приобрела стальной отблеск.

— Способность проявляется в повышенной прочности тела, — пояснил он.

Я кивнул. Эффект был очень похож на грани Бартолда.

— Такие грани я называю «физиками». Горт будет развиваться примерно как я, — сказал я, обращаясь к Эрику.

Тот понимающе кивнул: зрелищная битва с Магоном Фостером была ещё свежа в памяти.

Следующей вышла Норис. Она с немым вопросом посмотрела на Эрика и, получив ободряющий кивок, нехотя сняла перчатки. Вместо ногтей из её пальцев выступали короткие, но острые когти.

— Тут та же категория, — заключил я. — Её дар будет развиваться по пути, близкому к Аспид.

Девушка с тревогой посмотрела на крылатую магессу и с отвращением поморщилась.

— Не переживай, — тут же успокоил я её. — При таком развитии всегда существует грань, которая вернёт тебе обычный облик. То, что ты видишь сейчас, — это боевая форма. Со временем Аспид тоже сможет контролировать свои трансформации.

Норис кивнула, всё ещё не в восторге, но явно успокоенная, и поспешно надела перчатки обратно.

Третьей оказалась Аника. Её вертикальные зрачки красноречиво говорили о близости к «кошачьим» граням. Ох, и намучается же Эрик с этими двумя, — с лёгкой ухмылкой подумал я.

— Здесь тот же вариант, что и у Аспид, — констатировал я вслух. — Так что считай, у тебя как минимум три специалиста ближнего боя.

— А это последний, кто к нам присоединился, — Эрик легонько подтолкнул вперёд долговязого парня. — Йохан.

Тот неловко кивнул и начал закатывать рукав своей мантии. На его предплечье я увидел причудливые, светящиеся мягким голубоватым светом точки. Я присвистнул — выглядело это невероятно зрелищно.

— Похоже, и здесь нечто в духе Аспид, — сказал я, внимательно изучая свечение. — Но если в предыдущих случаях я уверен, то тут только открытие граней покажет, насколько я прав. Это проявления дара, а не просто обычное свечение.

— По сути, план тренировок прост, — объявил я, обводя взглядом новичков. — Леви, Аспид, подойдите ко мне. Нам потребуется отдельный зал. Небольшой и пустой.

Эрик кивнул и, сделав нам знак следовать за собой, повёл нашу разросшуюся группу в следующую тренировочную комнату.

Когда все вошли мне пришлось оставить Эрика за дверями, предупредив его что активация граней это не то что стоит видеть своими глазами. Если твои последователи сочтут нужным они все тебе расскажут.

***

Эрик остался присматривать за входом, опершись о стену и стараясь не прислушиваться. Но вот из-за тяжелой двери донеслись первые звуки — не просто крики, а пронзительные вопли ужаса. Он уловил обрывки фраз: кто-то взвизгивал, моля о пощаде, другой рявкал что-то, собираясь стоять насмерть. Потом крики пошли на убыль, сменившись приглушёнными звуками боя, отрывистыми криками Леви и какими-то странными, отчётливыми щелчками, от которых по спине бежали мурашки.

Когда двери наконец отворились, Эрик бросился внутрь, опасаясь худшего. Его взгляд метнулся к его четвёрке. Ни крови, ни видимых ран. Но они стояли, не в силах отдышаться, с пустыми глазами, будто только что отчаянно бежали от самой смерти. И этот контраст с довольными лицами Люция и его команды был жутким.

— Всё... прошло нормально? — спросил Эрик, всё ещё не веря глазам.

Люций широко улыбнулся, потирая руки.

— Более чем. Сейчас твоим ребятам нужно одно — плотно пообедать и отправиться отдыхать. Остальное... ты увидешь завтра.

***

Когда мы вернулись к остальным, в зале кипела не одна, а сразу несколько схваток. Воздух гудел от столкновений стихий, и оглушительный грохот разрывался то тут, то там.

Мой взгляд сразу выхватил знакомую картину: Рени, стоя в центре хаоса, спокойным движением рук делил пространство зала полупрозрачными водяными барьерами. Он не участвовал в боях напрямую, но его работа была не менее важна — он создавал арены, позволяя бойцам выкладываться на полную, не опасаясь задеть союзников или устроить общую свалку.

Дуглас против мага огня, сражение напоминало столкновение кузнечного молота и плавильного горна. Пиромант, собравшийся в стойку, выстроил перед собой огненный барьер — плотную, колышущуюся стену жара. Дуглас, чьё тело отливало тусклым металлом, не пытался пробить её лобовой атакой. Вместо этого его стальные канаты с глухим стуком били по барьеру, пытаясь заставить противника отступить или потерять концентрацию. В ответ в него летели огненные шары.

Дуглас не уворачивался — он принимал их на скрещенные руки, и металл с шипением покрывался черными подпалинами. Это была битва на износ: маг огня тратил ману на атаки и защиту, а Дуглас — на поддержание своей металлической формы и восстановление своих тросов после каждого попадания. Время от времени пиромант пытался раздвинуть стену огня и отсечь Дугласа от центра зала, но тот вовремя отскакивал, тяжело дыша. Оба уже показывали признаки усталости и было ясно — победит тот, у кого первым сдадут нервы или иссякнет запас сил.

Рядом Энтони столкнулся с магом ветра в более мобильном, почти скоростном противостоянии. Аэромант, двигаясь легкими прыжками, швырял в него сокрушительные, но немногочисленные воздушные кулаки. Энтони не уворачивался от них полностью — его щит из шестигранных ячеек принимал основную энергию удара, звонко дребезжа и гася импульс.

В ответ Энтони мгновенно формировал