Разделяй и властвуй 1-6 - Сергей Александрович Плотников

каким причинам. Не знаю уж, ты прячешься от наказания или от награды, но мне-то что за дело? Главное, что я могу извлечь из тебя пользу… могла бы, — она порывисто втянула воздух. — Сейчас уже что.

— Погодите, — меня посетило неприятное подозрение. — Вы думали использовать меня, чтобы попасть в старший мир⁈

— Вроде того, — вздохнула Метелица. — Без мага Жизни я не рискнула бы сунуться в одно интересное место… Еще бы некромант там пригодился, конечно. Если бы я могла взять с собой тебя и Элсина, мы бы добыли кое-что… и вот с этим кое-чем уже можно было бы заявить о себе, как о сильной боевой команде, способной выполнять заказы даже в Старшем мире! И вот тогда!

— Рад слышать, — заметил я. — Я было подумал другое.

— Подумал, хотела сдать тебя родне? — презрительно и печально спросила Метелица. — Чем я такое заслужила, интересно? Или по себе судишь — гребаные аристократы во всех мирах…

— Нет-нет, погодите, еще раз, — я поднял руку, останавливая ее. — Давайте начнем сначала. Я не проходил порталом. Я не из старшего мира. А у Бьера я учился некромантии, а не алхимии. Хотя в алхимии он мне тоже многое преподал.

— Так, ну вот это просто ложь, — спокойно сказала Метелица. — Даже он не смог бы учить мага Жизни!

— Неужели? — спросил я.

Затем поднял к губам висевший на цепочке свисток и свистнул.

Волки обретались где-то неподалеку, так что появились очень быстро — и бесшумно. Метелица порывисто вздохнула, когда из непроглядной темноты под пологом леса на чуть более светлую поляну выскочило две пары светящихся глаз.

— Некрохимеры, — пояснил я. — Выглядят, как чистые волки, но на самом деле в них немного подмешано от собак и свиней. Сидеть. Встать. Станцуйте.

Последней командой я особенно гордился: волки начинали крутиться на задних лапах. Научил просто любопытства ради — ну и от скуки.

— Молодцы, хорошие волчки.

— Как это… возможно⁈

Очень жаль, что я не видел сейчас лица Метелицы — должно быть, на нем было то еще выражение.

Хотя… этому горю легко помочь.

— Вы когда-нибудь слышали об идеальных магах, чье сродство с родным стихийным планом позволяет им пользоваться соседними Планами?

— Слышала, разумеется. Но это сказка.

— Мы рождены, чтоб сказку сделать былью, — фыркнул я.

На здешнем языке это звучало не так красиво, но уж больно подходящий был момент — не смог удержаться!

Я вытянул вперед руку и заставил вспыхнуть над ладонью огромный всполох огня.

Он тут же отбросил на землю черные тени, сделал темноту еще глубже — и осветил потрясенную Метелицу, с дорожками слез на красивом лице. Она ахнула и тут же… опустилась на одно колено, склонив голову и прижав руку к груди!

— Сир!

Что⁈

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта [email protected] — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Смертник

2. Хозяин леса

Глава 1

Немертвый зоопарк спешит на помощь

Когда Метелица опустилась на одно колено и назвала меня «сиром», я, мягко говоря, охренел. Это еще что за номер⁈ Стандартная реакция для стихийного мага, который столкнулся с кем-то заведомо более сильным — или?..

Впрочем, Метелица тут же опомнилась. Снова подняла на меня взгляд.

— Стой… те. Эрик, вы не можете быть императором!

— Нет, конечно! — я даже на миг не испытал соблазна выдать себя за верховного сюзерена инкогнито: очень глупый был бы поступок, я бы прокололся мигом! — А что, император — идеальный маг огня? И тоже владеет некромантией и магией Жизни одновременно?

Кстати, забавно, что я неоднократно слышал слова «империя», «королевский указ», «княжеская воля» и тому подобное, но ни разу при мне никто не славил императора… А хотя нет, славили: в храмах, во время ритуалов годичного цикла! Как христиане на Земле славили бы Христа, примерно в таком вот ключе. Но молитв к нему точно не обращали и упоминали в повседневной речи значительно реже.

— Да! Ну… ходят такие слухи… Но вы… вы точно не он… — она закусила губу. — Извините, Эрик, но при всех ваших знаниях и умениях вам никак не три с половиной тысячи лет!

— Точно нет, — кивнул я, все еще потрясенный. — Мне тридцать один… нет, уже тридцать два… Блин, что-то я запутался.

— А мне двадцать восемь, — зачем-то сказала Метелица.

Мы удивленно поглядели друг на друга — и вдруг я начал ржать. Уж больно комичная была ситуация! Я хохотал, и хохотал, а Огонь горел, и Метелица через какое-то время тоже невесело усмехнулась, вытерла слезы, но с колена не встала — видно, на всякий случай. Еще осмысляла, кто я такой и не сожгу ли ее часом в припадке безумия. Ну, например.

— Ладно, — сказал я, — ладно. Серьезно. Я — не император! Можно сказать, я его полная противоположность! Я — жертвенный маг огня. Меня призвали сюда, чтобы убить и расширить тем самым границу обитаемых земель! Но что-то пошло не так, и я вместо столицы оказался на фронтире. Я ничего не знал, ничего не понимал. Мне повезло сразу наткнуться на некроманта и на мага Жизни, которые сказали мне, что у меня есть эти магические дары, но между собой сговориться не успели. Поэтому я выучился и тому, и другому, по очереди, и отовсюду мне пришлось бежать. Грудную опухоль магов Жизни я выжег Огнем, а из Академии некромантии смылся, когда оказалось, что живых некромантов не бывает — их всех убивают на четвертом курсе, чтобы внедрить в них соблюдение Кодекса некромантов как непреложное условие…

— Что⁈ — вот тут Метелица все-таки вскочила с колен. — Что⁈ И… Элсина тоже⁈

— Да, причем он целиком немертвый, — пояснил я. — Сперва убивают только нервную систему, тело остается живым. Это почти нормальное существование, можно детей делать и рожать, например. А потом, если подступает старость или несовместимые с жизнью повреждения, некроманты убивают себя окончательно. Бьер, по его словам,