Рецепт: как вернуть любовь - Саша Вандэр

заглушить внутренний голос, который шептал: «Просто посмотри на него ещё раз». В самый разгар работы, когда решение казалось вот-вот готовым, моя ручка внезапно перестала писать.

– Вот блин, – проворчала я.

– Что случилось? – спросил Никита, отрываясь от экрана телефона.

– Ручка не пишет, – ответила я, откладывая её в сторону.

Моя рука потянулась к ручке, и наши пальцы неловко столкнулись. Мы замерли, прикованные друг к другу взглядом. Я крепче сжала ручку в руке, пытаясь привлечь внимание Никиты к нашему прикосновению. Его взгляд скользнул вниз, к нашим рукам, а затем снова вернулся к моим глазам. Его губы тронула лёгкая улыбка, и я не могла оторвать взгляд от его губ, мечтая о том, чтобы он наклонился ко мне и поцеловал.

– Спа… Спасибо, – пробормотала я.

– Да не за что, – ответил Никита, отпуская ручку и потирая шею.

Я снова погрузилась в решение интегралов, игнорируя учащённое сердцебиение. Как только все примеры были готовы, я передала тетрадь Никите. Он тут же приступил к проверке, взял кружку, сделал глоток и поставил её рядом.

– Ну, Полина, – Никита постучал ручкой по столу. – Боюсь, у меня для тебя не очень хорошие новости.

– Что-то не так? – я нахмурила брови.

– Ты ошиблась в производной, – ответил он, и его губы тронула хитрая улыбка.

– Не может быть! Я же их наизусть знаю! Дай посмотреть.

Я потянулась за тетрадью, но не рассчитала расстояние и задела стоящую рядом кружку. Чай хлынул прямо на Никиту. Он не издал ни звука, не высказал ни слова упрёка, только молча смотрел на меня. В его взгляде я увидела скорее недоумение, чем гнев.

– Прости, прости, пожалуйста! – вырвалось у меня. Я быстро схватила кружку и поставила её на место. – Вот чёрт!

Никита встал, и я заметила, как на его светлой футболке расплывается большое тёмное пятно. Я тут же подскочила к нему, схватила край футболки.

– Я… я не хотела, – прошептала я, чувствуя себя виноватой. – Снимай скорее, а то обожжешься.

– Поля, всё в порядке, – успокоил он, положив руки мне на плечи и заглядывая в глаза. – Слышишь? Ничего страшного. Чай уже давно остыл, а футболку можно будет постирать.

Его улыбка заставила меня расслабиться. Когда Никита отпустил меня и снял футболку, я невольно замерла, поражённая переменами в его облике. Исчезла прежняя худощавость, уступив место рельефной мускулатуре. Теперь я могла лучше разглядеть татуировку, что змеилась по его руке, поднимаясь к плечу, где изящные линии продолжали узор.

Когда Никита повернулся, чтобы выйти из комнаты, мой взгляд упал на его правый бок. Не раздумывая, я бросилась к нему, схватив за руку, чтобы остановить. Он обернулся, а я, затаив дыхание, вглядывалась в вертикальные строчки, появившиеся на его коже. Ещё одна татуировка? Две строчки иероглифов. Это японский или китайский? Я не могла оторвать глаз от этих загадочных символов.

– Что это? – выдохнула я.

– Татуировка, – ответил Никита с лёгкой усмешкой.

Что-то в этих знаках притягивало меня, словно они хранили ключ к какой-то важной тайне.

– Это китайский? – предположила я.

– Японский, – тихо ответил он, сглотнув.

– Что они означают? – я коснулась пальцами его кожи, осторожно обводя иероглифы.

В груди разгорался настоящий пожар, каждая клеточка моего тела кричала, требуя ответа. Никита сделал шаг навстречу, и моя рука, словно притянутая невидимой силой, осталась на его коже. Его горячее дыхание коснулось моих губ, и весь мир вокруг перестал существовать. Никита накрыл мою руку своей ладонью, и я почувствовала, как по телу пробежала дрожь.

– Даже если ты забудешь меня, я тебя – нет, – прошептал Никита хриплым голосом.

Неужели эти слова, выжженные на нём, имели какое-то отношение ко мне? Сердце сжалось так, что стало трудно дышать. Я медленно подняла взгляд от его татуировки, встречаясь с его голубыми глазами. Он ждал моей реакции, а я… я не знала, что сказать. Его взгляд, прикованный к моим губам, заставил меня замереть, не в силах пошевелиться. И прежде чем я успела что-то произнести, Никита наклонился, и его губы накрыли мои.

Его поцелуй обрушился на меня, словно шторм, сметая всё на своём пути. Я почувствовала, как его руки крепко обхватили мою талию, притягивая так близко, что между нами не осталось ни миллиметра воздуха. Лёгкое, игривое покусывание моей нижней губы заставило меня покрыться мурашками. Его губы были жадными, требовательными, и я отвечала ему с той же пылкой страстью, обвивая его шею руками. Его поцелуй вытягивал из меня всю душу, забирал все плохие мысли, оставляя безумное желание быть рядом с ним. Всегда…

Никита был моей первой любовью, моей школьной мечтой. Я так отчаянно надеялась, что между нами может расцвести что-то настоящее, что-то большее, чем просто взгляды и робкие улыбки. Но внезапно, как удар молнии, в голове прозвучали слова Мирона: «Он просто использует тебя…»

Слёзы навернулись на глаза, смешивая радость и горечь в болезненный комок. В его поцелуе я чувствовала всю боль разлуки, всю тоску по несбывшимся надеждам. Я неохотно отстранилась, чувствуя, как сердце сжимается. Никита нежно стер слезу с моей щеки большим пальцем.

– Я скучал, – прошептал он, и в его голосе прозвучала такая искренняя тоска, что у меня снова защипало в глазах.

– Прости… – выдохнула я, и новые слезы, уже неконтролируемые, хлынули потоком.

Не в силах больше выносить эту близость, я схватила сумку и выбежала в коридор. Натягивая куртку, даже не удосужившись застегнуть ее, я лихорадочно обувалась. Только моя рука коснулась дверной ручки, как в проеме появился Никита.

– Полина, почему ты уходишь? – его голос был полон тревоги, в нем читалось непонимание.

– Я… мне нужно идти.

Никита нахмурился, его обычно ясные, лазурные глаза потемнели, словно в них отразилась буря.

– Мы же… мы оба этого хотели, разве нет? – он сделал шаг ко мне, и в его глазах мелькнула надежда, смешанная с отчаянием.

Дверь за мной захлопнулась с глухим стуком, оставляя Никиту позади, без ответа. Руки дрожали, когда я нажимала кнопку лифта. Слова Мирона, как ядовитые стрелы, пронзали моё сознание, отравляя каждый уголок души. А ведь моё сердце тянулось к Никите, как росток к солнцу.  Когда его губы коснулись моих, я чувствовала себя по-настоящему счастлива.

Внутри меня всё кричало: «Никита, я тоже этого хотела!» Но где-то в самой глубине души затаился страх, холодный и липкий. Страх снова почувствовать ту же боль, что и год назад, когда Никита оттолкнул меня. Поэтому я сбежала. Сбежала от него, от призраков прошлого, от самой себя и своих истинных чувств.

Глава 14. Никита

Я выбежал на улицу вслед за Полиной. Сердце колотилось в груди, а мысли путались в голове. Добравшись до ближайшей остановки, я остановился, задыхаясь. Холод пробирал до самых костей, но я его не