Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

Бросить вызов лидерам, будучи на четвертом месте — это требовало смелости. Они были такими же отчаянными, как и Пятая Ветвь.

От Первой Ветви вышел вовсе не Лу Юаньцзюнь и не Чжоу Сюэ. Но этот ученик был невероятно силен. С одним лишь мечом он одержал четыре победы подряд и спокойно покинул арену, уступив место товарищу.

Фан Ван мысленно сравнил его с Ли Хунганом и пришел к выводу, что тот вряд ли бы продержался против этого парня.

Первая Ветвь не зря считалась сильнейшей!

Меньше чем за полчаса битва закончилась победой Первой Ветви. Они проиграли всего один бой, и за всё время на арену вышли лишь четверо их учеников. Чжоу Сюэ так и не появилась.

«Похоже, у Чжоу Сюэ в Первой Ветви очень высокий статус», — подумал Фан Ван. Она отсутствовала три года, какую же силу она должна была показать по возвращении, чтобы заслужить такое положение?

Весь город гудел, обсуждая мощь Первой Ветви, а их адепты так и лучились гордостью.

— Кто следующий желает бросить вызов? — спросил Сонный Обжора, стоя в центре помоста.

Едва он закончил, раздался голос Ян Юаньцзы:

— Третья Ветвь бросает вызов Пятой!

Эти слова вызвали волну возмущения по всему городу.

Пятая Ветвь только что проиграла Второй, пятеро их лучших бойцов были тяжело ранены, и не прошло и часа, как Третья Ветвь решила нанести удар в спину?

Так было задумано Ян Юаньцзы изначально. Фан Ван думал, что после поражения Пятой Ветви учитель передумает, но тот остался верен плану.

«Ничего себе. Похоже, в Битве Девяти Ветвей всё всерьез, и подковерные игры здесь в самом разгаре!»

Ученики Третьей Ветви посмотрели на Фан Вана. Тот, не говоря ни слова, подошел к краю балкона и одним прыжком приземлился на арену.

— А, это ты, малыш. Быстро же ты растешь, — Сонный Обжора подмигнул Фан Вану, не удержавшись от шутки.

Глава 40. Один удар! Всего один удар!

На подколку Истинного Человека Сонного Обжоры Фан Ван мог лишь с улыбкой кивнуть.

Увидев, что Фан Ван вышел на арену, Гуан Цюсянь, сидевший в главном здании, поправил полы одеяния. В его взгляде промелькнуло ожидание.

Чжоу Сюэ, заметив Фан Вана, осталась безучастной.

Лу Юаньцзюнь знал, что Фан Ван и есть тот самый «Белоризый Лебедь», поэтому негромко произнес с улыбкой:

— Это младший брат Фан Ван из третьей ветви. Он очень силен и, несомненно, является лучшим в их нынешнем составе.

Услышав это, ученики первой ветви, которые поначалу сомневались в способностях Фан Вана, пришли в замешательство. Они не смели подвергать сомнению суждения Лу Юаньцзюня, их лишь мучил вопрос: когда в третьей ветви успел появиться такой выдающийся ученик?

Тем временем по всему городу поползли пересуды.

— Третья ветвь решила добить лежачего. Похоже, пятая ветвь окажется в самом низу.

— Ха-ха-ха, этот младший брат, должно быть, только недавно вступил в секту. Битва девяти ветвей жестока. В конце концов, на кону стоят ресурсы для культивации, а здесь во главе угла всегда стоят интересы.

— Не спешите. Это только начало, рано или поздно на третью ветвь ополчатся все.

— Даже если третья ветвь победит, это будет нечестная победа. А если проиграет, то опозорится на весь свет.

— Кто это такой? А он довольно хорош собой!

В городе члены семьи Фан, увидев Фан Вана на арене, пришли в неописуемый восторг и принялись наперебой рассказывать о нем своим соученикам.

В одной из гостиниц у окна сидел император династии Ци, Чжао Чжэнь. Он смотрел на золотые зеркала в небе, и при виде фигуры Фан Вана его густые брови нахмурились.

Вскоре после того, как Фан Ван поднялся на помост, на арену выпрыгнул ученик пятой ветви. В руках он держал длинный меч. В предыдущем столкновении со второй ветвью он одержал две победы и считался сильнейшим в составе своей команды.

Фан Ван поднял правую руку, и над его головой начало материализоваться Духовное Сокровище Жизни.

Алебарда Небесного Дворца!

Он не мог использовать Божественную Формулу Меча Летящего Лебедя, иначе раскрыл бы свою личность, а Искусство Призыва Великого Небесного Грома поглощало слишком много духовной энергии. Куда эффективнее было сражаться с помощью Алебарды Небесного Дворца.

К тому же он скоро должен был сформировать второе Духовное Сокровище Жизни, так что пришло время пустить в ход первое!

Алебарда длиной в три метра зависла над головой Фан Вана, после чего он перехватил ее правой рукой. В лучах солнца лезвие сверкало холодным блеском, а выгравированный на древке дракон казался живым, словно настоящий божественный зверь.

Появление Алебарды Небесного Дворца вызвало немалый шум.

— Духовное Сокровище Жизни в виде длинного древкового оружия? Алебарда Фантянь? Редкое зрелище! — поглаживая бороду, с улыбкой заметил один из старейшин рядом с Гуан Цюсянем. Другие старейшины принялись поддакивать: даже с первого взгляда было ясно, что это оружие непростое.

Гуан Цюсянь лишь загадочно улыбался, не вступая в обсуждение.

Взгляд Чжоу Сюэ приковался к алебарде. Она слегка нахмурилась, словно о чем-то догадавшись, и в ее глазах промелькнул странный блеск.

Трехметровая Алебарда Небесного Дворца была огромной, и в руках Фан Вана она внушала невольный трепет.

— Так вот его Духовное Сокровище Жизни?

В прекрасных глазах Гу Ли читалось предвкушение. Раньше она думала, что сокровищем Фан Вана будет меч, и не ожидала увидеть тяжелое оружие.

Истинный Человек Сонный Обжора уставился на алебарду, нахмурив лоб.

Он был человеком искушенным, но с первого взгляда понял: это сокровище необычайно.

Духовное Сокровище Земного Источника?

Неужели его ранг даже выше, чем у сокровища Лу Юаньцзюня?

На балконе первой ветви Лу Юаньцзюнь тоже не сводил глаз с алебарды. В этот миг девяносто процентов людей в городе были заворожены ее видом.

Какое властное оружие!

Глаза Фан Ханьюя были скрыты белой повязкой, но на самом деле он все видел и пребывал в крайнем изумлении.

Фан Ван не мечник?

На арене!

Фан Ван крутанул алебарду в правой руке и направил острие на мечника пятой ветви.

— Старший брат, ты готов? — с улыбкой спросил он.

Раз уж пришло время бороться, нужно показать всю свою мощь!

В любом случае, у Фан Вана в запасе оставались куда более грозные козыри.

Мечник пятой ветви, оказавшись под прицелом алебарды, ощутил колоссальное давление, но на глазах у всей толпы он не мог проявить слабость.

— Нападай! — холодно бросил он.

Как только слова сорвались с его губ, Фан