Не могу (не) любить - Мария Свами

Олег Васильевич, стоявший у двери, едва заметно улыбнулся и сделал шаг назад, давая им ещё минуту. Он знал: иногда самое сильное лекарство — это голос того, кто любит.

Глава 33

Вместе

— Сашенька, давай я тебя домой отвезу, — предложила Мария, когда Александра вышла из палаты. Её голос звучал мягко и заботливо, а в глазах читалась искренняя тревога. — Ты отдохнёшь пару часов — всё-таки перелёт, да ещё и здесь такой стресс… Пойдём.

Маша аккуратно потянула Сашу за собой, поддерживая её под локоть — Александра шла, словно во сне, едва переставляя ноги. В машине она без сил опустилась на сиденье, закрыла глаза и глубоко вздохнула.

Мария завела двигатель, но не тронулась с места. Повернувшись к ней, она тихо сказала:

— Спасибо тебе, Саша.

— О чём ты? За что? — устало спросила Александра, приоткрыв глаза. Её голос звучал глухо, будто откуда-то издалека.

— За то, что приехала. За то, что не оставила его, — Мария положила руку на плечо Саши. — Когда ты появилась, брат… изменился. Врачи сами сказали. Ты дала ему повод бороться.

Александра закрыла лицо руками и зарыдала в голос, давая волю эмоциям, которые сдерживала последние часы. Её плечи содрогались, слёзы текли между пальцев.

— Если с ним что-нибудь случится, я не переживу, Маша, — прерывисто прошептала она. — Я так сильно его люблю… Так сильно, что дышать больно. Я столько времени потратила зря… А теперь боюсь, что уже поздно.

— С ним всё будет в порядке, — всхлипнула Мария и крепко обняла Алекс, прижав её голову к своему плечу. — Слышишь? Он будет жить. Потому что ты здесь. Потому что ты его любишь. И он это чувствует, Саш. Обязательно чувствует.

— Маш, а можешь меня к Сереже домой отвезти?

— Конечно, поехали.

* * *

Мария привезла Алекс в квартиру Сергея, а сама поехала к родителям в гостиницу.

Саша вошла в коридор и не стала включать верхний свет, оставив только маленький светильник на стене — его мягкий желтоватый свет отбрасывал длинные тени на паркет. Она была здесь очень часто, почти каждую ночь, пока работала у Орлова в компании. Теперь эти воспоминания казались далёкими, почти нереальными.

Девушка медленно прошла по длинному коридору, проводя рукой по гладкой поверхности шкафов, задержалась на комоде, скользнула пальцами по раме зеркала. Саша на мгновение замерла, всматриваясь в собственное несчастное отражение, и тихо вздохнула.

Затем она заглянула на кухню. Здесь всё было на своих местах: чашки на сушилке, блокнот с заметками Сергея на столе, подставка с ножами у плиты и записка, которую она оставила месяц назад. Бумага до сих пор лежала под магнитом на холодильнике, пожелтевшая по краям, будто напоминание о том дне. Саша коснулась её кончиками пальцев, затем резко опустила руку.

Она прошла в спальню. Комната встретила её тишиной и едва уловимым запахом Сергея — древесные ноты, лёгкий аромат кофе, что-то ещё, неуловимо родное. Алекс грустно посмотрела на смятую кровать, словно он только что встал и вышел. Девушка подошла, взяла подушку с его стороны и прижала её к груди, глубоко вдохнув. Сердце защемило — так близко и так далеко он сейчас.

Саша подошла к высокому окну, отдёрнула штору и уселась в высокое кресло, в котором любил отдыхать Орлов. Оно было широким, с высокой спинкой и мягкими подлокотниками — в нём действительно удобно было сидеть часами. Раньше она не понимала, почему Сергей так любит проводить время, созерцая ночной город. А сейчас, сидя на его месте, она с грустным умиротворением смотрела на многочисленные дома, фонари, машины, мелькающие внизу, на огни рекламных вывесок и редкие вспышки светофоров.

Город жил своей жизнью, а где-то в больнице, в нескольких километрах отсюда, боролся за жизнь человек, которого она любила больше всего на свете. Саша обхватила подушку крепче, уткнулась в неё лицом и прошептала в полутьме:

— Серёжа, пожалуйста, держись. Я здесь. Я рядом, даже если ты этого не видишь. Возвращайся ко мне.

За окном мерцали огни ночного города, а в квартире стояла тишина — такая глубокая, что казалось, можно услышать биение её сердца. Саша закрыла глаза, позволяя слезам скатиться по щекам. Она была здесь — в его доме, в его кресле, с его запахом на подушке — и верила, что он почувствует её присутствие.

* * *

Четыре часа спустя вся семья снова собралась вместе — на крыльце больницы, где лежал Орлов-младший.

— Сашенька, как ты? Отдохнула? — спросила её Надежда Юрьевна, беря девушку за руку. Её пальцы слегка дрожали, а в глазах читалась неподдельная забота.

— Со мной всё в порядке. А вы как? — тихо ответила Александра, стараясь улыбнуться.

— Немного перевели дух… Но разве отдохнёшь сейчас, когда он… — голос матери сорвался, она замолчала, сглотнула и сжала руку Саши крепче.

— Пойдёмте внутрь. Узнаем, как у него дела, — решительно сказал Николай и открыл дверь в холл больницы.

Когда они подошли к палате интенсивной терапии, где несколько часов назад видели Сергея в последний раз, их встретила удивлённая медсестра.

— А почему вы здесь? — спросила она, слегка нахмурившись.

— В каком смысле? — обеспокоенно переспросил Виктор Сергеевич, заглядывая за спину медсестры в надежде увидеть сына.

— Но пациента перевели в другую палату, — пояснила девушка.

— Как это? Куда? — запричитала Надежда Юрьевна, бледнея. — Что-то случилось? Почему нас не предупредили?

— Да вы не переживайте, — поспешила успокоить медсестра. — Ему стало лучше, и его перевели на другие аппараты. Там сейчас консилиум по нему заседает. Доктор выйдет и всё вам скажет. — Она улыбнулась ободряюще. — А пока, пожалуйста, подождите здесь.

— Так, стойте тут, — сказал Николай, выпрямляясь. — Я пойду искать врача.

— Я с тобой, — решительно сказала Алекс и шагнула за ним в коридор.

Но долго доктора искать не пришлось — он вывернул из-за угла буквально через пару секунд. Олег Васильевич шёл, устало потирая виски, но, увидев спешащих к нему людей, остановился.

— Олег Васильевич! — закричали Николай и Саша хором.

— Олег Васильевич, как Сергей? Где он? Куда его перевели? — в нетерпении спросила Александра, едва сдерживая дрожь в голосе.

Доктор тяжело вздохнул — видно было, что он очень устал, но присел на стул, стоявший здесь же, и внимательно посмотрел на них.

— С вашим братом, сыном и мужем всё хорошо, — произнёс он чётко и спокойно. — Его состояние стабилизировалось. Самое главное, что он вышел из глубокой комы. И сейчас находится