Триединое Королевство - Anne Dar

её своим пылом во время первого соития наших тел… Только мысль о том, что она Металл, успокаивает меня в этом беспокойстве: она не смертная женщина, а значит, выживет после всего, что я сделаю с ней в постели, ведь она Цирконий – первая, с которой я не прерву секс и по истечении суток. Интересно, сколько её лоно выдержит принимать меня и сколько в итоге сможет принять излияний спермы… Будет ли она отключаться или будет оставаться в сознании на протяжении всего акта… Как громко она сможет кричать в моменты, когда я буду трахать её с безжалостной силой… Её милый ротик и её прекрасную попку я оставлю девственными, так что её головокружительным ногам придётся сильно потрудиться… Интересно, как долго её длинные ноги смогут обхватывать собой мой торс, прежде чем падут от неконтролируемой дрожи… Любит ли она кусаться или предпочитает поцелуи… Сколь долго она сможет продержаться, прежде чем взвоет от первого экстаза…

Дни и ночи напролёт ходить с этими вопросами в голове, в жгучем желании получения ответов – жестокая мука… Но я с готовностью отдаю себя на это растерзание. Ведь за каждую минуту, которую она заставляет меня мучиться, я в итоге возьму вдвое больше. Настанет её час платить свой долг, и, клянусь, она света белого не взвидит, пока не покроет своей отдачей столько, сколько я захочу взять… Боюсь, однажды попав в мою постель, она переживёт не только шок, но и риск больше никогда не вылезти из-под меня.

***

Алые губы Диандры Рокс на вкус слаще вишни: один раз пригубив этот нектар, другого впредь не возжелаешь. Я сделал это: попробовал вкус, обрёкший меня на вечную жажду.

Тиберий и Рея удалились на металлической скорости, в округе, кроме меня и Диандры, никого не осталось, но она пока ещё не замечала ни всеобщего испарения, ни моего присутствия рядом… Всякий раз, заставая её врасплох, я упиваюсь её удивлением: её большие, необычного оттенка глаза меня манят, от одного лишь её пристального взгляда я таю и безвольно плыву по течению неистовой жажды…

Обернувшись, она, наконец, замечает меня… Её губы приоткрываются в желании… В желании поприветствовать меня, но я уже не в силах терпеть – я капитулирую перед её обворожительностью.

На металлической скорости я сократил расстояние между нами до ноля, схватил её правой рукой за шею сзади и с силой впился в вожделенные, пухлые, горячие губы неземной нимфы… Её сердце сразу же заколотилось, ноги выдали дрожь и едва не подкосились, руки разметались… Я не находил в себе сил сдерживаться, потому целовал всё напористо… Я резко проник своим языком в её сладкий ротик… У неё перехватило дыхание, но и задыхаясь она ахнула… Я знаю, что ей понравилось не меньше, чем мне… И тем не менее, она начала оказывать неожиданное сопротивление: её ручки стали предпринимать попытки оттолкнуть меня… Она серьёзно?.. Я с большей силой впился своими настойчивыми пальцами в её талию, так, что даже её тугой корсет захрустел, пальцы второй руки, удерживающие её прелестную головку, с наслаждением заскользили по корням её роскошных шоколадных волос… Я бы взял её прямо здесь… Но… Она хочет поиграть… Отпирается, однако меня ведь не обмануть: язык её тела откликнулся на призыв – я уже знаю, что её тело хочет быть изученным мной, так что она опоздала с притворством…

Я целую её ещё настойчивее – так, что выбиваю из её заткнутого ротика стон, едва не сорвавший мою башню окончательно… Как вдруг: она укусила меня! В нижнюю губу! Я не могу в это поверить… Но внутренне я счастлив: моя девочка всё-таки любит кусаться… Ей подойдут милые клычки, которыми я одарю её! Однако же, укусила она знатно, так что даже заставила отпрянуть, и в следующую секунду… Она врезает мне по-металлически мощную пощёчину! Наконец я обращаю внимание не только на её рот, но и на её глаза: в них плескается неподдельная ярость! Надо же… Как сексуально! Но… Она всерьёз отвергла меня?! Феноменально!

– Не смей ко мне приближаться, ублюдок!

Ублюдок?.. Значит, она знает, как применять грязные словечки… Это хорошо, в постели со мной ей понадобится крепкий словарный запас.

Прежде чем она успевает сказать или сделать ещё что-то необдуманное, я, смотря в её глаза, использую свой дар призыва к забвению. Я говорю ей забыть то, что между нами только что произошло, но внутри меня в этот момент бушует шторм… Диандра – первая женщина не только отказавшая мне, но и врезавшая пощёчину. Два первых события в жизни в одном флаконе специально для меня, надо же, как щедро! Вот это характер! Я не могу устоять… Меня не просто подмывает – выносит за рамки разума. До сих пор я даже не подозревал, что так возможно чувствовать… Хочу ещё… Ещё больше сопротивления… Ещё больше потрясающего характера дикой Диандры… Мои руки, ломающие человеческие черепа за пределами купола, уже скоро будут ласкать её с такой заботливой нежностью и запредельной страстью, что, даже узнав о моей тёмной стороне, она не найдёт в себе сил отстраниться.

Она дрожит… В момент переживания первых секунд влияния моего дара это нормально, но она дрожит сильнее прочих – потому как её тело всё ещё помнит своё желание упиться похотью…

Я приближаюсь к уже не такой грозной, растерянной и хрупкой девушке медленным шагом крадущегося зверя и аккуратно беру её под локоть, чтобы “по-дружески” поддержать:

– С тобой всё в порядке?

Её растерянность соблазнительна, но я стараюсь держать себя в руках, даже чувствуя дрожь её тела, её сбитое дыхание, её сладкий аромат… Она смотрит на свою ладонь, всё ещё помнящую о том сильном ударе, которым она наградила моё лицо… Она не понимает… Бедняжка-бабочка, угодившая в паутину голодного паука…

Она повторно зажмуривается, и я понимаю, что она слишком перевозбуждена, чтобы сразу прийти в себя.

– Диандра, кажется, тебе лучше присесть, – не отпуская её локоть, я подвожу её к расположенной рядом лавке, на которую усаживаю её рядом с собой.

Её дыхание всё ещё сбито, ей явно сложно выровнять его, как и пульс…

– Эй, – я позволяю себе убрать густую прядь её шоколадных волос за её милое ушко. Теперь она не рычит, такая смирная, такая… Аппетитная. – Всё хорошо? – я заглядываю в её бездонные глаза, без стеснения нависая над ней предельно близко. Она резко отстраняется, снова напоминая мне о своём головокружительном характере.

– Прости… – её голос звучит