Триединое Королевство - Anne Dar

– Я знаю, что такое глянцевые журналы.

– Вот как? – красотка недоверительно приподнимает одну свою красивую бровь. – Обычно рождённые после Падения Старого Мира мало знают о Павшем Мире.

– С чего ты взяла, что я родился после Падения Старого Мира?

Её сбивает с толку мой вопрос, и мне это нравится.

– Ну, твой возраст указывает на то, что ты мог родиться после Падения.

– Твой же и вовсе говорит, что ты родилась на свет позавчера.

С её уст срывается миловидный смешок в ответ на мою коварную улыбку:

– Ты прав.

– Я удивлю тебя, великолепная Диандра, однако я не только видел Старый Мир, но сейчас уже уверен в том, что я старше тебя.

Определённо точно. В этом нет сомнений. Даже если согласно человеческому исчислению возраста она немолода, я уверен в том, что на свет она появилась намного позже меня…

– Этого не может быть! – окончательно расслабившись, она откровенно смеётся. Я добился её расположения, и это будоражит мой охотничий инстинкт. Тем временем она продолжает беспечно доверять свои искренние эмоции нашей “ничего не значащей” беседе: – Сколько же тебе лет, Багтасар Райхенвальд?

– Я обратился в Металл в возрасте сорока пяти лет.

– Сорок пять?!

– Что-о-о? – я протягиваю с широкой усмешкой, уже зная, что оказался прав относительно её юности.

– Ты старый! – кокетка.

– Ещё какой! Ведь Металлом я хожу уже пятьдесят четыре года.

– Нет! – слово, которое она будет кричать возле моего уха, бесконтрольно отдаваясь мне.

– Да! И таким образом выходит, что мне в этом году исполняется девяносто девять лет.

– Не может того быть!

– И тем не менее, вот он я, прямо перед тобой. Что же насчёт тебя?

– Что ж, я обратилась в Металл в возрасте двадцати пяти лет…

Так и знал.

– Так ты сущее дитя…

– Что-о-о? Не-е-ет! Ты ещё не знаешь моего полного возраста! Двадцать пять плюс пятьдесят четыре – семьдесят девять лет в этом году будет!

Пятьдесят четыре металлических года – она из первых, а значит, древнейших Металлов…

– Лишь на двадцать лет младше меня, – я удовлетворён тем, как идеально она подходит мне по возрасту.

– ЛИШЬ на двадцать?! Да это ведь ЦЕЛЫХ двадцать лет! Бездонная пропасть, старче!

Она уже откровенно, безо всякой зажатости, с детской лёгкостью смеётся, вторя моему смеху, словно скрипка палочке дирижёра. Вот так, детка, хорошо, продолжай отдаваться мне по миллиметру, больно почти не будет…

Я позволяю себе не сдержаться:

– У тебя такой озорной, заразительный смех… И ямочки на щеках во время улыбки.

Она моментально смущается, что значительно подпитывает мою страсть. Выводить её на эмоции – что может быть более возбуждающим? Разве что её обнажённое тело, её стоны…

Надо же, она даже растерялась в своих чувствах, не нашла, что ответить. Я откровенно наслаждаюсь тем, что в эти сладостные секунды её эмоции принадлежат мне, потому не спешу ей помогать. В итоге, пока я смакую каждую секунду её потери, ей приходится самостоятельно найтись и заговорить первой в попытке не потеряться ещё больше:

– У некоторых здешних Металлов я заметила татуировки. Прежде я думала, что набить татуировку на тело Металла невозможно.

– Вот как? – неожиданная тема… Как законченному антигерою, мне нравится её интерес к дерзкому. – Ты пробовала?

– Не я. Борей. Чернила совсем не держатся – выцветают спустя несколько дней.

– Набить долговечную татуировку можно, но не чернилами. Вместо чернил необходимо использовать собственную кровь.

– Хм, вот как?.. Интересно… В используемой тобой атрибутике присутствуют… Проломленные черепа. Они что-то значат?

У тебя отчётливо проступает тяга к темноте, хорошая девочка.

– Моё символическое имя: Череполом.

– Что значит “символическое” имя?

– Имя, дающееся за определённый дар, черту или заслугу.

– Ты что же, черепа ломаешь? – она ухмыляется, но от меня не скрывается её внутреннее напряжение. Тянется к запретному через страх… Хорошо… Это и есть вожделение…

– Ты когда-нибудь встречалась с врагами вроде Блуждающих или Вампов?

– Нет… Только трапперы и фанатики Новой Веры. Это Уязвимые, которые охотятся на Неуязвимых и Исключительных ради артефактов и жертвоприношений…

Без понятия, о чём она говорит, но звучит интересно.

– Занимательно.

– Значит, твоё символическое имя связано с крушением Вампов?

– Верно.

Однако, не только Вампов…

– Череполом… Звучит… Грозно.

– Своё символическое имя ты также обретёшь по своему дару.

Ты и есть моя Авиарх, я уверен в этом, певчая пташка.

Она отвечает с откровенной улыбкой:

– Обрету символическое имя? Я ещё даже не определилась, хочу ли остаться…

Я перебиваю её чуть несдержанно, потому как знаю, что она останется при мне несмотря ни на что:

– Почему нет? Тебе есть куда идти или же тебя кто-то ждёт?

– На самом деле, я никуда не спешу.

То-то же…

– Значит, ты можешь остаться здесь.

– Разве что, задержаться немного…

– Или много.

– Это приглашение?

– А разве я не озвучивал ранее своего желания предоставить тебе крышу своего дома навсегда?

Она реагирует смехом и качанием головой – словно нарочно гипнотизирует меня…

– Тебе очень идёт это платье.

– Если честно, я не привыкла носить платья. Даже не могу припомнить, когда в последний раз была одета хотя бы в подобие платья… Должно быть, в своём человеческом детстве, не позже десяти лет от роду.

– Какое упущение, – ведь платья так удобно рвутся….

– Вовсе нет. Мне комфортнее в обычной одежде.

– Уверен, ты в любой одежде выглядишь великолепно, – однако великолепнее без, – но ты не сможешь оспорить в моих глазах тот факт, что в платье ты выглядишь ослепительно.

– Прекрати.

– Что прекратить?

– Ты то и дело пытаешься смутить меня.

Проницательная, значит…

– Вовсе нет. Но… У меня получается?

– Вовсе нет!

– Ха-ха!..

Мы снова свободно улыбаемся, в унисон – репетиция перед всем, что мы будем делать в унисон не только в постели…

– Скажи, почему вы здесь все одеты подобным образом? Стиль современного средневековья с элементами готики, мне, конечно, нравится, но каким бы изысканным ни был этот стиль, ведь он не самый практичный.

Потерпи ещё немного, дорогая, скоро тебе не понадобится скрывать своё великолепное тело в отвлекающих нарядах…

– В