Забытые чувства - Ана Эм

есть что-то такое в том, чтобы иметь власть над другим чудовищем. И не потому что ты сильнее, а потому что оно добровольно вручает тебе поводок.

Это…опьяняет.

– Сначала твой отец отказал, сославшись на университет. Что ты якобы сначала должна окончить вуз. Но спустя два года ты вышла замуж за этого недоумка Леонардо, и я удивился…

– Следи за языком. – вдруг рычит Адриано, понизив голос.

Он защищает моего бывшего мужа?

Моя рука рефлекторно ложится поверх его. Сначала он, кажется замирает, но потом заметно расслабляется.

Чтобы не говорил Орландо, ему нужно закончить, иначе я не смогу понять, что у него на уме.

– Прошу прощения. – фальшиво извиняется он. – Мне следует уважать память об умерших.

– Ты сказал, что просил моей руки дважды. – напоминаю я.

– Да. Второй раз два года назад, когда…ну, ты знаешь. И твой отец снова отказал. Видимо, у него всегда были на тебя иные планы.

Все. Basta! Теперь этот разговор заходит в опасные воды.

Не успеваю даже вздохнуть, как Адриано широко улыбнувшись, вежливо протягивает:

– Было приятно поболтать, но нас ждут и другие гости.

На этих словах он уводит меня в сторону, подальше от Орландо.

– Вау. – тихо бросаю я, вырываясь из его объятий. – Неплохая выдержка. Почему просто не свернул ему шею, как сделал это в ресторане?

Адриано ухмыляется, пожав плечами, и протягивает мне свой стакан с виски.

– Ну, он ведь не оскорбил тебя. Скорее хотел померяться членами со мной. Но тут у него нет шансов.

Невольно закатываю глаза и забираю стакан.

– Я и сама могла с ним справиться. – делаю внушительный глоток янтарной жидкости.

– Знаю, но какое в этом веселье?

Он снова приближается ко мне, сокращая дистанцию между нами до минимума.

– Ты избегаешь меня, Доминика? – игриво интересуется, склонив голову набок.

Черт.

– Нет. – вскидываю голову. – Зачем мне это делать?

– Знал бы, не спрашивал.

Знает он все! У него на лице написано, что он наслаждается каждым моментом, когда выбивает меня из колеи.

Делаю еще глоток, и он усмехается.

– Да я похоже начинаю тебе нравиться.

– Мне понравился твой член, не ты.

Его улыбка становится шире, а внизу моего живота образуется тяжесть. Жарко. Черт возьми, очень жарко.

– Когда я в последний раз проверял, мой член был частью меня.

– Хм, какая жалость. – на моих губах появляется улыбка. – Но полагаю, у всех есть свои недостатки, даже у твоего члена.

Он открывает рот, чтобы ответить, но не успевает. К нам подходит пара, поздравляя с помолвкой. Рука Адриано снова находит доступ к моему телу. На этот раз не на талии. Ниже. Этот ублюдок кладет руку мне на бедро. Большой палец начинает рисовать невидимые круги. Твою мать. Неужели…неужели я сама вручила ему в руки оружие, признавшись, что хочу его?

Merda.

Между ног становится влажно. Кожа горит. Из-за пульса в ушах я почти не слышу, что говорят эти люди перед нами. Кажется, мужчина говорит комплимент. Адриано соглашается с ним и…Господи боже, он касается кубами моего оголенного плеча. Во рту пересыхает, и я делаю еще один глоток виски. Затем убираю волосы назад. Жарко. Здесь очень жарко.

Эту пару сменяет следущая. Они говорят, обсуждают что-то, но все это сливается в какой-то неразборчивый поток слов. Все, что могу – кивать, потому что…потому что эти гребанные круги на бедре прекращаются, и Адриано сжимает мое бедро…

Нет. Нет. Нет.

Не могу. Я так больше не могу.

Рассеянно извинившись, я бросаюсь прочь, подальше от гостиной, подальше от людей, подальше от Адриано Мартинелли.

Сворачиваю в темный холл, тут же ощущая всем телом приятную прохладу. Допив виски, ставлю стакан на поднос мимо пролетающего официанта.

Приди в себя, Доминика.

Нужно что-то с этим делать. Так не может больше продолжаться. Из горла вырывается истеричный смешок при мысли, что убийство Адриано решило бы мою проблему. Но это…

За спиной раздаются шаги, и я тут же инстинктивно бросаюсь вперед. Пульс бешено стучит в висках. Наверное, я окончательно слетела с катушек, раз практически вбегаю в холл, преодолев коридор. Сильные руки подхватывают меня, из горла вырывается визг, и мир перед глазами кружится. Что?..Я оказываюсь на широком плече, свисая головой вниз.

– Ты сейчас серьезно пыталась сбежать от меня? – смеется Адриано.

Пытаюсь снова оказаться на своих двоих, брыкаясь, но его руки сжимают мои бедра мертвой хваткой.

– Отпусти! Поставь на место! Что ты творишь? Мы же взрослые люди!

– Взрослые люди не бегают друг от друга.

– Нас кто-нибудь увидит!

– А с чего ты взяла, что публика не заводит меня еще больше?

Я замираю на мгновение, и он фыркает.

– Отпусти меня, Адриано! Сейчас же!

– Конечно, но сначала мы поговорим. Где-нибудь в укромном месте.

Он сворачивает направо, в коридор, ведущий в мой кабинет.

– А я думала, тебя заводит публика. – цежу я сквозь зубы.

– Но тебя, по всей видимости, нет. А я не люблю делать что-то против воли дамы.

– Сейчас ты удерживаешь меня, против моей воли.

– Это потому что ты убегала. Еще никто не убегал от меня. Я растерялся.

Он толкает дверь, и не успеваю я опомниться, как мы оказываемся внутри, а я снова стою на слегка ватных ногах, прижатая к двери.

Адриано нежно убирает волосы с моего лица и опускает руки, убирая их в карманы брюк.

– А теперь расскажи, почему ты убегаешь от меня, mia rosa?

Вибрации его низкого хриплого голоса отдаются эхом во всем теле. В голове ни одной здравой мысли. Я даже не совсем понимаю, как говорю…

– Потому что не хочу находиться рядом с тобой.

Этот ответ его удивляет, он хмурится и подходит ближе, заставляя меня сильнее вжаться в дверь. Господи, до чего же вкусно он пахнет.

– И в чем причина?

В кабинете достаточно темно, из окна ему в спину бьет слабый лунный свет. Я вижу лишь очертания его лица, но слабые нотки растерянности слышны в голосе. Но ответа у меня нет. Я судорожно втягиваю ртом воздух. Мы снова в темноте. Снова одни. Границы снова размываются.

– Доминика. – рычит он. – Ответь мне.

Его рука обхватывает мою шею сзади, заставляя меня запрокинуть голову. Жаркое дыхание касается моих губ. Сейчас…сейчас он снова меня поцелует, и для меня больше не будет дороги назад. Потому что его поцелуи заставляют меня забыть собственное имя. А я не могу забывать.

В последнюю секунду я отворачиваюсь.

– Никаких поцелуев. – выдавливаю я из себя. – Просто трахни меня.

Может, если он будет груб со мной, у меня наконец получится видеть в нем лишь чудовище. Чудовище легко убить. Пусть потеряет контроль. Пусть разозлится. Пусть выпустит на мне свой гнев.