Время неблагих. Книга третья - Максим Андреевич Далин

— Не убедил, — сказал Ричард. — Вернее… ну… убедил в том, что надо смотреть на месте. И прежде, чем делать, надо разговаривать. А вот как разговаривать — я впрямь пока не могу себе представить. В общем, рано сейчас решать. Да что! Самое паршивое — я не подумал, что сам, может статься, зайти в этот адов загон не смогу! Чтобы своими глазами посмотреть.

— Ты не сможешь войти — так, может, кто-нибудь из них сможет выйти? — предположил Рошер. — Они же каторжники! Наверняка их гоняют на работы… да что! Валиен ведь как раз и видел, как их перегоняли куда-то. Вот если бы как-то перехватить их на таком перегоне! Подумаешь, один конвоир на мотопеде! Я его одним выстрелом сниму — даже не мяукнет, упырь поганый. А потом уже можно будет с ними разговаривать как угодно.

— Звучит хорошо, — сказал Ричард. — Если так получится, будем считать, что повезло. И запомним пока такую мысль: раньше, чем удастся пообщаться с железными и понять, как они устроены — предпренимать ничего нельзя. Я пытался расспросить Гектора — но он знает только в самых общих чертах. То, что он видел сам: из лагеря поездом отправляли ящики со скелетами, причём обработка, как я понимаю, там была самая грубая… Мне случалось видеть, как фельдшеры-техники Фогеля работают: они с костями обращаются, как с живыми пациентами. В Святой Земле точно не так… Ну так вот: из лагеря отправляли ящики со скелетами, где-то в глубине страны на заводах на них монтировали панцири — и обратно они приезжали уже готовые. Никаких ремонтных работ или чего Гектор своими глазами не видел.

— Слушай, Ричард, — сказал я, — а Гектор говорил, что души они привязывали к костям прямо там… выходит, везли эти кости в ящиках, а в костях…

Ричард кивнул.

— Конченые твари, — сказал Рошер. — Их бы так.

Августейшие слушали молча. По-моему, они были в шоке. Малость не готовы к таким вещам, не до конца себе представляли… Ну вот и сейчас, ясное дело, тоже не до конца, но уже отчасти разобрались, с чем придётся иметь дело.

А я пытался как-то барахтаться. В руки себя взять.

— В общем, — сказал Дэймен, — Гектор толком не знает…

— Кое-что знает, — сказал Ричард. — Например, что поговорить с железом в принципе можно. Им ставят какие-то устройства для речи. Ещё он говорил, что железо как будто делают… разного сорта, что ли… В общем, он видел более тяжёлых и более лёгких железных. Беда в том, что вся эта информация, во-первых, десятилетней давности, а во-вторых, очень по верхам и приблизительная. Всё равно придётся всё выяснять на месте.

— Ричард, — спросил Рошер, — а что говорит военная разведка, ты знаешь? О наших?

— Общался с парнями из штаба, — сказал Ричард. — Понимаешь, у нас нет осведомителей там, где больше всего нам нужны осведомители. Поэтому мы получаем данные о развёртывании общевойсковых частей только. Условно-приблизительно. Хочешь карту посмотреть?

— А у тебя есть⁈

— Я помню, — сказал Ричард и вытащил чуть не из воздуха офицерский планшет.

Ну вот это гламор, я понимаю! Гламор нового времени… ну да для Ричарда вообще не проблема, мне кажется. Всё равно что из воспоминаний достать. Рошер и высочества такому фокусу поразились, конечно, но Дэймен, мне показалось, даже не удивился особенно.

— Ну вот, смотри, — сказал Ричард, разворачивая карту. — В районе Светлополья, вот тут и тут, наши передвижения войск заметили. По данным штабных там пара пехотных дивизий ваших и моторизованная часть… твои братики-солдатики, Рошер. Ну и здесь, у реки Холодный Поток — но всё это выглядит довольно несерьёзно. Не армия вторжения, да? У Девятиозерья всё сильно красивее: у них только в районе Холодного Потока наши наблюдали то ещё движение войск, а в предгорьях Драконьего Хребта и восточнее у них аж четыре стратегических аэродрома. И передвижения моторов и бронемоторов драконы срисовали — здесь и здесь. Хоть, вообще-то девятиозерцы с нами и не воюют официально.

— Если святоземельцы всё-таки осмелятся на прямое вторжение, — сказал Дэймен, — как раз в районе Светлополья и будут прорываться. Во-первых, это путь на столицу, а во-вторых, там дороги, а ломиться через Великие Леса — армию там оставить с гарантией. Из Святой Земли на нашу территорию вообще вторгаться неудобно. И с озёрной стороны неудобно.

Рошер хмыкнул.

— Из Междугорья удобно было?

— Ну ты вспомнил вообще! Начать с того, что тогда Винная долина была практически целиком наша, Заболотья не было на карте в принципе, а были наши Торфяники и их Моховая Топь… Проклятый до Великих Лесов даже не дошёл, бои шли здесь и здесь, мертвяки зимой по льду перешли Светловодь, зарубились вот тут, тут была крепость Одинокое Логово, он сжёг её и двинул южнее и западнее…

— Ну да, — заметил Ричард, — Проклятый, помнится, хотел Птичьи Заводи и предгорья Голубых гор ведь, да? Очень смешно: это сейчас уже всё прибережская территория, и кусок Винной долины прибережцы ещё лет триста назад откусили…

— Да это понятно! Я о том, что его мертвяки до Великих Лесов так и не дошли. Он вот тут остановился, в Ясеневой Пади. То есть, они наступали по нормальным дорогам так-то… да в Винной долине в те времена дороги были лучше, чем сейчас в Туманных Пущах или рядом с Холодным Потоком!

Я подумал, что они увлеклись и отвлеклись, и хотел им об этом сказать. Не успел: вмешался Лэрик. Он пришёл в себя: об истории заговорили — а это ему всегда было интересно.

— Дэймен, а у Проклятого ведь обоза не было же? По идее, шли только мертвяки, да? — спросил Лэрик, отодвинул Рошера и заглянул в карту.

— Ну да. У мертвяков не было лошадей, они вот отсюда и сюда пёрли в пешем строю… на самом деле — обалдеть ведь. Он прошёл, как нож сквозь масло… сколько это выходит… почти четыреста миль за одну зиму же…

— Мёртвые ездят быстро…

— Огромная армия… — сказал Лэрик мечтательно. — По тем временам в боях обычно участвовали сотни с каждой стороны, а мертвяков у него было несколько тысяч, историки считают — тысяч десять, тогда это был безумный масштаб… я читал…

Масштаб — и силища, подумал я. Десять тысяч кадавров вести… рехнуться можно! Жуткая легенда, а не король.

— В Ясеневой Пади милое местечко есть — Гиблые Ямы, — сказал Дэймен. — Место, где