Медея - Ли Литвиненко

– Нужно сейчас же его снять. Иди сюда, – ловко поймав её за талию, Церус стянул с плеча девушки правый рукав и жарко поцеловал точеное плечико. – Люблю! Говорил уже?

– Кажется, да, – хихикая она пыталась отбиться от наглых рук.

– А сегодня? – стянул левый рукав и корсет сполз ещё ниже. В декольте стали видны тёмные ореолы сосков.

– Сегодня ещё нет, – и откинула голову назад, позволяя целовать шею.

Поцелуи становились все жарче, спускались всё ниже. А оборотень не так уж и обессилен. Вон какой прыткий. А наглые руки уже забрались под ткань.

– Люблю! – добрался до груди и нежно куснул белую кожу.

– И я! Я люблю тебя. – Меди обхватила его за плечи и с нежностью провела ладонями вниз. – По настоящему люблю. Думала, что знаю каково это… любить. Оказалось нет. Представляешь, я только вчера поняла как это чувствуется, когда по настоящему, – девушка завороженно потянулась к губам оборотня. – Люблю ТЕБЯ!

– Я польщён, – Церус радостно улыбнулся и забыв о декольте, прильнул к губам девушки.

Его поцелуй он… Потрясающий! Сразу вскипает кровь и выгорают остатки сожалений.

Сожалений что целовалась ночью с эльфом. Хорошо, что согласилась на уговоры, хорошо, что Рэдариэл соблазнил коснуться его губ. Хорошо, что предательский поцелуй был.

Поцелуи мужа – это так давно. Там больше имелось волнение, юношеская неуверенность. Они забылись, не с чем было сравнивать. А вот эльф. Теперь Медея понимала, что запретный поцелуй был мертвым. Не вызывавшим никаких эмоций, не оставивший после себя ничего кроме сожаления. Ни-че-го. А губы Церуса… Прильнув к ним Меди смогла в полной мере оценить силу притяжения своего оборотня. Куда там эльфийскому принцу, Рэдариэл не мог соперничать с Церусом даже со всем своим волшебством. Без вариантов. Никто не мог. Ни один мужчина на свете. Только Церус. Только её любовь.

– Я хорош? – двуликий с трудом оторвался от губ девушки и тяжело дыша заглянул ей в глаза.

Ах он зубастый гордец. Значит любит похвалу? Как она раньше не заметила?

– Великолепный, – Медея лизнула пухлые губы двуликого и игриво куснула. – Мой зверь.

– Тут ты права.

Медею резко крутанули и вот уже оборотень нависает над ней. А красный подол платья неприлично задран к талии. Руки двуликого жадно оглаживают чулки, подвязки. Кружева панталончиков…

– Цер, – простонала стараясь оторваться от его губ. – Нет. Не здесь, – а сама не менее нагло ощупывает его мускулистую спину, упругую задницу.

– Верно, верно, – заверил голос тролля из-за ширмы. – Медицинская кушетка не подходящее место для зачатия потомства. Вам нужно поискать что-то поудобней.

Меди покраснела от стыда. Её щеки стали одного оттенка с платьем. Почти в тон ему.

– Какая срамота, – Медея с силой оттолкнула оборотня-совратителя и вскочив стала поправлять платье.

– Оно очень тебе идёт, – заверил Церус, старательно помогая поправить подол. Не удержался и ущипнул за попку.

– Прекрати, – строго шикнула Меди и оттолкнула слишком рьяного помощника.

– Кстати о зачатии, – Церус вальяжно обмотал простынь вокруг бедер и отодвинул ширму. – Доктор Родок, не могли бы вы проверить мою пару на кристалле душ?

– О! – радостно потер руки тролль. Он переоделся, сменив спальный колпак на вполне себе приличный костюм. – Интересно, интересно. Вот что подозреваете? Возможно, возможно, с вашим-то рвением, – тролль стал копаться в своем шкафу. – У меня есть эта штука. Редко пользуюсь, но…

– Что это? – настороженно спросила Медея. – Что ещё за кристалл душ? – может Церус решил проверить её на факт измены? Насколько чиста её лживая душонка.

– Сейчас узнаешь, – Церус притянул её к себе и поцеловал. – У меня есть некоторые подозрения… относительно тебя. Но что гадать? Сейчас узнаем точно.

Волосы на затылке Медеи встали дыбом от страха. Он точно что-то подозревает. Что делать? Бежать? Спасаться бегством? Пока правда не выплыла наружу и двуликий не обозлился. Что он предпримет в качестве наказания? Что там у них оборотней полагается за измену? За один маленький поцелуйчик. Может быть, задерет ей подол и как следует отшлёпает? Вполне возможно… Не самый плохой вариант. Не смертельный.

– Вот! – радостно воскликнул тролль и поднял вверх руку со светлым камешком. – Сейчас, – он подошел к Меди и протянул ей свою находку. – Держите.

– Это обязательно? – Медея опасливо сжала ладони и спрятала руки за спину. – Что-то мне не хочется брать эту штуку. Эти камни… от одного известного камешка, в моей жизни приключилась куча бед, – да, после знакомства с цветком Каройдомуса, её жизнь свалилась в пропасть.

– Не волнуйтесь он полностью безопасен, – заверил тролль и для пущей убедительности взяв со столика белую салфетку, плеснул на неё прозрачной жидкости из колбы. В комнате запахло спиртом. Лекарь деловито обтёр камень вонючим раствором. – Вот, держите, – подал девушке загадочный артефакт.

– Меди, это не опасно, – Церус выпростал её руку из-за спины.

– Просто подержите, – ей в ладонь настойчиво сунули прозрачный камень.

– Сожми в кулаке.

Сдалась и сделала как велели. Церус убрал от неё свои руки и отошел на один шаг.

– «Вот сейчас всё и откроется», – с ужасом подумала девушка.

Сквозь её пальцы засветился насыщенный красный свет. Подстать наряду и алым от стыда щекам.

– Всё верно, – кивнул тролль. – В этом теле две души.

– Как так? – удивилась девушка. Это что была проверка на двуликость? На наличие второй ипостаси? Глупость. Она и так знала что оборотень. Тогда зачем? Проверка на враньё? Она двоедушная врушка. Да?

– Позвольте поздравить, – улыбаясь тролль пожал Церусу руку. – Очень рад. Очень.

– «Нет, с гуляшей парой так не поздравляют, значит убедились что я оборотень», – облегчённо выдохнула Медея. Но хотелось точности.

– Благодарю, – Цер лыбился во весь волчий оскал.

– Церус, – бровь Меди угрожающе приподнялась. Она тоже желала знать, с чем его поздравили. —Что. Это. Значит? – сунула под нос двуликому сжатый, светящийся кулак. Выглядело угрожающе.

– Не буду вам мешать, – тролль поднял вверх руки и тактично поспешил к выходу. – Жду за обеденным столом. Камень можете оставить тут, на столике, – и только хвост мелькнул, скрывшись на лестнице.

– Цер-р-р? – глаза Медеи зло пожелтели, зрачок сузился. – Говори. Что это за штука?

– Камень душ.

– И?

– Его используют врачеватели, прикладывают к телу, когда сомневаются есть ли в нем ещё жизнь. Так бывает, когда кто-то серьёзно ранен или ещё что. Но…

– Но?

– Есть кое-что ещё. Побочный эффект.

– Какой?

– Когда душа в теле, камень розовеет, а если он красный, то… Любимая, – Церус медленно опустился перед ней на колени и глядя в глаза прошептал. —В твоем теле две души.

– Я оборотень, – понимающе кивнула Медея. – Знаю.

– Две души, – покачал головой Церус. – Не о сущностях сейчас речь, не о