Школа робинзонов. Два года каникул. Маяк на краю света - Жюль Верн

– Разве ты с ними не пойдешь? – спросил он своего брата.

– Нет, я хочу остаться здесь, – ответил Жак.

– Тебе бы следовало немного оживиться, – продолжал Бриан. – Я недоволен тобой, Жак… Ты что-то скрываешь от меня… может быть, ты болен?

Разгрузка сопровождалась радостными криками детей.

– Нет, ничего.

Все один и тот же ответ, не удовлетворявший Бриана, который решил выяснить, в чем дело, хотя бы и вышла неприятность с молодым упрямцем.

Однако нельзя было терять времени, если хотели провести ночь в пещере.

Прежде всего пещеру должны были осмотреть те, кто ее еще не видел. Как только плот привязали к берегу, Бриан позвал своих товарищей за собой. Юнгу снабдили фонарем, который ярко освещал дорогу.

Они направились к отверстию грота. Ветки лежали так, как были положены Брианом и Донифаном. Ни человек, ни зверь не пытался проникнуть в грот.

Расчистив вход, все прошли в узкое отверстие. Фонарь осветил пещеру гораздо лучше, чем смолистые ветки или толстые свечи француза.

– Нам здесь будет тесно, – заметил Бакстер, измерив пещеру.

– Ничего! – воскликнул Гарнетт. – Можно разместить койки одна над другой, как в каюте.

– Зачем? – возразил Уилкокс. – Достаточно места, чтобы их поставить в ряд на полу.

– Тогда нельзя будет пройти, – возразил Феб.

– Нечего ходить, вот и все, – ответил Бриан. – Не можешь ли предложить чего-нибудь получше, Феб?

– Нет, но…

– Но, – перебил Сервис, – важно то, что у нас все-таки есть пристанище. Не думаю, чтобы Феб рассчитывал найти здесь помещение с залом, столовой, спальней, передней, курительной и ванной.

– Нет, – сказал Кросс, – но нужно также помещение, где бы можно было готовить.

– Я буду готовить на воздухе, – ответил Моко.

– В плохую погоду это будет очень неудобно, – заметил Бриан. – Завтра же, мне кажется, мы должны здесь поставить плиту с яхты.

– Плиту в пещере, где мы будем есть и спать! – возразил Донифан с видимым отвращением в голосе.

– Ну, ты можешь прибегать к нюхательной соли! – воскликнул Сервис, разразившись смехом.

– Да, если мне это понадобится! – возразил гордый мальчик, нахмурив брови.

– Хорошо, хорошо! – поспешил сказать Гордон. – Приятно это или нет, но этот вопрос надо сейчас же решить. Плита будет служить не только для того, чтобы готовить, но и для отопления. Чтобы расширить помещение и сделать новые комнаты, если только это возможно, у нас впереди целая зима. А пока поселимся в этой пещере.

До обеда принесли койки и разместили их на песке; они стояли очень близко одна к другой, но дети уже привыкли к узким каютам и не обратили на это внимания.

До вечера все были заняты устройством пещеры. Большой стол яхты был поставлен посредине, и Гарнетт с помощью маленьких, приносивших ему различную посуду с плота, накрыл на стол.

Между двумя большими камнями у подножия утеса развели огонь из сухих веток, набранных Фебом и Уилкоксом. Около шести часов разносился уже приятный запах кипящего супа. Кроме того, на противне жарилось двенадцать птиц, нанизанных на железный прутик, так что Костара очень соблазняло обмакнуть туда кусок сухаря. В то время как Доль и Айверсон добросовестно поворачивали вертела, Фанн следил за их движениями с видимым интересом.

К семи часам все собрались в единственной комнате грота, служившей им и столовой, и спальней. Табуретки, стулья были принесены с плота. Молодые хозяева хорошо пообедали. Горячий суп, кусок говядины, жаркое, сухари вместо хлеба, свежая вода, разбавленная коньяком, кусок сыра и несколько рюмок хереса на десерт вознаградили их за скудную еду последних дней. Как ни опасно было их положение, но маленькие развеселились, и Бриан не сдерживал их радость.

День был утомительный. После еды все захотели отдохнуть. Но прежде всего Гордон, побуждаемый религиозным чувством, предложил своим товарищам посетить могилу Франсуа Бодуэна, в жилище которого они теперь находились.

Уже темнело, и в воде не отражались догоравшие лучи солнца. Обогнув выступ скалы, мальчики остановились у небольшого возвышения, на котором стоял деревянный крест. И маленькие, встав на колени, а старшие, склонясь перед этой могилой, помолились за упокой души умершего.

В девять часов легли спать и, завернувшись в одеяла, заснули крепким сном. Только Уилкокс и Донифан, которым вышла очередь дежурить, поддерживали у входа в пещеру огонь, который должен был защищать их от зверей, а также согревать грот.

На другой день, 9 мая, и следующие три дня все были заняты разгрузкой плота. Западный ветер не мог разогнать сгущавшиеся пары, и это указывало, что наступает период дождей или даже снега. Действительно, температура не поднималась выше нуля, и верхние слои должны были быть очень холодными. Необходимо было спрятать в грот все, что могло испортиться: одежду, провизию, напитки.

В течение нескольких дней ввиду важности работы охотники не уходили далеко от грота. Но так как всякой птицы было в изобилии на озере и в болоте на левом берегу реки, то у Моко никогда не было недостатка в провизии. Донифану несколько раз предоставлялся случай пострелять.

Однако Гордон заботливо следил, чтобы не уходило много свинца и пороха на охоту, хотя бы и удачную. Он главным образом старался беречь боевые запасы, точное количество которых записал в свою книжку, и всегда советовал Донифану экономно стрелять.

– Это в интересах нашей будущности, – сказал он ему.

– Согласен, – ответил Донифан, – но также надо беречь и консервы. Мы будем раскаиваться, когда их не будет, если когда-нибудь мы будем в состоянии покинуть остров.

– Покинуть остров? – сказал Гордон. – Разве мы в состоянии построить корабль, годный для плавания по морю?

– А почему же нет, Гордон, если есть вблизи какой-нибудь материк? Во всяком случае, я вовсе не хочу умереть здесь, как сделал соотечественник Бриана.

– Хорошо, – ответил Гордон. – Однако, прежде чем мечтать об отъезде отсюда, освоимся с мыслью, что, может быть, нам придется здесь жить годами.

– Как это похоже на нашего Гордона! – воскликнул Донифан. – Я убежден, что он был бы счастлив основать здесь колонию…

– Конечно, если нельзя сделать ничего другого.

– Гордон, не думаю, чтобы ты приобрел много сторонников, даже твой друг Бриан…

– У нас еще будет время обсудить это, – ответил Гордон. – Кстати, позволь мне тебе сказать, Донифан, что ты не прав относительно Бриана. Он хороший товарищ, доказавший нам свою преданность.

– Как же, Гордон! – возразил Донифан тем насмешливым тоном, от которого не мог избавиться. – Ведь это само совершенство! Это герой…

– Нет, Донифан, у него есть недостатки, как и у каждого из нас. Но твое отношение к нему может вызвать разлад, который еще более ухудшит наше положение. Бриана все уважают.

– Как же, все!

– По крайней мере большая часть его