Кайрин 3. Тень алхимика - А. Мирт

встречи, она выросла. Дело даже не в фигуре, которая теперь перестала быть совсем плоской, хотя до по-настоящему женских линий ей было далековато. Повзрослели глаза Агер. Похоже, она испытала слишком многое. Я осторожно поинтересовался:

— А как часто наши студенты умирают?

Она вздрогнула.

— Почему ты вдруг спросил?

— Пришла в голову мысль, что на долю лекарей выпадает самая тяжёлая работа.

Агер некоторое время молчала, смотря на свои руки, лежащие на коленях ладонями вверх, после чего ответила:

— Большинство мы ставим на ноги. Умирает… около двоих в месяц. При том, как они часто лишаются конечностей и других незаменимых частей тела, это просто удача, — она цинично хмыкнула, и никакой жалости в её взгляде я не заметил.

После чего я вспомнил, как она предлагала оторвать нашему заражённому учителю Вэну руку, чтобы он перестал подчиняться демонам. И даже после того, как её пытались переубедить, она всё ещё оставалась при своём мнении. Так что она совсем не была столь милой и наивной, какой выглядела.

Я тихо хмыкнул и вновь запрокинул голову, уставившись на звёзды. Они… успокаивали. Небо, сколько себя помню, всегда действовало на меня благотворно.

Когда я был совсем маленький, чтобы меня усыпить, мама приоткрывала занавеску и показывала мне их, рассказывая легенды про сотворение мира, где Рэя была главной богиней, а Уна — её дочерью. Хэйрин же недовольно бурчал во сне с другой, дальней от окна стороны кровати, зарываясь с головой в одеяло. Он не мог спать, если в комнате оставался хотя бы лучик света.

— Рин, я… — голос Агер был неуверенным, будто она колебалась, — хотела спросить у тебя…

— Что? — я вновь взглянул на целительницу и чуть улыбнулся. — Говори, я не кусаюсь.

— Я… хотела поговорить о… об… Илиарии. Можно?

Я нахмурился. Ну вот, даже тут мне не дают забыться.

— Прости… Я не должна была, ведь даже если мне так тяжело, то тебе, должно быть, куда как хуже. Ты ведь её любил…

Любил? Я?

Она меня ни с кем не перепутала?

Мне кажется, я утратил это чувство в далёком детстве. Даже могу прикинуть точный момент, полагаю, он напрямую связан с поступком одного моего кровного родственника…

— Говори, — тихо сказал я.

Даже интересно, что её гложет. Прошло не так много времени. Мне казалось, Агер не должна была успеть привязаться.

— Она… она была такая классна-я, — Агер всхлипнула. — Как? Ну как она могла оказаться демоном? — из её глаз покатились слёзы. — Мы часами… перебирали травы, ей так… нравилось… Мы ведь подру-жи-и-и-ли-и-ись… — она уже захлёбывалась слезами.

Я растерялся.

Она же только что спокойно сидела рядом! Что за ёрпыль? Да что на неё нашло⁈

Агер уткнулась макушкой в моё плечо. Я обнял её и осторожно прижал к себе — она разревелась пуще прежнего. На груди стало мокро от слёз. Она придвинулась ещё ближе. Я легонько поглаживал её по голове, спускаясь рукой на спину. Её волосы были мягкими и шелковистыми, очень захотелось коснуться её уже распущенных волос… Мне нравился её уютный запах с примесью трав. Какая она тёплая, мягкая и так приятно помещается в моих объятиях.

Моя рука замерла. Шавр! Я начал думать совсем не о том… Кровь прилила к щекам, и пульс участился. Она же просто расстроена. Между прочим, исчезновением моей девушки! А я, такая скотина, вместо сочувствия испытываю кое-что совсем иное… Я громко сглотнул.

— Ой… — она отстранилась, её щёки алели настолько, что даже в неясном свете фонаря было заметно. Кажется, и она сообразила, сколь двусмысленна была наша поза. Но пусть Агер высвободилась из кольца моих рук, она не отодвинулась. — Мне просто нужно было выговориться…

Её слёзы остановились от смущения, она нервно теребила ткань плаща и не знала, куда деть взгляд. Я же не мог оторвать своего от неё. Она была слишком милой.

Я вновь нашёл спокойствие в звёздах. Агер не мешала мне, но я физически ощущал, как, словно натянутый лук, напряжено её тело. Я проговорил:

— Не понимаю, как я мог не заметить… Она постоянно была со мной, но я даже и не думал…

Агер схватила мою руку и сжала её.

— Рин, ты никак не мог знать… Да мы даже не верили, что демоны бывают! Я вот не верила. Пока сама не увидела, не верила. Так что ты ни в чём не виноват!

— Но это из-за меня она смогла всех отравить…

— Она тебя использовала! — теперь уже она меня обняла, утешающе поглаживая по спине. Я слегка расширил глаза.

Мне же не кажется, она действительно хочет со мной сблизиться?

Или у неё синдром спасителя? Это, кстати, можно и спросить… Я хмыкнул.

— Ты смеёшься? — она отодвинулась и грозно на меня посмотрела. — Надо мной?

— Я просто гадаю, скольких студентов, лежавших в лазарете и страдающих от горя, ты так утешала…

— Ты! — она стукнула меня кулаком в плечо. Вэ она, конечно, не вкладывала, но даже у лекаря в дюжине удар был поставлен.

— Ай! — я демонстративно надулся и потёр место ушиба.

— За дело! — она вздёрнула подбородок и наконец рассмеялась. После чего хитро прищурилась и прошептала: — Ты — первый.

Сердце опять пустилось вскачь. Да она же флиртует! Я так удивился, что, вероятно, моё лицо выражало крайнее ошеломление. Потому как Агер разразилась хохотом в полный голос.

Её заливистый смех уносил все печали. И принёс мне то, чего так не хватало — ощущение домашнего уюта и тепла.

— Спасибо тебе, Агер. Мне полегчало, — улыбнулся я.

Она прекратила смеяться и закусила губу. Серьёзно ответила:

— Я рада, если это так. И тебе… — она потупилась, — спасибо. Если тебе нужно будет выговориться… я выслушаю.

— Пойдём, я тебя провожу, — я встал и протянул ей руку.

— Проводишь? А ты сам не собирался возвращаться? — она задумчиво посмотрела на протянутую руку и осторожно дала свою. Я помог ей подняться, но сразу отпустил ладонь.

Не то чтобы мне не хотелось держать её и дальше, но показалось, что так будет лучше. После сегодняшнего вечера я осознал: Агер была мне симпатична. Просто сейчас было совсем не до свиданий с девушками, мне нужно было заняться… выживанием.

— Пожалуй, я тоже проверю, что творится в комнате…

— Творится? — она склонила голову набок.

— Да там Мак подрался с Айриссом…

Агер осуждающе покачала головой.

Она ещё не знала Ая, нашей дюжине ещё предстояло официально принять к себе нового члена, но о нём, так же как и обо мне, мало кто в Академии не слышал. Мы стали местными героями. В отличие от меня, Ай имел чистую