Пойдем со мной. Жизнь в рассказах, или Истории о жизни - Анна Елизарова

class="p1">Из глаз Зои покатились слезы, она не вытирала их, а наслаждалась каждой слезинкой, скользящей по ее бледной щеке. Слезы очищения, слезы радости за других и протяжной грусти – новые и чистые ростки пробивались в ее душе.

– У нас выпускной 20 июня. Может, ты придешь? – спросила Настя. – Все очень хотят тебя увидеть!

О, нет, нет… Ее никто не узнает. Да и притом…

– У меня последний курс химии с 19 июня. Буду мысленно с вами. С тебя фотографии, – ответила Зоя.

Голос Насти, такой родной и близкий, еще долго звучал у нее в голове.

Они ехали на последний курс. Мама, папа и она. Зоя не чувствовала в себе достаточно сил для противостояния новому удару.

– Папа, останови машину у тех берез. Я хочу сходить к ним.

– Зачем тебе туда, что ты придумала? Хочешь в туалет, что ли? – удивилась мама.

– Нет! Мама, отстань! Мне надо.

Отец остановил машину. Светлые березы в посадке шумели тихо и спокойно. Зоя подошла к одной из них и обняла белый девственный ствол, приложив к нему ухо. Послышался едва уловимый гул. Дерево живое. В нем сок земли. «Прошу вас, березки, замолвите за меня слово у небес! Я так хочу еще ходить под солнцем и слушать птиц, так хочу любить и быть, быть, быть здесь, воспарив от счастья над землей, ведь я еще успею, всегда успею прорасти травой!»

* * *

– Это не ты, я тебе не верю.

– Да, Зоя, не обижайся, но на эту девушку ты похожа не больше, чем я на Ким Бейсингер. Может, это твоя сестра?

В ответ Зоя лишь улыбнулась.

– Нет, девочки, это все-таки я.

Одногрупницы восхищенно рассматривали фотографию Зои в компании Насти, сделанную больше двух лет назад. Они видели эффектную блондинку, которая, казалось, только сошла с подиума и еще находится в свете калейдоскопов софитов, и недоверчиво переводили взгляд на темно-русые жидковатые волосы Зои, что едва прикрывали уши и неуклюже обрамляли лицо, всегда пребывающее в состоянии спокойной задумчивости.

– Что с тобой случилось?

Зоя задумалась на мгновение.

– Я просто стала другой.

Здесь, в новой жизни, она не хотела, чтобы люди, смотря на нее, видели печать того страшного недуга. Она – не болезнь. Но и та кукла с фотографии тоже больше не она. Осыпалась чешуя, открошился панцирь с сердца Зои… Она была новой для себя самой, уязвимой без королевской маски… И как никогда живой.

Зое уже девятнадцать, а ее однокурсницы только окончили школу в этом году. Она дала им обещанные конспекты. Ей было скучно в их компании, но только заносчивость с чувством превосходства были уже ни при чем. Два года борьбы, во время которых она никогда не знала, наступит ли завтра, заставили ее повзрослеть. Эта взрослость была молчаливой и вдумчивой, чуткой и не склонной к мятежности по пустякам.

Ветер гнал сухие потемневшие листья по земле. Осень доигрывала последние аккорды: стеклянный воздух и яркое солнце промеж оголившихся ветвей каштанов допевали печальную песнь. Вот единственный еще оранжевый лист в ворохе угасших собратьев… Зоя наклонилась за ним. «Закружилась листва золотая в розоватой воде на пруду…» – зазвучали у Зои в голове стихи Есенина, и вдруг огромное коричневое пятно выплеснулось на ее бежевое пальто.

– Ой, девушка, простите меня! Я засмотрелся… Вот олух! Сейчас, сейчас!

Худощавый высокий юноша в очках лихорадочно бросил на обочину свой пустой стакан из-под кофе и принялся оттирать рукавом куртки прескверное пятно. Толку не было никакого. Пальто впитало кофе, словно губка.

– Бросьте, молодой человек! Тут уже ничего не поделаешь. Я вернусь домой, это рядом.

Юноша выглядел гораздо более расстроенным, чем Зоя. Собственно, Зоя даже находила это забавным, ее огорчало лишь, что придется оборвать прогулку. Такой погожий денек! Возможно, последний в этом году.

– Еще раз прошу меня извинить!

Наконец, они посмотрели друг другу в глаза.

«О такой милой девушке мне нечего и мечтать», – подумал он.

«Я не могу быть интересна такому юноше», – не усомнилась она.

Каждый из них продолжил свой путь, Зоя свернула налево в сторону дома. Ей хотелось услышать сзади «Подождите!». Вот сейчас она оглянется и увидит, как он спешит за ней… Но она слышала лишь мертвый шорох пожухлых листьев и свои шаги под пронзительным и очень высоким солнцем. Зое ничего не оставалось, как просто оглянуться – хотя бы на тишину, которая повисла в воздухе после их несостоявшегося знакомства.

Девушка увидела, что юноша никуда и не уходил. Его очки блестели на солнце, а черная куртка отливала серебром. «Ну, ты подойдешь ко мне или как?» – подумала Зоя, глядя на него сбоку. Юноша дернулся, но снова застыл на месте, а потом развернулся и с опущенной головой побрел в обратную от Зои сторону.

Прошло два года. Кровь! Кровь из носа закапала на ее раскрытый конспект прямо посреди первой пары. Зоя похолодела. Неужели вернулось?!

Соседка Зои протянула ей влажную салфетку.

– Чего ты так испугалась? – хмыкнула она. – Боишься крови? Ничего страшного, отпросись в туалет!

Глаза Зои забегали от ужаса. «Нет! Нет! Только не это, умоляю тебя, Господи!» Пухлая соседка решила, что Зоя припадочная неженка, и взяла дело в свои руки.

– Константин Дмитриевич, можно я провожу Зою в туалет? У нее кровь носом, – громко заявила она.

– А? Конечно, конечно… – рассеянно проговорил преподаватель и с видом заправского профессора продолжил, – … Итак, вы запомнили, что в конце учебного года все третьекурсники традиционно сдают мне…

Вот уборная. Зеркало, зеркало! Не обращая внимания на провожавшую ее соседку, Зоя убрала салфетку и задрала рукава кофты. Лишь белые руки, все чисто! Она стала снимать узкие джинсы, не заходя в кабинку.

– Что ты делаешь? Спятила, что ли? – отшатнулась от нее девушка.

На ногах тоже ничего нет. И на остальном теле чисто. Просто кровь из носа, не более того… Не более…

– Ты застирал мою кофту? – с утра Зоя увидела на батарее кофту, которую вчера испачкала кровью.

– Да, не пропадать же ей теперь, – Леша обнял ее сзади и поцеловал в висок. – Посмотри, какой сильный ветер. Так гнет деревья.

– Зато солнце яркое, как в тот день, когда мы с тобой познакомились, помнишь?

– Конечно, помню. Ты оглянулась, а я был таким трусом, что бросился в бегство. Я был уверен, что ты отошьешь меня.

– Но ты все-таки догнал меня почти у самого дома, – улыбнулась Зоя. – Как ты решился?

– Понимаешь, чем дальше я отдалялся от тебя, тем сильнее понимал, что буду жалеть всю жизнь о нашем несостоявшемся знакомстве. Я всегда стеснялся девушек, но