Шпиц знает больше. Дело о пропавшем дворнике - Елена Филипповна Архипова

Мишка уже крутился у двери, повизгивая от нетерпения.

Шлейка, поводок, сумка, телефон.

— Пошли, — скомандовала решительно и распахнула дверь.

Спустилась опять пешком, потому что после нескольких суток сидения за ноутбуком хотелось активно двигаться.

Вышла на улицу, еще раз огляделась и, наконец, увидела дворника. На этот раз это была женщина.

— Ну ты погляди, какая у них тут текучка кадров-то, а? — удивилась себе под нос и решительно направилась к женщине. Поздоровалась и спросила в лоб:

— А не подскажете, как мне Степаныча найти?

— Понятия не имею! Что вы все ко мне прицепились со своим Степанычем? Я ему никто, чтобы знать, где этот ваш алкаш и почему он уволился! Отстаньте от меня! — отрезала жестко женщина, развернулась и направилась к двери в первый подъезд.

Культурная и воспитанная сама, Аня оторопела от такого хамства и застыла на месте. Дворничиха же скрылась в подъезде, стрельнув в неё напоследок злым взглядом.

Спустя несколько мгновений в квартире Степаныча колыхнулась занавеска, Анне даже показалось, что в окно на неё сейчас смотрели.

Она отвернулась от окон, дождалась, пока Мишка сделает свои дела, и вызвала такси.

Машина подошла через три минуты, женщина назвала адрес полицейского участка, где работал Петров, и спустя меньше чем через полчаса она ворвалась в кабинет бывшего одноклассника без стука.

Мишка, как послушный пёс, семенил следом, успевая принюхиваться к углам.

Александр, среагировав на открывшуюся дверь, поднял глаза от компьютера, увидел вошедшую, ни капли не удивился и предупредил:

— Аня, у меня совещание через десять минут. — Вздохнул в попытке ограничить время пребывания в своем кабинете неугомонной бывшей одноклассницы и добавил: — И с собаками нельзя в здание. Кто тебя вообще сюда с ним пропустил?

— Саша, это важно! — Анна опустилась на стул напротив, Мишка уселся у её ног, высунув язык. — Василий пропал.

Глава 7

Глава 7

Глава написана от лица Александра Петрова.

Вот уже десять минут, как я тупо пялился в монитор, пытаясь понять, как человек без головы мог оказаться в багажнике собственной машины.

Эксперт клялся, что голову отрезали уже после смерти, но это, как говорится, и ежу понятно.

Меня интересовал другой вопрос: за каким хреном надо было её отрезать? По отпечаткам пальцев всё равно же установили личность убиенного.

Телефон завибрировал входящим сообщением от Лёхи из техотдела: «Саня, камеры на парковке не работали две недели. Повезло тебе».

— Да уж, везучий я, что дальше некуда! — не удержавшись, хмыкнул, потирая переносицу.

Дотянулся до пачки мятных леденцов, лежащих в верхнем ящике стола, выудил предпоследнюю конфетку и закинул её в рот.

Я бросил курить уже полгода тому назад, но до сих пор тянуло, и, пытаясь забить сладким давнюю привычку, приходилось постоянно сосать карамельки.

И тут я услышал в коридоре сладкий, до изжоги, голос Колобка, приветствующего кого-то:

— Ка-а-акие люди нас посетили. Что ж вы всё время к капитану Петрову, услада моих глаз? Может, в этот раз ко мне заглянете?

Последовавший за этим короткий, но звонкий лай, заглушивший ответ услады Колобковых глаз, сказал всё сам за себя.

Спустя секунду дверь моего кабинета распахнулась без стука. Мне даже не надо было поворачивать голову на звук, я и так знал, кто пришел.

Только один человек мог позволить себе приходить в участок с собакой, срывать такие сладкоголосые приветствия от мужика, который никого, кроме себя, не любил, и врываться в мой кабинет вихрем, словно за ним гналась стая волков.

Анна Кошкина — моя бывшая одноклассница, а ныне известная сетевая писательница, пишущая под псевдонимом Нюра Кошкина.

— Кошкина, у меня совещание через десять минут, — попытался я увильнуть от общения с бывшей одноклассницей. — И с собаками сюда нельзя.

Но когда это её останавливало?? Она плюхнулась на стул для посетителей, её рыжий шпиц, как заправский служебный пес, уселся у ног своей хозяйки, высунув язык и глядя на меня с видом победителя.

Собрав всю свою волю в кулак, я перевел на неё взгляд.

— Саша, это важно! — выпалила она. — Василий пропал.

Я потянулся за остывшим кофе, отхлебнул, вернул кружку на место и только потом спросил, понимая, что Кошкина не уйдет, пока не вывалит то, с чем пришла:

— Кто такой Василий?

— Саша, не тупи! Я тебе звонила несколько дней тому назад! Это дворник наш, Василий Степанович. Неделю, как его нет, и новый какой-то хам Хамка. Абсолютно неадекватная тетка. Ты ж меня знаешь, я культурно и вежливо спросила. — Я усмехнулся, услышав это, но предпочел оставить эти слова без комментариев. — В ответ она мне нахамила. А Василий просто так не исчез бы.

Я прикрыл глаза, считая до пяти. Потом до десяти. Потом до пятнадцати — это была техника из курсов по управлению стрессом, которые мне навязало начальство после той истории с маньяком.

Мысленно скомандовал себе: «Дыши, Петров, дыши».

Привел нервы в относительный порядок, открыл глаза и спокойно, как говорят с маленькими детьми, произнес:

— Аня, дворники иногда увольняются. Так бывает, представь себе, и это нормально.

— Он не увольнялся! — Анна наклонилась вперёд, и я увидел, что она действительно волнуется. — Я вчера видела: в подсобке все его инструменты, даже метла любимая, с красной ручкой. Он её десять лет носил как реликвию. И телефон его не отвечает.

Я откинулся на спинку кресла, покрутил в пальцах ручку, это была моя старая привычка, которая помогала думать. У меня на столе лежали фотографии трупа без головы, протокол осмотра места преступления, показания свидетелей, которые ничего не видели.

А Анна пришла рассказывать про дворника и метлу.

— Может, забыл метлу. Может, на телефоне денег нет, — я посмотрел на неё поверх монитора. — Или, может, он встретил