Апогей пурпура и порчи - Павел Николаевич Корнев

— Серый! — аж привстала в кресле девчонка. — Мне, по-твоему, из-за этого легче стать должно⁈

— Должно, — подтвердил я и вдруг спросил: — С глазом у тебя что?

Заряна откинулась на спинку и скривилась.

— С глазом всё хорошо.

— Тогда зачем…

Прежде чем я успел договорить, барышня сдёрнула с лица повязку и взглянула на меня обоими глазами: правым с радужкой близкого к оранжу оттенка и левым с радужкой холодного цвета лунного серебра.

— Ох ты! — непроизвольно вырвалось у меня. — Это как⁈

— Да просто я ужасная трусиха! — невпопад ответила Заряна, обхватила себя руками и нехотя продолжила. — Я испугалась, понимаешь? Очнулась неведомо где в объятиях непонятного страшилища, вот и хватанула до предела небесной силы, прежде чем закричать…

— В астрале нет небесной силы, как мне говорили.

— В том-то всё и дело! Пусть во мне всего лишь восьмушка крови лунного беса, но я сумела дотянуться до изначальной энергии!

— И заработала из-за этого дисбаланс? — предположил я.

Барышня кивнула.

— И что хуже всего — в тот момент с ядром случилась необратимая метаморфоза…

Я аж присвистнул.

— Ты поднялась на восемнадцатую ступень возвышения и при этом сумела жахнуть своим воплем? Да у тебя талант! Ты гений! Кто бы другой на твоём месте лежмя потом лежал!

— Перестань! — прикрикнула на меня девчонка. — Как я теперь преломление проходить буду? Меня же разорвёт!

— Ерунда! — беспечно отмахнулся я. — Выправишь ещё энергетику. Не так это и сложно.

Заряна вскочила с кресла.

— Тебе это откуда знать⁈

— Ну а я, думаешь, как из белого перекрасился? Сначала замарался порчей и заработал дисбаланс, ходил с одним пурпурным глазом, будто проклятый… — Я поднялся с диванчика и огляделся, затем поинтересовался у разинувшей рот от изумления девчонки: — Тут можно говорить свободно?

— Да, — подтвердила та и потребовала объяснений: — Как ты сумел вернуть баланс?

— Легко! — беспечно усмехнулся я.

— Серый! — зло прищурилась Заряна, сразу став удивительно похожей на свою маменьку. — Хватит вешать мне лапшу на уши! Как тебе это удалось?

— Беляна помогла. Но об этом никому. Это секрет.

— Почему⁈ — выпалила барышня, но тут же спросила о другом: — А ты знаешь, что нужно делать?

— В общих чертах, — нехотя произнёс я. — Но основную часть действа пробыл в бессознательном состоянии, поэтому сам ничего такого повторить не смогу.

«И даже пытаться не стану, — добавил уже мысленно. — Особенно с тобой»

— Ну конечно! — всплеснула руками Заряна. — И вот где Беляна, когда она так нужна? Что мне без неё делать? Скажи!

Я задумчиво потёр подбородок.

— И в самом деле — что же тебе, бедненькой, делать? Как тебе в твоём горе могут помочь папенька-епископ и поддержка цельного дворянского дома? Не знаю, даже не знаю…

— Серый, я тебя сейчас ударю! — пригрозила девчонка. — Я с тобой как с другом…

— Ты погоди меня бить. Ты ещё за прошлый раз не извинилась!

— Это за какой ещё прошлый?

— А кто меня огненным воплем приложил? Та страхолюдина — это я ведь и был!

Заряна фыркнула.

— Да поняла уже, когда ты меня из астрала выбросил! А извиняться не буду. Не за что! Знал бы ты, как я испугалась! Вот чего ты такую жуткую личину на себя натянул?

— Это не личина, а боевая форма! — возразил я. — Она и должна быть страшной!

— То-то тебя за демона приняли!

В дверь постучали, и сразу же та распахнулась, но вместо давешней горничной в будуар прошёл епископ Ясный собственной персоной.

— Ваше преосвященство… — наметил я поклон.

— Папа? — удивилась Заряна и зажмурила левый глаз. — Что-то случилось?

Глава епархии окинул меня быстрым взглядом, от которого по спине пробежался холодок, и обратился к дочери:

— Чарослав из рода Пурпурного змея просит его принять…

— Нет! — резко бросила девчонка. — Я не желаю никого видеть!

Епископ тяжело вздохнул.

— Молодой человек принимал участие в твоём спасении, было бы уместно проявить вежливость…

— Я не в состоянии… Как-нибудь в другой раз. Не сегодня!

В голосе Заряны зазвучали истеричные нотки, и её папенька настаивать на своём не стал.

— Хорошо. Но тогда позволь украсть у тебя брата Серого. Нам требуется кое-что с ним обсудить.

И вновь по спине у меня побежали мурашки, только на сей раз не столько колючие, сколько огненные. Зареслав из дома Пламенной благодати явно не привык сдерживаться, и сейчас необходимость идти на уступки давалась ему с немалым трудом. Не желая раздражать его, я взял брошенный на низенький столик картуз и двинулся к двери.

— До встречи, сударыня…

— Нет, погоди! — остановила меня Заряна и упрямо взглянула на отца. — Я с ним ещё не закончила!

— Дело не терпит отлагательств!

— Дай нам пять минут!

Папенька и доченька принялись мериться взглядами, и епископ в итоге сдался.

— Пять минут! — повторил он и покинул будуар.

Я развёл руками.

— Ну и почему не принять Чарослава? Он же тебе понравился!

— Вздор! — отмахнулась Заряна. — С чего ты это взял?

— Ну я же не слепой!

— Не выдумывай! Чарослав — самовлюблённый зазнайка!

— Он — боярин, ему простительно!

— Вот именно что — боярин! Не удивлюсь, если папенька вознамерился выдать меня за него замуж! В случайность нашей встречи могла поверить только неисправимая дурочка!

— Ну и что с того? Хорошая партия!

— Я не собираюсь выходить замуж ради амбиций отца! — отрезала Заряна.

— Не уверен, что дело в амбициях. Скорее уж он выводит тебя из-под удара. Сначала разрешает отойти от семейной традиции и тем самым убирает причину для конфликта с отпрысками старшего брата. Ну а если ты выйдешь замуж за боярина, то войдёшь в род Пурпурного змея и не сможешь основать младшую ветвь дома.

— То есть это такая забота, ты считаешь?

— Не словом, но делом.

Барышня фыркнула.

— Тоже мне забота! Да как я ему в таком виде покажусь? Мало меня в приюте бесовкой обзывали?

Она указала на свой левый глаз,