Попаданка в жену Черного дракона. Развод уже подписан - Виолетта Вейл

вечера покупатели все-таки приходили. Нелла сходила к весовой, сказала, где мы стояли, и привела двоих. Усталая женщина с тележкой попросила налить погуще. Трое работников из бочарной поели прямо возле двери своей мастерской. Большинство людей у склада прошли мимо: они уже получили обед в другом месте.

Непроданные пирожки остыли. Я надломила один из первой партии, чтобы проверить начинку, и съела половину стоя. Вторую завернула обратно, хотя возвращать ее в продажу уже не собиралась.

Шесть марок выручки Нелла принесла в каюту после уборки. Часть серебром, остальное медью. Я сосчитала все дважды.

— Столько же отдали за закупку, — сказала она.

— Да. И часть продуктов еще осталась. Только работали сегодня все, а на ремонт мы этим почти ничего не прибавили.

Я сняла передник. На нем высохло тесто. Очень хотелось, чтобы никто больше не спрашивал меня ни о завтрашнем дне, ни о деньгах.

Вместо этого я пошла к Агне.

Она мыла последний противень. Услышав шаги, даже не обернулась.

— Еще что-нибудь печь будем?

— Сегодня нет. Я насчитала людей у склада и решила, что все они придут есть сюда. Даже не спросила, как у них устроен обед.

Агна поставила противень ребром.

— Про тесто тоже поговорим?

— Поговорим. Я приготовила больше, чем успевала посадить в печь. И ушла продавать, оставив тебе и кухню, и команду. Завтра так не будет.

Она вытерла руки.

— Госпожа, я тут раньше одна кормила, справлялась. Теперь хожу боком, спрашиваю, куда свою миску поставить. Вы за обеды деньги получать хотите, я понимаю. Только мне работать дайте.

Я посмотрела на стол. Когда-то сама просила владельца пекарни не оставлять сумку с ноутбуком там, где мы остужали хлеб. До чего же быстро все забывалось с другой стороны.

— Печь и порядок на кухне твои. Скажи, сколько теста брать на один раз и когда тебе нужен стол. Я займусь начинкой и разделкой, потом уйду к покупателям. Нелла будет собирать заказы. Вначале сделаем двенадцать. Если возьмут — повторим.

— И никаких новых котлов, пока я старые не убрала.

— Договорились.

Агна протянула мне вымытую доску.

— Тогда поставьте к стене. Ребром. А половинку пирога, которую в карман спрятали, съешьте. Завтра от нее одна крошка останется.

Я вытащила сверток, смутилась и засмеялась. Агна тоже чуть улыбнулась, но доску проверила: не прилегала ли мокрой стороной к стене.

На следующее утро я отправила Неллу к весовой раньше, чем открыла муку. Сама пошла к Селме за новой перевязкой для Ардена. Лекарка как раз собиралась к нам; я помогла донести сумку.

Она осмотрела его на борту, потом задержала меня за рукав. Я не успела спрятать руку.

— Это сегодня?

На пальцах краснели два небольших ожога. Я коснулась края горячего противня, когда пыталась быстрее снять первую партию.

— Вчера. Случайно.

— Отдыхать у вас, я смотрю, никто не умеет.

Селма оставила мне мазь и повторила Ардену, что обращение пока исключалось. Ходить по ровному разрешила, с отдыхом. Когда он попросил разрешения помогать на палубе, она спросила, что именно он собирался поднимать.

— Пока пустые корзины, — ответил он.

— С них и начните. Если станет плохо, сядете. Не после того, как закончите.

Мне понравился ее тон. Арден, видимо, заметил это и посмотрел на мои руки. Я убрала их за спину.

Нелла вернулась с именами тех, кто хотел поесть после разгрузки. Записала их на обрывке бумаги, возле каждого поставила число. Я принесла список Агне. Та пересчитала порции и впервые за утро кивнула без оговорок.

Мы разделали одну партию. Пока она пеклась, я нарезала оставшуюся начинку, убрала нож и вытерла за собой стол. Агна передвинула котел на освободившееся место. Никому не пришлось просить меня посторониться.

К полудню работа вошла в такой порядок, что я смогла на время отойти. Нелла позвала на палубу: она раскладывала бумаги из дорожной папки Лиоры. Вынула ее из сундука вместе с сыроватой тканью. Края обложки покоробились, листы слиплись у сгиба.

— Здесь что-то с цифрами, — сказала она. — Может, вам для счета пригодится. Только сначала досушим.

Я прижала ладонью верхний лист, чтобы его не унесло ветром. Вдоль края тянулись небольшие пятна. Чернила в середине сохранились хорошо.

«Закрытый береговой арсенал. Выдачи по отдельному содержанию».

Ниже шли даты, продукты, перевязочная ткань, масло. Возле сумм повторялось обозначение дома Норрел.

Я подвинула ближе второй лист. Те же мелкие буквы, что в записке Нелле. Поправленная цифра, узкий росчерк.

— Это она… я переписывала?

Нелла разгладила обертку от папки.

— Ваш почерк. Вы по вечерам за столом сидели. Мне казалось, письма. Этих листов мне не показывали.

Я опустилась на корточки, чтобы прочесть остальное. Четыре листа. Несколько месяцев выдач; в конце — снабжение на перевод с берега. Название нашего судна стояло возле расхода на перевозку.

— Позови Йорена. Пожалуйста.

Нелла ушла, а я осталась, удерживая края бумаг. Я не знала, откуда Лиора брала записи и кому собиралась показать. Нелла могла только узнать почерк.

Йорен присел рядом. Прочел, потер висок у повязки.

— Арсенал мы снабжали. Я там эти тюки сам считал. Но отдельное содержание… Нам говорили, для караула.

— Вы можете подтвердить даты?

— По судовой книге посмотрю. Что помню, назову. Только здесь ведь не написано, что платили за пленника.

— Нет. И кто приказал открыть воду, тоже не написано.

Я осторожно разъединила два листа. Один угол надорвался, и я сразу остановилась.

— Нужно, чтобы это посмотрел кто-нибудь на берегу. Вместе с тем, что вы сохранили после ремонта.

Йорен кивнул.

— Смотрителю я о Роуте рассказал. Он велел к писцу зайти, приметы оставить для стражи. Пойдем сейчас?

Обед я пока оставила Агне. До вечера могло найтись еще десять причин никуда не идти.

— Дайте мне несколько минут. Агну предупрежу.

Арден был в столовой. Я положила перед ним сухие листы и спросила, узнавал ли он что-нибудь.

Он не стал тянуться ко всей пачке. Взял верхний, прочел. Вопрос о дате повторил дважды, сравнивая ее с соседней строкой.

— В это время сменили караул, — сказал он. — Мне принесли новое одеяло. Старое забрали. Больше я вам по этим расходам не скажу.

— Я хочу передать копии вместе с заявлением о покушении. В Белые ворота. Ваше имя можно назвать?

Арден положил лист на стол.

— Можно. Свои показания я тоже дам. Только о том, что видел сам. Эта