Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований XIX–XX столетий. Книга XII - Алексей Ракитин

кожу можно было сделать инъекции клея, который после затвердевания придал бы кончикам пальцев подобие их первоначальной формы. Но пальцы нельзя было поместить в глицерин на три или четыре часа, пока они оставались на руке. Поэтому Дюмон, воспользовавшись обычным секатором, попросту отрезал пальцы рук. Сначала у первого трупа. Потом у второго. Когда дело дошло до третьего, у Дюмона закончилась посуда и глицерин.

Ему сразу же доставили и то, и другое, а потому эксперт смог довольно быстро закончить свою работу. Ещё до того момента, как судебный медик Теодор Хэлмболд (Theodore Helmbold) смог представить собравшимся в Стоув-тауншип результаты своей работы — а произошло это немногим позже 17 часов всё того же 3 мая — Лео Дюмон заявил коллегам, что ему удалось с приемлемым качеством дактилоскопировать два из трёх найденных в тот день трупов.

Немногим позже 17 часов доктор Хэлмболд на брифинге для представителей правоохранительных органов подвёл предварительный итог своей работы с телами, найденными в тот день ранее. Убитые являлись белыми мужчинами не выше 173 см ростом и имели вес 70 кг или чуть более. То есть их можно считать людьми, получавшими достаточное питание. В отношении причины смерти трупов № 2 и № 3, если нумеровать их в порядке обнаружения, эксперт высказался вполне определённо — декапитация — а вот для тела № 1 Хэлмболд от каких-либо выводов воздержался. Причиной тому стало необычное состояние тела — оно оказалось полностью обескровлено и как будто бы подверглось в какой-то момент заморозке и последующие разморозке. По этой причине сделать заключение о прижизненности отделения головы специалист не мог. В принципе, нельзя было исключать того, что смертельная травма находилась именно на отсутствующей голове [другими словами, его могли убить, скажем, выстрелом в голову и уже после этого отделить голову, но последующая разморозка тела повлияла на состояние разреза и не позволила прийти к однозначному выводу].

О давности смерти врач во всех трёх случаях высказался однотипно — таковая могла последовать в интервале от 3 до 12 недель до момента обнаружения останков.

Обнаружение расчленённых тел 3 мая на железнодорожной станции в Стоув-тауншип не прошло незамеченным — на это событие в последующие дни американская пресса отреагировала шквалом публикаций. О виновности «Безумного Мясника» из Кливленда в этих убийствах в начале мая 1940 года не написал только ленивый — это было общее место газетных статей той поры.

Доктор Хэлмболд позволил себе сообщить кое-какие соображения о личности преступника. По мнению эксперта во всех трёх случаях действовал один и тот же убийца, который использовал одно и то же орудие. Этот человек вне всяких сомнений имел определённый навык в том, что делал.

Опросом железнодорожников детективы установили, что в декабре 1939 года, т. е. приблизительно пятью месяцами ранее описываемых событий, в одном из вагонов, прибывших для разделки на металлолом, был найден свёрток мужской окровавленной одежды. В свёртке находилась пара старых ботинок, две рубашки, два мужских костюма, джинсовая куртка — всё это было завёрнуто в пальто и перетянуто поясным ремнём. Кто-то из рабочих, видевших эхти вещи, припомнил, что на пальто была этикетка магазина одежды из города Цинциннати.

Рабочие, сообразив, что окровавленная одежда может быть связана с преступлением, оповестили местную службу шерифа. Обладатели красивых медных звёзд приехали в Стоув-тауншип, забрали одежду и уехали. Теперь же, в начале мая, их попросили предъявить возможные улики детективам. Выяснилось, однако, что никто не знает, где они находятся. Причина оказалась весьма уважительной — за минувшие с декабря 1939 года месяцы склад улик службы шерифа переехал в новое здание и, по-видимому, часть хранения оказалась утеряна.

Однако это было ещё не всё!

Изучая документацию о движении вагонов № 80179, № 51224 и № 33850 — тех самых, где 3 мая были найдены расчленённые мёртвые тела — сыскари узнали, что все эти вагоны некоторое время находились в «отстойнике» на станции Стратерс, штат Огайо. В феврале 1940 года там произошёл пожар, в результате которого один из старых вагонов полностью сгорел. Остов его до сих пор оставался на своём месте без движения.

Это сообщение до такой степени заинтриговало Питера Мерило, что тот не поленился лично отправиться в Стратерс дабы осмотреть место пожара. Предположение о наличии в сгоревшем вагоне ещё одного трупа выглядело логичным. Однако никаких останков найти так и не удалось. Пожар этот произошёл, по-видимому, по причине, никак не связанной с активностью убийцы.

Передвижения всех 3-х вагонов на протяжении последних полутора лет [с декабря 1938 года] были восстановлены с точностью до дня. Сведя воедино всю известную информацию, следственная группа, составленная из детективов Кливленда, Питтсбурга, Янгстауна и Нью-Касла, пришла к выводу, согласно которому все трое мужчин, чьи тела были обнаружены 3 мая 1940 года, были убиты в Янгстауне.

Был сделан и другой вывод, совсем неочевидный. Детективы посчитали, что жертвы не жили в тех вагонах, где оказались найдены их тела — убийца перетащил туда трупы просто в силу доступности вагонов. До момента нападения преступник и будущая жертва проводили время вместе в другом вагоне из числа 19-и, отправленных в Стоув-тауншип для разборки. Это предположение выглядело совсем даже не очевидным, но опытные полицейские посчитали, что убийца приглашал потенциальную жертву в «свой» вагон, где и начинал нападение. С целью проверки этого предположения все 19 вагонов были тщательно обысканы, в результате чего в одном из них были найдены человеческие волосы числом более 70-и, явно происходившие от разных людей. Другой любопытной находкой стал окурок «самокрутки» с марихуаной. Также были найдены обрывки папиросной бумаги с кровавыми помарками. Детективы посчитали, что нашли вагон, в котором некоторое время проживал сам «Безумный Мясник» и именно в этот вагон преступник приглашал человека, которого намеревался через некоторое время убить.

Между тем Лео Дюмон, покопавшись в доступных ему базах данных преступников, сумел идентифицировать одну из жертв, найденных 3 мая. Это была огромная удача правоохранительных органов, дававшая шанс проследить путь погибшего человека до момента его встречи с убийцей. Тело, найденное в вагоне № 33850 — последнее по времени обнаружения — принадлежало Джеймсу Дэвиду Никельсону (James David Nickelson), бродяге, имевшему довольно длинный список правонарушений.

Так, например, 13 марта 1929 года он был задержан в городе Вокигане (Waukegan), штат Иллинойс, на основании ордера, выписанного судом в Либертсвилле (Libertyville), штат Иллинойс. Никельсон подозревался в ограблении и был возвращён в Либертсвилль для того, чтобы предстать перед судом. От обвинений он тогда сумел отбиться, но ненадолго.

Уже 29 ноября всё того же 1929 года Джеймс