Вероятностный чародей - Олег Рония

женщины стреляли, каапята подносили патроны; старшие дети организовали полевую медицину. Меккер, прижав уши, делал меткие одиночные выстрелы из обвешанного разными высокотехнологичными штуками помпового ружья в сторону баррикады банапурцев, которую те составили из переносных абордажных щитов.

– Совсем не отстреливаются, – заметил он Гвин, оборачиваясь и беря ещё горсть патронов. – Наверняка пакость готовят!

– Тут Пинни с отрядом куда-то проскакала, говорит, что банапурцы повсюду отступают! – ответила жена.

– Хм-м-м-м… – Меккер немного поразмыслил и послал к вражеской баррикаде разведку, прихватившую на всякий случай белый парламентерский флаг. Разведка скоро прискакала обратно, сообщив, что никаких банапурцев за укреплением уже нет. Меккер помрачнел, велел занять вражескую баррикаду и поскакал на ближайшую крышу.

Оттуда видно было, как небольшие банапурские десантные дирижабли поспешно отваливают от города, среди их роя торопливо набирали высоту огромные бронированные суда, отходя подальше. Жители поливали отставших из зенитных пулеметов. Столп Саршары неторопливо вращался уже в десятке лиг от Барсино.

– Либо мы обратили их в бегство, – заметил Меккер задумчиво, – тогда это чудо; либо они отступают – и тогда нас ждет колдовство…

– Черти ветряные! – порывисто воскликнул он вдруг.

Исполинская тень наползала на мир, закрывая флот ведьмы – признаюсь, это было что-то невообразимое! Тьма уже покрыла «Край ночи»; теперь она стремительно набегала на город.

***

Из дневника Герти

Честно говорю, я совершенно растерялась. Видимо, такой поток событий для меня все же слишком. Кроме того, я жутко переживала за Пинни и за Штосса – они ведь оба в Барсино! Но переживания, как известно, двигатель не починят.

Я стала стремительно соображать. Стены защитного купола ведьм непроницаемы и окликать их бесполезно. Аша погружена в заклятие. Но она ведь не хочет убивать всех в Барсино! Наверняка в спешке просто не расшифровала колдовские знаки – и повторяет то, что ей мама велела. Да и в картах и расчетах Аша, как известно, не сильна.

Надо как-то её предупредить. Но в куполе ничего ведь не слышно…

Я повернулась к Чиппи.

– Тео! Ты сможешь сотворить яркую вспышку света? – Чиппи кивнула. – А большой лист бумаги у тебя найдется? И карандаши, если можно – цветные! В безразмерной сумке Чиппи все это обнаружилось.

Я бросилась ничком на пол и принялась в бешеном темпе разрисовывать лист. Получилось неряшливо, но экспрессивно – столп «Края ночи» сбоку, заштрихованная черная гора сверху и Барсино с замками в половину рисунка – по центру. От горы шла жирная стрелка и кончалась прямо на верхушке горы Барсино.

Спифи смотрел из-за спины на мою работу очень одобрительно.

– Слушай, Гер, я и сам бы лучше не придумал!

Но было не до комплиментов. Подняв голову, я увидала в небе темное пятнышко. Оно росло со сверхъестественной прытью!

– Тео! Огонь!

– Глаза закройте. – И Чиппи навероятила такую вспышку, что нас ослепило даже через плотно зажмуренные веки.

Когда мы открыли их, Аша и ведьма смотрели на нас из-за завесы. Одна недоуменно, а вторая – сурово.

Тут я поняла, что не подняла мой плакат. Я вскинула его, но ветер тут же сдул бумагу в трубку. Спифи помог мне раскрыть его. Вместе мы стояли, держа развернутый плакат за концы.

В глазах Аши сияло недоумение… и она поняла! Потерянно оглядев магические формулы, она резко двинула руками. Саршара что-то кричала ей за завесой. Один из магических знаков сдвинулся, и гора в небесах изменила свой путь.

Мы подняли головы. Богиня! Гора приближалась, заполняла небо, падая прямо на нас!

***

Интерлюдия Наблюдателя.

Горожане, остолбенев, смотрели, как густая тень проходит над ними. Другой её край промчался сперва над цитаделью ведьмы, потом над флотом, возвращая миру свет. Чудовищной силы удар сотряс землю – будто рухнули небеса. Землетрясение опрокинуло с ног даже наиболее стойких к ударам стихии каапи, а когда жители поднялись, у всех вырвался крик изумления и ужаса.

В половине лиги от города лежала невообразимая масса тьмы, по сравнению с которой гора Барсино казалось кучкой песка. Камень был темным, как самая глухая из ночей; гора поднималась изорванным нагромождением утесов и пиков на десятки лиг над равниной. Черная гора оказалось не скалой в обычном понимании – скорее это был кусок Темной луны, вырванный из нее в незапамятные времена Великой войны мафуров и Господина горы. Исполинский, разлапистый комок каменной тверди, раскаленный недавним падением сквозь атмосферу. Мгновение люди, пораженные, глядели на него, затем Темную гору покрыли клубы пара – воды океана закипали. Пар поднимался все выше, шипела раскаленная вода, постепенно осколок охладился и пар начал расходиться.

Спифи, Герти, Аша, Алекса, Раджан Магрибинец и сама ведьма глядели, пораженные делом рук своих. Клубы пара расходились, открывая фигуры-исполины, вставшие вокруг Черной горы. Ростом выше башен Барсино, они поднимались, клубясь и изменяясь – уродливые пародии на людей. Один из них сделал шаг к ближайшему дирижаблю ведьмы. Рука его размахнулась, обретая плотность. Торопливый поток воздушных шлюпок отходил от банапурского судна. Кулак титана обратил крейсер в гору обломков. Живой туман тут же проглотил остатки дирижабля.

– Как ты собиралась подчинять ИХ? Амра! – В ярости воскликнул Магрибинец. Завеса растаяла, и Аша и её мать снова могли их слышать.

Ведьма была бледна.

Несколько секунд она не могла говорить, лишь тяжело дышала.

– Не их. ЕГО. – Палец её указал на вершину обломка планеты.

Там клубилась, постепенно выходя из недр Черной горы, огромное, сияющее тьмой облако. От спин великанов к нему тянулись нити – сотканные из дыма веревочки марионеток. Облако росло ввысь и вширь – и вот над вершиной Черной горы зависло исполинское лицо – жестокая, перетекающая и меняющаяся пародия на человеческий лик.

Глава 26. Вероятностный чародей

Пламя издал торжествующий крик и волной огня понесся к своему господину. Рука его легонько коснулась плеча Аши и выхватила Джафа. Тот, протестующе визжа, втянулся в массу Пламени. Пылающий демон, как комета, помчался к горе. Там он влился в торжествующе кричащий безумный хор – все новые и новые живые кометы вылетали из Черной горы, славя своего Господина. Огненный водоворот крутился над его головой.

– Не знаю, как насчет создания новых реальностей, а стереть все живое с лица планеты для него – раз плюнуть, – Раджан побледнел ещё больше.

Герти прижалась к Спифи, а тот – к ней. Козы сбились вокруг Гериона, безумно мекая. Алекса подошла к Чиппи и, не глядя, нащупала её руку. Та вздохнула и поправила очки на переносице.

Раджан несколько мгновений глядел на Господина горы, а потом обернулся к жене и дочери.

– Мы затеяли