Далекие острова - Игорь Вереснев

Ржавикина не ответила. Развернулась, шагнула к двери. Но не удержалась, спросила:

— Всё же я не понимаю, при чём здесь мифический «советник Берг»?

— И хорошо, что не понимаете. Для вас спокойнее.

Эпилог

Диана ждала за турникетом столичного космовокзала. Пристинская замедлила шаг. А чего, собственно, она ожидала, посылая доктора к Бергу? Что ей предоставят свободу передвижения на Земле?

— Привет! Рада видеть тебя! — Арман, не дав времени на возражения, вырвала из рук сумку и быстро чмокнув в щёку, потащила к выходу. — У меня билеты на рейс до Симферополя, отправление через час двадцать. Поторапливайся, ждать не будут.

— Я думала, ты на персональном транспорте.

— А ты не думай, просто иди и улыбайся. Здесь не одна я тебя встречаю. Смотри, какие приятные ребята на свидание явились.

Навстречу неторопливо шли двое парней в элегантных серых плащах с дежурными улыбками на лицах. Внезапно Елена вспомнила гангстеров из Вашингтон-Сити. У главаря была такая высокопарная кличка… Король? Нет, Герцог, кажется… Да чёрт с ним, тем более, эти ребята наверняка не гангстеры. Опаснее.

— Добрый день. Если не ошибаюсь, вы — командир Елена Пристинская? Разрешите представиться — инспектор службы безопасности космофлота Сильвио Палетти, — в руках того, кто шёл первым, появилась синяя с серебром карточка удостоверения. — Прошу пройти с нами.

— К сожалению, это невозможно. Командир Пристинская уже согласилась пройти со мной, — Диана обворожительно улыбнулась и помахала перед лицами оперативников своим удостоверением. Почти таким же, как их собственные, только ало-золотым.

Инспектор Палетти растерялся:

— Но как же так, капитан? СБК ведёт официальное расследование. Командир Пристинская нам необходима для допроса. Вы не имеете пра…

— Что-что? — улыбка исчезла с лица Арман, будто её и не было. — Я не разобрала последнюю фразу, инспектор?

— Извините, капитан, но у нас приказ. Подписанный начальником СБК!

— И где же он?

Парень с готовностью извлёк из недр своего плаща пластиковый прямоугольник, вставил в виз. Диана внимательно изучила документ и важно кивнула.

— Действительно, приказ. Что же нам с ним теперь делать? Не будем шокировать окружающих, инспектор. Вон там, справа, мужской туалет. Ступайте быстренько туда и по дороге обдумайте, куда следует засунуть этот приказ.

Елена невольно прыснула, увидев, как вытянулись лица оперативников. А Диана уже тащила её к выходу из космовокзала. События разворачивались так стремительно, что отдышаться они смогли, лишь устроившись в удобных креслах авиалайнера.

— Не слишком грубо ты обошлась с ребятами?

— А что делать оставалось? Нельзя дать им опомниться. Толку, что у меня звание и должность выше. У них приказ, а у меня что? Одна природная наглость.

— Меня в самом деле могут арестовать?

— Тебя обязаны арестовать! А ты как думала? Весь СБК на ушах стоит! Ты умудрилась нарушить всё, что только можно. — Диана быстро взглянула на неё, улыбнулась чуть заметно: — Ладно, не принимай близко к сердцу, прорвёмся. К отцу я тебя доставлю, а что дальше делать — решайте с ним.

В аэропорту Симферополя всё прошло по плану Арман. Вероятно, оперативники не хотели привлекать излишнего внимания, не стали встречать их у трапа. Зато голубой служебный мобиль с белой чайкой на дверце, эмблемой Восточно-Европейских Авиалиний, подкатил, едва женщины ступили на пластбетон. Диана махнула рукой, приглашая: «Это за нами». До скромно пристроившейся на краю лётного поля авиетки они домчали так быстро, что Елена не успела разглядеть парня за рулём. Судя по всему, он и не стремился познакомиться, даже на приветствие не ответил. А спутница чувствительно толкнула в бок и, строго покачав головой, заметила: «Меньше знаешь — крепче спишь».

Перед тем как забраться в авиетку, Арман поинтересовалась:

— Может, сядешь за руль? Думаю, ты водишь эту штуку лучше меня. А то ребята могут попробовать перехватить нас в воздухе.

Пристинская укоризненно посмотрела на подругу.

— Ты же знаешь, у меня амнезия!

— Что, разучилась пилотировать?

— Не знаю! Я ни в чём сейчас не уверенна! Вдруг я забыла что-то важное? Я не собираюсь рисковать твоей жизнью.

— Извини, — Диана примирительно улыбнулась. — Залезай, покатаю тебя сегодня.

Советник Берг встречал их на крыльце. Как обычно в джинсах и рубашке с короткими рукавами, хоть весенний день был достаточно прохладным.

— Здравствуйте, Лена! С возвращением! — приветливо улыбаясь, советник отворил дверь. — Очень рад вас видеть. Проголодались в дороге? Пойдёмте в столовую, я там кое-что приготовил.

— Спасибо.

Она шла, оглядываясь по сторонам. Вроде бы ничего не забыла: гостиная, внутренний дворик с пальмой, ванна, столовая. На столе — банки с пивом, нарезанный хлеб, тарелки с дымящимися сосисками.

— Так-так! — Диана остановилась в дверях и, уперев руки в бока, укоризненно покачала головой. — Это называется «приготовил»! Мог бы хоть картошки нажарить или спагетти отварить!

Шутливая перебранка отца и дочери тоже как прежде. Будто лишь пару дней назад Елена закрыла калитку этого дома. Будто не было прыжка к Вашингтону, затем — к Горгоне… будто спала, а теперь проснулась.

— Представляешь, пришлось Ленку из-под носа у эсбэкашек стащить. У них и приказ есть, — принялась рассказывать Диана, едва они сели за стол.

— Я уже всё уладил. Как Янош не юлил, а пришлось ему согласиться, что это дело следует спускать на тормозах.

— Значит, дело закроют?

— Не совсем. Им же нужно соблюдать формальности. Елене придётся встретиться со следователем, ответить на некоторые вопросы. — Советник помолчал, дожёвывая сосиску и, взглянув на гостью, добавил: — Лучшим ответом будет «не помню». Мне так кажется.

— Ясно, — криво усмехнулась Пристинская. — Самое смешное, что мне и врать-то в этом не придётся. Кстати, я ещё не поблагодарила за то, что вытащили меня из карантина. Из сектора «сигма».

Берг смущённо развёл руками.

— Наверное, не сладко там было?

— Что вы, настоящий санаторий! Ешь, спи сколько хочешь, и никаких забот!

— Я понимаю ваш сарказм. Но подобраться к сектору «сигма» не так просто. И потом, до последнего времени не было уверенности, что вы не утратите память полностью.

— Вы хотите сказать, что я могла забыть всё? — Елена опустила вилку.

— Да. Вы могли разучиться не только читать и считать, но и ходить, и разговаривать. А может быть — и дышать. На счастье, обошлось. Ваш доктор настояла на применении неких… э-э-э…