Гнев бумажного императора. Часть 2 - Дмитрий Ласточкин

— Ну, если здесь моя голова, то зашли вы через… через… ха-ха-ха!

Через, блядь, жопу! Значит, ве6сь этот хребет — драконье тело, а мы забрались в его задницу и там копошились! Хотя постойте ка.

— Но… почему тут так много всяких паразитов и формаций?

— Потому что моё тело мертво, хоть и бессмертно. Жив только я, остаток души бывшего меня. — истеричная весёлость сменилась грустью.

— Хм, если ты бессмертен, то как ты стал мёртвым?

— Убили меня, конечно же. Бессмертные умеют убивать бессмертных. — хмыкнул на мою недогадливость дракончик. — Снаружи что — позабыли про войны, которые мы вели с пришельцами⁈

— К-какими прищельцами? — я ещё больше удивился. — Никогда про такое и не слышала!

— Ясно. — дракончик нервно махнул хвостом. — Вот, значит, как дела обстоят. А звери-то ещё остались? Которые могут культивировать?

— Конечно. И немало. Можно сказать, что они даже занимают больше земель, чем люди.

— Хорошо. — как-то успокоенно выдохнул дракончик.

— Старший. — я добавил в голос почтения. — А ты можешь рассказать мне об этих войнах?

— Рассказать? — задумчиво сделал круг дракончик, как бы пробуя эту мысль на вкус. — Хорошо! Ты знаешь, что было в самом начале Тридцати Трёх небес?

— Тридцати Трёх? Небес всего девять! Ни о каких других небесах никто и не знает!

— Вот как? — мой собеседник снова опечалился. — Тогда слушай.

Он вздохнул и изогнулся в позе, напоминающей то ли вопросительный знак, то ли то, как он бы сидел на стуле.

— В самом начале было Тридцать Три неба, тридцать три мира, что были соединены одной судьбой. И мы, демонические звери, демоны, правили этими мирами! Мы могли расти, поглощая силу мира вокруг, съедая растения и даже других демонов! Всё было пищей для того, чтоб мы становились сильнее!

— А люди? — робко спросил я.

— Люди? — с неудовольствием поморщился дракончик. — Люди были слабым видом, путающимся под нашими ногами. Они не умели культивировать, как мы, просто поглощая земные и морские дары. Бесполезные существа! Так нам тогда казалось.

Синий вздохнул, сожалея о былой слепоте.

— Но потом пришли они — пришельцы из иного мира! — в голосе его прорезалась настоящая ненависть. — Они были похожи на вас, людей, но владели культивацией. Такой сильной, что за считанные столетия они смели нас на всех тридцати трёх небесах! Сильнейшие из нас пали, сраженные магией пришельцев, а их тела превратили в оружие и защиту! Пришельцы лесным пожаром пронеслись по мирам, вырывая из них всё ценное, что могли найти.

Ясно. Ленивые демоны жили себе поживали, пока не пришли те, кто смогли надрать их ленивый зад.

— Но они недолго радовались. — продолжил дракончик. — В мир явились новые пришельцы! Даже те, первые, не ожидали такого. Новые были из другой расы и сразу же обрушились всей своей силой на первых вторженцев! Разразилась война, даже более кровавая, чем война между нами и первыми пришельцами!

Призрак замолчал, переживая давние события заново.

— Я родился в самый разгар этой войны. Истинный дракон ветра! Дитя свободы! Мне предназначено было парить в бескрайних небесах, купаться в смертоносных для всех других ветрах, быть правителем миров!

Вместе с голосом у меня в голове вдруг начали появляться картины, видимо, воспоминания дракона. Я видел мир с каменным небом, по которому ползли огненные реки, и в небе этого мира играл, выписывая петли, молодой дракон, похожий на колбасу с лапками.

— Но почти с самого рождения мне приходилось сражаться! Наши старшие, не только драконов, но и всех зверей, те, что выжили в предыдущей бойне, решили присоединиться ко вторым пришельцам. Мы жаждали победить первых! А то, что вторые выглядели иначе, чем люди, чем первые, прибавляло у нас доверия к ним. И пришельцы согласились! Они открыли нам тайны своей культивации, позволив этим увеличивать наши силы невероятными темпами! Объединившись, мы теснили первый вторженцев во всех Тридцати Трёх мирах!

Картины этих сражений возникали в моей голове. Целые орды демонических зверей, от которых чернело небо и земля, атаковали величественные крепости, шпили которых, казалось, пронзали небо да самых огненных рек. И среди этих орд шли другие монстры — шестирукие гиганты, от которых веяло чудовищной силой и смертью. Гиганты создавали огненные смерчи и дожди из самой Смерти, что разрушали стены крепостей, и туда вливались потоки зверей, не щадя ни себя, ни обороняющихся.

— Целые миры рушились под ударами обеих сторон! Они разваливались на куски, а те твари, что живут между мирами и не имеют никакого отношения к истинным демонам, жрали осколки мира и наших раненых!

Голос вторил апокалиптическим картинам. Огненные реки на небесах лопались и падали на землю. И это были не крошечные ниточки, как кажется с поверхности, а чудовищной толщины потоки пламени, которые легко разрезали сам мир. Он разваливался на осколки, а из разрывов между ними вылезали чудовищные головы с тысячами глаз — и глотали людей, зверей и даже грызли саму плоть мира, откусывая и глотая кусками.

— Ненавистные нам пришельцы не выдержали. — как-то грустно продолжил дракон. — Они отступили, спрятались в самих дальних уголках миров. А наши верные союзники, те, кто пришли во второй волне, обратили своё оружие против нас! Мы совсем этого не ожидали! Но попытались дать ответ — и с ужасом увидели, что культивация, которой нас обучили эти предатели, не помогает нам, а обессиливает!

Перед глазами пронеслись видения мириадов демонов, грудами мёртвых тел валяющихся на залитых их же кровью землях. Среди этих груд шагали шестирукие гиганты и безжалостно давили раненых.

— Я сопротивлялся изо всех сил… К этому моменту я стал вождём своего народа! Сильнейшим драконом за все времена! Возможно, именно потому, что не использовал подачки, что нам кинули эти предатели. Моя культивация не рассеялась, и шестирукие ублюдки дорого платили за свою подлость везде, где я появлялся!

В видениях огромный дракон, что мог затмить собой небо, рвал когтями и плющил хвостом гигантов, бессильных перед его мощью.

— Но даже мне пришлось отступить и спрятаться, даже я не мог бороться в одиночестве. Найдя укромное место, я стал зализывать свои раны. — торжественный тон дракончика сменился на печальный. — И я даже обрадовался, когда узнал, что первые пришельцы атаковали предателей! Они тогда затаились