Амнезия. Мой не бывший - Иден Хол

– С дороги!

Жму педаль и с грохотом выношу ворота!

Глава 48

Илья

Ворота сминаются, и створки разлетаются от капота моего мощного внедорожника, я въезжаю на территорию в одно мгновение, но вместе с этим ударом следует и логичный второй. Практически сразу с хлопком надувается подушка безопасности и бьет в лицо.

Меня откидывает в подголовник, перед глазами вспышка и звон в ушах.

Но самым удивительным образом я не в шоке, а наоборот вдруг начинаю ясней мыслить. За коротким туманом приходит прояснение, несущееся на волне адреналина.

Со скрежетом отбрасывается сломанная створка ворот, завалившаяся сбоку на машину, и водительская дверь распахивается. Руки хватают меня за одежду и выдергивают с сидения.

– Ты охренел?! Это частная территория! – две пары рук дергают меня как куклу и, прежде чем я успеваю среагировать. Едва встаю на ноги, бросают грудью на высокий борт машины, впечатывают в него и пытаются вдвоем заломить руки.

Охрана! Их двое!

– А ну, убрали руки от него! – раздается громкий знакомый крик и я тут же свободен. Разворачиваюсь, чтобы увидеть как Руслан, отшвыривает с силой одного из охранников, а второй кидается на него.

Я быстро ориентируюсь и делаю подсечку ногой этому второму, и он спотыкается, так и не добравшись до Руслана.

– Вы незаконно вторглись! – орет один. – Всем стоять!

– Я вызываю полицию! – второй, поднимается и бежит в сторону будки сбоку от бывших ворот.

Руслан оказывается не промах и с легкостью скручивает того, что кинулся на него.

– Воронов! В дом! – кричит он.

Я сразу понимаю, о чем он, Полина внутри, а он задержит охрану. Нужно действовать быстрей, и я, слегка шатаясь, бегу в дом, в окнах которого зажигается свет.

Кто бы там ни был, спать вы больше не будете!

У меня есть цель забрать мою женщину и преград больше не существует!

За  моей спиной возня и крики, площадка перед домом не такая уж большая, и я за пару мгновений оказываюсь возле входной двери в пафосный классический особняк. В следующее движение я уже готов врубиться в нее кулаками или плечом. Но к моему удивлению дверь приоткрывается.

– Что здесь проис… – не успевает договорить Толкунов, когда я вырываю дверь из его руки и вталкиваю его самого в дом.

– Где она? – меня даже Игорь не так волнует, как Полина, оттолкнув его, иду вглубь дома.

– Воронов!? Ты совсем спятил? Что творишь?

Я через длинный холл в кухню-столовую, там пусто, возвращаюсь, взгляд устремлен вперед на проем к гостиной.

– Ты слышишь вообще меня! Какого черта ты здесь забыл? – Игорь цепляет меня за плечо и разворачивает к себе.

– Где Полина? Сам скажешь или мне весь дом обыскать?

– Это мой дом! Ты сломал мне ворота, вломился без приглашения!

– Ты сказал, что повез ее к себе домой, – испепеляю его взглядом.

– Совсем умом тронулся, Воронов?! Ты бросил мою сестру и примчался искать мою невесту?

– Бросил? – нависаю над ним, я выше. – А с чего ты это взял? Уже доложилась? Что вы еще вместе планировали?

– Ты бредишь!

– Откуда ты узнал? – делаю угрожающий шаг навстречу.

– Она просто позвонила мне и сказала, что в больнице и что тебя нет рядом! Я ее брат, кому еще сообщать такие вещи?! Раз тебе плевать на невесту и твоего ребенка!

– Моего… – морщусь, – ребенка? А он вообще есть? Вы не придумали его? В чем вы еще мне наврали? – чем дальше, тем сильней мой гнев. Каждая мысль о Свете приводит меня к выводу, что фальшивым могло быть что угодно!

– Ты подлец! – взвивается Игорь, – решил отказаться от ребенка, которого сделал?

– Нет! Как раз от него я не отказался и приехал забрать вместе с его матерью! – разворачиваюсь, чтобы продолжить путь по дому. – Полина!

– Ты не имеешь никакого права вламываться и обыскивать мой дом, Воронов! Пошел вон! – Игорь хватает меня за плечо и толкает в стену, от дружбы или даже субординации не остается и следа. – Я не позволю оскорблять мою сестру! И тем более пытаться забрать мою женщину! Полина моя! – цедит он с ненавистью, краснея, – моя невеста!

– Полина! – я игнорирую его и кричу вновь.

– Никуда она не пойдет! Уже глубокая ночь, мы уже легли спать!

– Легли спать? И поэтому ты до сих пор в костюме? – тыкаю ему в лицо откровенным несоответствием. – Где ты ее держишь?

– Нигде не держу! Она здесь добровольно! Это ее выбор, ты понимаешь? После всего, что ты ей сделал, это логичный исход! Она выбрала меня, а тебя никогда не просит!

– Пусть скажет мне это сама! – пытаюсь отодвинуть упрямца, – как только скажет, глядя в глаза, тогда и поверю! Полина! – кричу еще громче, чтобы было слышно в любом уголке дома.

– Как ты меня достал, Воронов! Я вызываю охрану, тебя выкинут из моего дома! – достает телефон из пиджака.

– Твоя охрана занята и вряд ли прибежит.

Я обхожу его и возвращаюсь в холл, у меня варианты обшарить оставшиеся комнаты внизу или… поднимаю взгляд на лестницу на второй этаж. Моему взору открывается вид на пару дверей прямо за балконным ограждением. Большой вероятностью это спальни.

– Черт, возьми, да где эти олухи?! – ругается Толкунов, явно не добившись ответа от охраны.

Руслан красавчик!

Я делаю свой выбор и спешу наверх по лестнице. Через пару ступеней меня вдруг обгоняет Игорь.

– Никуда ты не пойдешь! Убирайся из моего дома! Я больше тебя терпеть не буду! – и толкает, будто уже с лестницы спустить готов. Куда делось его фирменное хладнокровие?

– Меня терпеть? – и мои эмоции зашкаливает, а мозг работает все быстрей от накатывающего стресса. – И сколько же вам со Светой пришлось меня терпеть? Ты ведь все знал с самого начала, да? – даже без полных воспоминаний у меня случается внезапное прозрение. – Ты знал абсолютно все! И поддерживал ложь Светы, о наших отношениях на протяжении месяцев!

– Что за чушь?! У тебя окончательно поплыли мозги и ты решил найти крайнего?

– Ты ведь не мог не знать, что она жила в Дубае! – тычу пальцем в его грудь. Игорь стоит на две ступени выше меня и пытается преградить путь собой.

– Не выдавай свои галлюцинации за реальность, Илья! Света жила с тобой!

– Это не галлюцинации, – криво улыбаюсь, – я нашел ее загранпаспорт! Там отчетливые штампы о прибытии и убытии из Эмиратов! – информация сама собирается в логические цепочки в моем мозгу, и я понимаю, насколько масштабной это была ложь. Как