На два импульса - Амалия Мо

Сейчас, как никогда, хотелось услышать хорошие новости. Узнать, что Орин в порядке и его не коснулся весь кошмар, но брови моего первокровного нахмурились, когда он поднёс телефон к уху.

– Понял. Сейчас буду, – коротко ответил Калеб на реплику брата, которую я не услышала.

Он убрал телефон обратно и снова посмотрел на меня. Я уже видела в его глазах то выражение, с которым люди прощаются. По инерции я отшатнулась и принялась мотать головой.

– Нет, Калеб…

Что-то внутри кричало, что нам нельзя расставаться. Глубинный страх сумел пробраться сквозь навалившуюся тяжесть. Я до сих пор не ощущала безопасности, казалось, что Верховные могут в любую минуту прийти и снова забрать его у меня. Вопрос с судом так и висел над головой. А ещё Седрик и их нездоровая месть. Странности с Зои и пропажа разработок препарата.

– Ты не можешь… – продолжала я, пытаясь сформировать мысли в предложения.

Калеб притянул меня, заставляя положить голову ему на грудь. Пальцы зарылись в пряди. Я ощущала, что его сердце не колотится, как сумасшедшее, в отличие от моего собственного…

– Кая, успокойся, – прошептал он. – Я всего лишь кое-что проверю. Орина не было в его квартире. Демиан и Меган отправились по его следам, подключив ищеек Берроуза. Есть зацепка, но им может понадобиться помощь.

– А что, если это засада? Если они специально хотят выманить вас… К тому же, я останусь здесь с Венерой, вдруг… – от этих мыслей я поморщилась. Не хотелось представлять, что может что-то произойти, но почему-то дурное предчувствие не покидало.

– Если не разобраться с этим, то этот страх постоянно будет преследовать. Именно поэтому я хочу поскорее решить эту проблему. Понимаешь?

Я понимала. Но только на словах. На деле ничего не могла поделать, продолжая цепляться за прохладную ткань его рубашки, мысленно умоляя не уходить.

– Не переживай, я не оставлю вас без охраны, – прошептал Калеб и поцеловал меня в висок, отстраняясь.

На моём лице было написано всё то, что я не могла сказать, но вместо того, чтобы передумать, мой первокровный только улыбнулся и добавил к прощанию лёгкий поцелуй в кончик носа.

Хотелось удержать силой, стучать кулаками в грудь, лишь бы он не уходил. Он видел меня, слышал дрожь в голосе, чувствовал, как я сжимаю пальцы до боли… и всё равно ушёл.

Очевидно, желание разобраться, понять, закончить начатое оказалось сильнее, чем мой страх остаться одной. И, как бы ни разрывалась я изнутри, я не могла его в этом винить. Потому что в глубине меня тоже жила потребность быстрее разобраться со всем.

Дверь за спиной хлопнула, а я подошла к дивану и опустилась на мягкую обивку.

– Я уверена, что Калеб вернётся, – вдруг послышался голос Венеры, заставляющий меня вернуться в реальность.

– Почему?

Медленно поставив бокал с вином на низкий столик, она повернулась ко мне, уже не пряча взгляда. В её глазах больше не было стеклянной отрешённости, лишь усталость и странная, тяжёлая ясность.

– У него есть причина вернуться.

Я нахмурилась, не понимая, к чему она клонит. Венера, будто уловив моё сомнение, вздохнула и заговорила дальше, уже почти шёпотом:

– Мать, которая любит своих детей, всегда знает, что их тревожит. Даже если не говорит этого. Как только ты появилась в нашем доме, я поняла, что Калеб неизбежно заполучит своё. Я впервые видела, чтобы мой старший сын смотрел на кого-то так … И, как бы я ни показывала своё недовольство, я рада, что ты есть, Каяна, – Венера взглянула на меня, и в её лице что-то сдвинулось: напряжение в скулах ослабло, губы едва заметно дрогнули, будто вспоминали, как это улыбаться. Она не дотянула до настоящей улыбки, но попытка была. – Если бы не ты… моего ребёнка уже не было со мной. Спасибо.

К откровениям такого рода я не была готова, а потому просто сидела с распахнутыми глазами и смотрела на женщину, которая всегда казалась холодной и резкой по отношению ко мне.

– Мужчины могут быть упрямыми, глупыми, даже жестокими… но если находят ту, ради кого готовы меняться, они держатся за неё не из страха потерять. А потому что наконец-то нашли то, что искали всю жизнь и не хотят снова остаться ни с чем.

– Мне страшно… – искренне призналась я, сжимая руки на коленях. – Я не успеваю за событиями, которые происходят.

Удивив меня в который раз подряд, Венера приблизилась и взяла меня за руку.

– Не бойся, Каяна. Мои сыновья способны на многое, в том числе справиться с любыми проблемами на их пути. Если Калеб и Демиан во что-то ввязались, они доведут дело до конца. Нам остаётся только ждать новостей.

Неизвестность, в которой я находилась, нервировала больше всего. Оставив Венеру одну, я пошла в комнату, которая недавно была моей. Подумать только, прошло совсем немного времени, а квартира Лидии уже казалась мне чужой.

Стянув с себя одежду, я вошла в душевую кабину и открыла воду, надеясь, что прохладные струи помогут хоть немного упорядочить хаос в голове.

Шум воды заглушал внешние звуки, но не мои мысли. Я прикрыла глаза и, почти инстинктивно, потянулась к нашей связи. Лёгкий ток прошёл по позвоночнику, а сердце вспомнило привычный ритм.

Даже на расстоянии я ощущала его, будто он стоял за спиной. Тепло пронеслось по плечам, и мне показалось… нет, не показалось, я почти физически ощутила, как он осторожно кладёт ладони на мою талию. Мягко, утешающе. Будто шепчет: «Я рядом, Кая». Он почувствовал. Почувствовал и ответил.

Я резко распахнула глаза, ошарашенная этой внезапной волной… близости. Связь работала иначе, чем раньше. Это было больше, чем просто эмоции. Больше, чем интуиция. Это… почти касание души.

Глубоко вздохнув, я позволила телу немного расслабиться. Пусть хоть так… пусть хоть так я могу чувствовать его. Это значило, что с ним всё в порядке. И пока он откликается, у меня есть шанс не сойти с ума от тревоги.

Через несколько минут я вышла из душа и насухо вытерлась. Вернувшись в комнату, натянула свободную тёмно-серую майку и мягкие штаны. Волосы собрала в небрежный пучок и, подойдя к кровати, опустилась на край, на мгновение задерживая ладонь у шеи.

Воспоминания вчерашнего дня пронеслись в голове. Смерть Астории, вердикт Верховных, возвращение в квартиру Калеба, его укус и сон… Прошёл всего день, а казалось – целый месяц

Из гостиной