Гагарин - Лев Александрович Данилкин

и один из весьма популярных в Англии комиков – артист Лондонского мюзик-холла. Замечу попутно, что он не упустил возможности для собственной рекламы, опубликовав пространные интервью о завтраке и своей, в значительной степени высосанной из пальца, беседе с советским космонавтом. В общей сложности мы пробыли в Букингемском дворце свыше двух часов{13}.

В меню были яйца пашот, сырный соус и седло барашка с гарниром и приправами. Флэнэган меж тем сообщает, что Гагарин “набросился на еду. Боже, видать, парень и впрямь проголодался!”. Позже он добавил: “Отличный парень, ничего дурного про него не скажешь. Очень непритязательный”{67}.

– Юрий Алексеевич не знал, как пользоваться столовыми приборами, – рассказывал один из журналистов. – Все лорды испытывающе глядели на Гагарина: как он будет ими пользоваться? Космонавт понял это и говорит им: “Давайте есть по-русски”. Берет самую большую ложку и кладет ею какой-то салат себе в тарелку. Королева, как воспитанная дама, говорит: “Господа, давайте есть по-гагарински”. Тоже берет большую ложку… Потом, в минуту откровения, сообщает Юрию Гагарину: “Я и сама не знаю, как ими пользоваться. Мне лакеи подают, какую нужно”{26}.

А знаете, какой был случай со мной? Букингемский дворец, встреча-завтрак с английской королевой. Протокол древний, строгий. Удостаиваются утреннего завтрака с королевой очень и очень немногие. За столом двое, королева и я – ее гость; слева и справа лежит непомерное количество предметов, которыми надо пользоваться в зависимости от подаваемого блюда. С улыбкой говорю: “Ваше величество, я впервые на завтраке с Ее Высочеством Королевой, простой, еще вчера старший лейтенант, простите меня, если невольно нарушу этикет”. Королева улыбчиво отвечает: “Дорогой господин Гагарин, я родилась и выросла в этом дворце, но поверьте, я до сих пор так и не знаю, в какой последовательности надо пользоваться всеми этими вилками и ножами”. И шепотом добавляет: “Вы берите каждый раз вилку и нож, которые лежат с края”{15}.

Владимир Лебедев (руководитель медико-психологической подготовки космонавтов в Звездном):

Позже Гагарин рассказал нам следующую историю. Как деревенский паренек, о королях и королевах он знал только по сказкам. А тут королева после официального приема пригласила его на ланч. Юра рассказывал: ему настолько хотелось убедиться, что это живая королева, что под столом он потрогал королеву чуть выше колена. Та улыбнулась и продолжала пить кофе. Леша Леонов тогда изрек: “Юра, ты травишь!” Гагарин не стал ничего доказывать. Когда я стал писать мемуары, то вспомнил об этом рассказе и мне захотелось проверить, шутил ли Юра. В английских газетах, освещающих его визит, сообщалось, что королева высказала восхищение героизмом Гагарина и даже нарушила протокольную часть. Она восторженно подошла к космонавту и стала его тискать руками. Кроме того, королева сфотографировалась с Гагариным, чего ей по статусу не положено было делать, поскольку тот был из простолюдинов. Но королева вышла из этого положения, сказав, что Гагарин, слетав в космос, стал небесным человеком{46}.

Quebec Chronicle-Telegraph, 16 июля 1961 года:

В обращении с женщинами Гагарину свойственна традиционная для русских застенчивая формальность{18}.

– А как, миледи, понравился вам наш Гагарин?

– О! Он подлинно обворожителен… Я читала в газетах, что едва ли не все наши молодые лондонки уже успели влюбиться в него… Это и немудрено. Кстати, а сколько ему лет? Двадцать семь. Как жаль, что я уже не настолько молода, как та отважная девушка, которая вчера расцеловала Гагарина возле вашего посольства…

– Что вы, миледи! – сделал ей довольно неуклюжий комплимент один из нас. – Глядя на вас, можно сказать: вы – ровесница нашего героя.

– Благодарю вас. Я и не подозревала, что русские могут быть так милы{13}.

Из дневника Гагарина:

Завтракал у королевы в Букингемском дворце. Во как! Королева приняла хорошо. Была обходительной, корректной. Подарил книгу “Дорога в космос”… Обрадовалась…{47}

Заголовок в Daily Mail:

СДЕЛАЙТЕ ЕГО СЭРОМ ЮРИЕМ! Присвойте ему рыцарское звание!{5}

Ходжа Ахмад Аббас (“Пока не достигнем звезд”):

Визит Юрия в Лондон был, несомненно, очень важным для развития англо-советских отношений, ибо впервые так много англичан сумели увидеть простого советского человека, не являющегося ни политиком, ни идеологом, и в то же время типичного представителя советского народа. Но не менее важным был этот визит и для советских людей. В конце концов, если не считать дипломатических визитов руководителей правительства, впервые простой советский человек попал в среду английских капиталистов, аристократов и “джентльменов”. Он встретился с ними, как с равными, и был признан ими за его выдающийся подвиг, составляющий не меньшую гордость всего его народа. Советские люди были очень довольны теплым, великодушным, восторженным приемом, который оказали Гагарину все слои британского общества, и тем, что их молодой человек сумел держать себя с достоинством в таком необычном окружении и выйти победителем. “Теперь они будут знать, что такое простой советский человек”, – сказал мне молодой советский журналист, глядя на фотографии в “Дейли уоркер”, на которых был запечатлен прием Юрия в Лондоне{46}.

Из дворца Гагарин поехал на Советскую торговую выставку, где произнес удивительную речь, обращенную к пяти тысячам британских мальчиков и девочек, пришедших на ярмарку:

“Я надеюсь, многие из вас здесь, в этом зале, смогут совершить космические полеты – как пассажиры, пилоты, ученые, участники космических миссий – но, наверное, все-таки большинство в качестве пассажиров…”{63}

…Когда программа встреч, поездок, пресс-конференций была уже исчерпана, мы несколько часов посвятили посещению Хайгейтского кладбища, где покоится прах основателя научного коммунизма – Карла Маркса. Дорога туда пролегает через рабочие кварталы. И хотя поездка эта не значилась ни в каких планах, трудовой народ Лондона понимал: советский космонавт не сможет улететь из британской столицы, не побывав на могиле Карла Маркса. Вот почему в тот день на всех улицах, прилегающих к Хайгейтскому кладбищу, толпились строители, докеры, металлисты, электрики, железнодорожники…{49}.

St. Petersburg Times, 16 июля 1961 года:

Толпа из трех тысяч человек наблюдала за тем, как Гагарин возложил на могилу Маркса букет из красных роз и белых гвоздик и отдал честь. Затем он простоял по стойке смирно в течение двух минут под проливным дождем – после чего вернулся в машину{37}.

Строгий памятник Карлу Марксу окружили тысячи людей. Проникнутые глубоким чувством классовой солидарности, они молча наблюдали, как первый в истории Земли космонавт-коммунист возлагал на могилу первого коммуниста планеты венок живых цветов с лаконичной надписью на ленте: “От Юрия Гагарина”. Весь как-то подобравшись, с пристальным взглядом серо-синих глаз, повидавших беспредельность звездного океана, он, поднеся руку к козырьку фуражки, строго стоял перед гранитным пьедесталом, на котором золотились бессмертные слова: “Пролетарии всех стран, соединяйтесь!”{49}

Джон Зарнецки (cтарший