Невозможный - Роман Романович

Ладно, ладно. Добрее надо быть. Кто-то хочет стать Бессмертным, а кто-то — удачно выйти замуж. Не надо смотреть на такие цели свысока.

***

Только я выпроводил эту девушку, которая хотела добиться от меня гарантий удачного замужества (!), как нагрянул следующий пациент.

И вот этот мужчина был слеплен совсем из другого теста. Осанка такая, будто лом проглотил, а потом его этим ломом били по хребтине для закрепления пройденного. В военном мундире, осторожный: перед тем как зайти, внимательно оглядел помещение. Пиковый Король между прочим. Совсем не новичок. А ещё идеальный образчик солдата. Высокий, плечи широкие, челюсть мощная. Хоть картины с него рисуй да в армию агитируй.

— Вы целитель? — спросил он, оглядевшись.

— Он самый.

— Почтенный господин, — тут же склонился мужчина, изобразив стандартное приветствие.

Он прошёл в комнату, я указал ему на стул. Мужчина представился и чётко озвучил свою проблему.

— Неделю назад я не смог пройти комиссию. Также мне сообщили, что я не смогу взять ранг Императора, что закрыло все мои карьерные перспективы. Причиной назвали проблемы с энергетикой, которые были вызваны активным использованием силы бинху. До меня дошёл слух, что вы, господин, можете помочь с этим. Несмотря на то что никто другой не может.

— А ты военный, значит, — покивал я своим мыслям.

— Так точно, — отчеканил он. — Служил… — тут он всё же дрогнул. — Ещё неделю назад в элитных частях, а сейчас мои перспективы туманны.

Задумчивость моя была связана с тем, что я наблюдал. На самом деле мне не обязательно прикасаться к человеку, чтобы заглянуть к нему во внутренний мир и просканировать энергетику. Это было нужно раньше, но сейчас я Предок, а передо мной всего лишь Король. Поэтому видел я многое, начав исследование с того момента, как мужчина постучал в дверь.

Случай же отличался от трёх предыдущих.

— У тебя часа три имеется? — уточнил я.

— Три часа? — переспросил мужчина. — Конечно. Вы готовы что-то предложить?

— Ты же пришёл за лечением, — пожал я плечами. — Итак… Иди сюда, маленький комок ненависти.

Прищёлкнув пальцами, перестроил связь, дал бинху выскочить. К нам выпрыгнуло маленькое, злобное нечто, что тут же зашипело, скаля зубы. Мужчина на это в одно слитное движение отскочил назад вместе со стулом и поставил щит. Но не прикрыл себя, а зафиксировал бинху.

— Спокойно, — выставил я ладонь и разрушил щит. — Бинху не причинит вреда.

— Он довольно агрессивен, — осторожно заметил этот военный.

Я посмотрел на него осуждающе и вздохнул.

— Конечно, он агрессивен. — Я выбросил руку и поймал бинху за загривок, переставил его на кресло для таких, как он. — Сиди здесь, дружок. А будешь скалить на меня зубы, отправлю на перевоспитание, понял?

Он тихо зашипел, но дерзить больше не стал.

— Лихо вы. — Военный осторожно переместился обратно.

Прямо со стулом, что выглядело несколько забавно, но речь не о том.

— Итак, — повторил я. — Проблема в целом ясна. Старшие особи не очень-то любят нас, людей. Ещё меньше они любят клан Бинхуэм. Поэтому, когда их принуждают создавать новых особей, вместе с силой переходит и часть ненависти. Ты же, как я понял, и сам полон ненависти.

— Это… так, — ответил он, помедлив. — Когда речь заходят о врагах клана.

Как мило. Меня ведь тоже можно туда записать. Было или всё ещё можно — отдельный вопрос.

— Смотри, как это работает. — Для наглядности я стал показывать руками весь процесс. — Существо, рождённое в ненависти, переходит к хозяину, который с помощью жёстких мер принуждения грубо отбирает у него силу, чтобы использовать её для реализации уже своей ненависти.

— Это… плохо? — спросил он тем тоном, который подразумевает опасение, что сейчас опять мораль читать будут.

— Это неэффективно. В какой должности ты служишь?

— В офицерской. Низкого ранга, — сообщил он без деталей.

— Представь, что бинху твой подчинённый. Будет ли ваш союз эффективным?

— Но это ведь зверь, — возразил он.

— Разумный зверь. Со своей волей, — поправил я. — Разве ты не общался с ним?

— Общался? — посмотрел мужчина на меня недоуменно.

А я почесал макушку.

— Ты его не слышишь?

— Слышу? Рычание? Я слышу его ненависть, но это норма.

— Хм… — перевёл я взгляд на бинху.

«Наивный, наивный мальчишка… — рассмеялся внутри меня Сэми. — Только старшие особи могут полноценно разговаривать. Таких, как ты, умников почти и нет. Редкости они…» — сказал он, глумливо посмеиваясь.

Однако. Я вроде бы об этом знал, но как-то не задумывался о том, что для меня настолько естественно.

— Теперь понятнее, — кивнул я сам себе. — Ладно. Слушай, что будем делать. Во-первых, займёмся твоим лечением…

Проблема мужчины была… Да снова такая же. С некоторыми нюансами. В предыдущих случаях пациенты не смогли даже начальный уровень контроля над бинху установить. Здесь же был опытный боец, который все первые пороги удачно прошёл. Его проблема заключалась в том, что заряженная ненависть, с которой он применял все техники, проходилась по энергоканалам, медленно их разрушая. Что-то восстанавливалось. В некотором роде энергосистема даже крепче становилась. Но в то же время деградировала, пусть и очень медленно. Впрочем, этого хватило, чтобы ситуация стала критичной и мужчина закрыл себе путь к дальнейшим рангам.

Я попросил его раздеться до пояса, развернуться ко мне спиной, да приступил к работе.

Про три часа не зря предупредил. Где-то столько работа и заняла. Для начала вычистил все микрочастицы силы бинху. После чего начал латать эти микротрещины, дыры и всякие рубцы. Ничего нового для меня.

А главное — это не решало саму проблему.

— Мы закончили, — сказал я. — Проверишь свои возможности на полигоне. Завтра. Сегодня иди домой, отдыхай, силу постарайся не применять. Теперь по бинху. Формат вашего союза создаст новую проблему, дай только время.

— Что тогда с этим делать? — спросил мужчина расслабленно.

У него и улыбка по лицу пробежала. Видимо, ощутил результат изменений.

— Хороший вопрос, — ответил я. — Могу изменить твоего бинху, но не уверен, что тебе понравится результат. Могу оставить всё как есть. Тогда ты сам можешь попытаться выстроить новый формат отношений. Как с подчинённым, полным ненависти. Ты ведь уже не мальчишка,