Реванш - Талли Шэрон

мере, весь предыдущий год, до того, как я рискнул посоветовать Бэмби составу спортивного канала, о моих чувствах даже не догадывались. Потому что я все ещё продолжал трахать все, что движется, а сейчас приткнул свой член в правую руку, фантазируя только об одной.

Из двери слева вывалилась команда Брисбэна, недовольно поглядывая в наши стороны. Митчелл, шедший чуть спереди меня, замедлил свой шаг, встречаясь взглядом с Брэмом, и, сделав вид, будто сжимал в кулаке член, поднес его ко рту, изображая активный минет. Трент справа от Митча ухватился за воздух, представляя, что это задница, и начал ритмично двигать бедрами вперед и назад, скорчив лицо. Некоторые принялись стонать, выкрикивая: «да, трахни меня, Сейбрук».

Я еле сдержался, чтобы не заржать от лиц игроков Брисбэна и не закатить глаза от идиотства наших, и пока это не переросло в драку, толкнул Митчелла и Трента вперед.

Как всегда, все дерьмо начиналось с них.

А я сегодня абсолютно точно не планировал драться, потому что я только что принял душ, надел чистую одежду и шел очаровывать собой все население кампуса.

– Тише мяукайте, киски, – прокричал нам в спину Брэм, когда мы практически дошли до выхода, – это даже не сезон.

Активное многоголосое «мяу», принадлежащее разным парням из Брисбэна, эхом разлетелось по коридору. Но, к счастью, моя команда абсолютно точно не велась на провокации…

– Гав-гав, ублюдки! – Трент развернулся к ним с поднятыми вверх средними пальцами.

Я закатил глаза.

Схватив его за плечо, я чуть ли не вышвырнул его из здания, пока к нему дуэтом не присоединился Эммерс, и тогда нам всем точно пришлось бы кидаться в драку. Сделал себе важную пометку в голове: поработать над уважением команды к противникам.

* * *

Проболтав с родителями около двадцати минут возле их припаркованной машины, я пообещал приехать домой на День Благодарения и обязательно выкрасть какой-нибудь выходной день до праздника, чтобы наведать их. Кристофер ушел пятнадцать минут назад за напитками в Старбакс на территории кампуса и исчез.

– У вас большие очереди? – когда обсуждение сегодняшнего матча закончилось, папа тяжело вздохнул, посматривая на наручные часы.

Я покачал головой.

– Не думаю, что его задержала очередь, – пробурчал я, наблюдая за тем, как фигура Криса вдали остановилась возле длинноногой брюнетки в черной кожаной короткой юбке.

Хансен.

Только не это.

– Знает же, что надо уехать до ночи, – мама вклинилась в разговор, удерживая свою голову на плече отца, – позвони ему, Карлайл.

– Я лучше схожу за ним.

Двинувшись прямо, я продолжал смотреть на брата, надеясь, что тот почувствует испепеляющий взгляд, но его глаза были прикованы к заднице Хансен. Очень опасной заднице для пубертатного подростка, если что, поэтому мне срочно нужно было привести в порядок брата, пока его язык не выкатился на асфальт.

Мельком я взглянул и на Ирму, надеясь найти возле неё Бэмби, но девушка стояла одна. Вероятно, Харпер ещё не вышла с будки комментаторов, потому что все это время я тоже выслеживал её.

– Хватит пялиться, – ткнув Криса в бок, я привлек его внимание, и он проморгался.

– Да как тут не пялиться нахрен? – злой шепот сорвался с его губ, и он кивнул на Хансен. – Ты видел этот зад? Эту талию? Подержи.

Крис протянул мне капхолдер с четырьмя стаканчиками кофе, который я, естественно, не перехватил, зная, что у него на уме – подойти и пофлиртовать.

– Пора домой, – я обхватил плечо Криса, – давай. Проваливай отсюда.

– Я не уеду без её номера.

– Уедешь.

– Я хочу её, – прошептал он, больше выражая свои мысли вслух, чем говоря это мне.

Пока Крис продолжал со мной препираться, к Ирме успел подойти Даррен, бросив поверх её макушки взгляд в нашу сторону. Он с забавой взглянул на Кристофера, отсалютовывая, и опустил взгляд к лицу Хансен.

Я двинул брата вперед.

– Тебе с ним не тягаться.

– Мы ещё увидимся, красивая женщина, – мечтательно произнес Кристофер, вызывая у меня усмешку, и еле шагнул вперед, все ещё смотря на задницу Ирмы, – я приду и заберу тебя.

– Продолжай мечтать.

Средний балл Криса в школе составлял твердую C-плюс, когда пороговый для Сейбрука был выше. Он играл в футбол в школе и являлся сейчас капитаном команды. Но это было единственным, что увлекало Криса. Учеба, знания или мысли о будущем проходили мимо него. И я был отчасти рад. Действительно, рад. Я тревожился о своем будущем с восьмого класса, не предоставляя себе возможности лишний раз сходить выпить или пофлиртовать в школе с девочками, и тревожусь об этом по сей день. Крис жил свою лучшую жизнь. Возраст рано или поздно его настигнет вместе с проблемами и обязанностями, а молодость никогда не вернется назад.

Проводив брата до машины, я взял свой стаканчик с мохито и попрощался с семьей, не затягивая объятия матери и слезливые глаза отца. Для них все ещё было непривычно мириться с мыслью, что я уже не вернусь в Маунтин-Вью жить, лишь только проездом.

Когда они уехали, я бросил взгляд на парочку Даррена и Ирмы, о чем-то беседующих посередине парковки, и бросился искать Бэмби.

Мне нужно её найти.

* * *

Бэмби

Когда вся аппаратура наконец была выключена, мы с Робином выбрались из комментаторской будки, запирая ту на ключ. После окончания эфира Бетси вернулась ко мне, утверждая, что, цитирую: «мой нежный голос отлично вписался в такой жестокий вид спорта». Я неловко переминалась с ноги на ногу, изредка бросая взгляды на Мэддокса, поглядывающего на корреспондента, но, в конечном итоге, согласилась на интервью на следующем матче.

Я сглотнула, натягивая рукава кофты на запястья.

– Расслабься, – Робин толкнул плечом дверь, удерживая её в одном месте и провернул ключ, – ты неплохо справилась.

Усмешка слетела с моих губ.

– Спасибо. Карлайл сказал мне, что твое «неплохо» – это человеческое «отлично».

– Вот же лжец, – Мэддокс отошел от двери и бросил связку ключей мне, которую я еле успела поймать. Он ухмыльнулся, – «неплохо» это значит действительно «неплохо».

Закатив глаза, я пошагала по пустым трибунам вниз, желая поскорее покинуть это место и завалиться домой.

– Ты так расточителен на комплименты, – съязвила я, – полегче, парень, а то я могу и не сдержаться.

– От чего?

– От того, чтобы не прыгнуть тебе в руки.

При всем уважении к Робину я бы никогда этого не сделала. Если я еле смогла сломить себя в своем убеждении в полигамности Карлайла, то напротив строчки с Мэддоксом стоял жирный красный крест. Однозначное «нет». Мы были абсолютными противоположностями, которые ни разу не притягивались друг